Взрыв с десятками жертв прогремел на фоне подготовки Анкары к новой военной операции в Сирии 

Цена человеческой жизни на войне падает — это, к сожалению, аксиома. Как и то, что мировая аудитория уже привыкла к драматичным новостям из Сирии — об очередных воздушных ударах, боях, химических атаках и т.д. Вот и на сей раз из этой страны вновь сообщают о трагическом происшествии  с десятками жертв. Как передал ТАСС со ссылкой на турецкий телеканал NTV, по меньшей мере 32 человека погибли в результате мощного взрыва, прогремевшего в сирийской провинции Идлиб. Инцидент произошел в районе Сермада. В результате взрыва ранения также получили еще 45 человек. Другие подробности не известны. Нет ясности, какая из местных (и местных ли) группировок стоит за этим взрывом.

Однако нельзя не обратить внимания: взрыв в Сермада прогремел как раз в то время, когда политическая ситуация вокруг провинции Идлиб становится все более неопределенной и взрывоопасной.

Как уже не раз сообщалось, в Дамаске и Москве тоже планируют нанести удар по своим противникам  «в окрестностях Латакии и Идлиба».

И регулярно вбрасывают в СМИ информацию то о «минометных обстрелах» российской базы «Хмеймим», то об атаках самодельных беспилотников на эту самую базу. Правда, убедить таким образом общественное мнение, что удар в окрестностях Латакии и Идлиба действительно необходим, не удалось. А вот теракт — это, простите за цинизм, аргумент посерьезнее. И как минимум повод озвучить вопрос, мог ли быть этот теракт чем-то вроде взрыва энергоблока телецентра в Баку вечером 19 января 1990 года — в этом взрыве, совершенном офицерами группы «Вымпел», напомним, обвинили мифических «исламских экстремистов» и использовали его как повод для карательной операции советской армии 20 января того же 1990 года. Вспомним о другом. В провинцию  Идлиб из других регионов Сирии стянуты до 15 тысяч боевиков умеренной оппозиции — той самой, которой пришлось противостоять и ИГИЛ, и войскам Башара Асада. Того самого Башара Асада, который прекрасно понимает: самый опасный для него враг в Сирии — это вовсе не «Исламское государство», а именно умеренная оппозиция, реальная альтернатива его режиму. Не говоря о том, что именно эту оппозицию поддерживают и Турция, и страны Запада. А значит, ее надо как можно скорее выбить с политической авансцены и сделать собственный режим единственной альтернативой ИГ. Уничтожить их одним ударом — план заманчивый, причем не только для Дамаска, но и для Москвы, где отдают себе отчет, что все планы относительно баз в Хмеймиме и Тартусе могут быть осуществимы только в том случае, если Башар Асад удержится у власти. А шансы удержаться у него будут, только если окажется полностью разбитой «умеренная оппозиция». Словом, соблазн велик, но… провинция Идлиб входит в зону деэскалации, ответственность за которую, согласно заключенным в Астане договоренностям, несет Турция.

Здесь нужно  небольшое пояснение. Турция — далеко не единственный «внешний игрок» на сирийском поле. Другой вопрос, что интерес у разных «внешних игроков» здесь тоже не совпадает. Для Турции Сирия — это не путь удовлетворения собственных геополитических амбиций, не плацдарм у чужих ворот и не «точка», где можно воткнуть военные базы. Сирия и Турция — страны сопредельные, и в Анкаре не заблуждаются, к чему может привести и вакуум власти в Сирии, и укрепление здесь позиций группировок, связанных с РКК, и — будем откровенны — сохранение режима Башара Асада, который эту самую РКК поддерживал и поддерживает не только на словах.

Анкара уже провела на территории Сирии несколько военных рейдов. Напомним: еще в  августе 2016 года Турция на территории сирийской провинции Алеппо начала операцию «Щит Евфрата». Как тогда подчеркивал президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган, эта операция направлена против террористической организации ИГИЛ и «террористических групп сирийских курдов, угрожающих Турции». Так же декларировалась цель положить конец правлению сирийского президента Башара Асада.

Затем, 20 января нынешнего года, генштаб Вооруженных сил Турции заявил о начале наземной операции «Оливковая ветвь», цель которой — создание 30-километровой буферной зоны вдоль границы, для гарантий того, что Турцию не проникнут террористы.

И вот теперь президент Турции Реджеп Эрдоган вновь заявил, что его страна находится на последнем этапе подготовки к новой военной операции в Сирии. «Мы на последней стадии подготовки к приобщению к регионам в Сирии, где мы обеспечили стабильность посредством «Щита Евфрата» и «Оливковой ветви», новых регионов. С божьей помощью в ближайшем будущем мы освободим и новые территории, обеспечив на них безопасность», – подчеркнул Эрдоган.

Строго говоря, о том, что Турция планирует провести еще одну операцию около своих границ, сообщалось еще в мае. Тогда Эрдоган подчеркивал, что турецкие военные «готовы для новой миссии». Затем, уже в начале июня, президент Турции предупредил Багдад: если иракские власти не смогут противостоять террористической угрозе на севере своей страны, то Анкара начнет там свою антитеррористическую операцию. А значит, действовать Москве и Дамаску предстоит в лучшем случае в непосредственной близости от турецкой зоны деэскалации, в худшем — уже в турецкой зоне ответственности. Да еще в то время, когда Турция готовится здесь к собственному рейду. Риска непосредственного «соприкосновения» как минимум не стоит недооценивать.

Плюс ко всему свое «прочтение» этой ситуации в Идлибе придает и нынешняя острая перепалка между Анкарой и Вашингтоном. Где уже смешались и вопрос выдачи Гюлена, и судьба арестованного в Турции американского пастора, и повышенные распоряжением Дональда Трампа пошлины на сталь и алюминий, импортируемые в США из Турции, и падение турецкой лиры, и многое другое.

Эксперты на этом фоне предупреждают: то, что происходит сегодня между Турцией и США — это не стратегический раскол, а тактические разногласия. И советуют вспомнить не менее острые пикировки Турции с Германией и Нидерландами, а США — с Канадой и странами ЕС. Более того, даже тот факт, что в нынешней ситуации свое предупреждение, что Турция может искать новых союзников, Реджеп Тайип Эрдоган озвучил в авторской статье в The New York Times, тоже информация к размышлению: масштабная ссора с США в планы Анкары не входит. Здесь хотят добиться для себя максимально возможного и используют для этого самые разные методы. Вплоть до «дипломатии на грани фола». Наконец, многие эксперты указывают даже на такое обстоятельство: если бы речь шла о настоящей политической переориентации, то единственной страной НАТО, принимающей участие в «Международных армейских играх», была бы не Греция, а Турция.

Другое дело, как это обстоятельство расценят в Москве. Есть, конечно, шанс, что перепалку между Анкарой и Вашингтоном в Москве воспримут как нечто многообещающее для себя и постараются не сорвать диалог с Анкарой, «наломав дров» в Идлибе. Но точно так же известно и другое: то, что происходит между США и Турцией, в России могут посчитать верным признаком, что за Анкару не станут вступаться ее союзники, и решить, что именно теперь наступил самый удобный момент для «удара в спину». Тем более что в 2015 году Россия уже показала, как мало значат для нее и интересы Турции, и ее границы. Другой вопрос, что и в Анкаре это вряд ли забыли.

Нурани, политический обозреватель Minval.az

Minval.az