Общественность критикует СМИ за то, что они не предоставляли достоверную и своевременную информацию о происходящем во время пожара на 10-м морском глубоководном основании месторождения «Гюнешли». «Почему мы получили информацию от агентства Рейтер, а не от местных СМИ», — обвиняли в социальных сетях журналистов.
Директор информационного агентства Туран Мехман Алиев высказался о позиции медиа в этой ситуации и качестве спасательных работ. Как бывший спасатель, М.Алиев высказал интересные мысли на этот счет.
— Мехман бей, вначале поговорим насчет критики в адрес медиа.
— Авария произошла в государственной компании, государство должно предоставлять журналистам и обществу всю информацию. У конкретных госорганов, официальных лиц и структур есть свои пресс-службы, в которых есть штат работников, получающих за это зарплату. Они должны отвечать на вопросы журналистов. Они должны сделать так, чтобы журналисты смогли установить связь между ними и обществом.
— Но, как видно, эта связь не была установлена. Тогда почему всю ответственность возлагают на журналистов?
— На самом деле, эта система не сработала еще на первоначальном этапе. Вся полученная журналистами основная информация была неофициальной. Официальная информация была неточной и запутанной. Они хотели скрыть ситуацию и не желали контактировать с журналистами.
— Затем была проведена пресс-конференция…
— Но на пресс-конференции на многие вопросы так и не ответили. Ее основная цель была скрыть реальность. В этой ситуации государство показало себя с плохой стороны. Были и те, кто злоупотребил должностными полномочиями. С другой стороны, есть законы «О свободе информации» и «О СМИ». Но чиновники нарушили эти законы. Обществу и СМИ не предоставили необходимую информацию.
Эту ношу могла на себя взять пресс-служба SOCAR. Или же в связи с этой ситуацией в ряде органах СМИ могли быть созданы пресс-службы. К этому процессу должны были подключиться МНБ, Администрация Президента и пресс-службы. Должен был быть создан координационный центр и центр информационного потока и единой информации. Это был полный провал.
— Не наблюдалось ли непрофессиональное поведение журналистов?
— Не предоставление информации журналистам – это одно, а искажение предоставленной верной информации – это другое. Кто-то из журналистов мог что-то неточно написать. Но в этой ситуации непрофессионализм проявили именно госорганы. Они показали, что не могут сотрудничать с медиа в чрезвычайных ситуациях. Это ахиллесова пята всех азербайджанских СМИ. Для решения этого вопроса должны были быть разработаны специальные планы. Если бы они были разработаны и вступили бы в силу, пресс-службы госорганов установили бы нормальное сотрудничество с медиа, то результат был бы совсем иным. Я не виню журналистов. Чтобы критиковать их профессионализм, надо сначала предоставить им информацию. А если им не дают информацию, какое право имеют критиковать?
— Мехман бей, вы сами бывший спасатель, хотя уже давно этим и не занимаетесь этим. Но, в любом случае, вы осведомлены об этой работе и можете профессионально проанализировать действия спасателей. Какова вообще ситуация в этой области? Как спасатели справились с работой?
— Конкретно в этой ситуации спасательная система не была организована на должном уровне. Трагедии в море обычно происходят из-за отсутствия профилактических мероприятий. Можно создать такую систему, чтобы предотвратить большинство инцидентов. Необходимо проводить комплексные профилактические меры, чтобы предотвратить трагедию. Во время чрезвычайной ситуации каждый должен знать, как правильно действовать. В такой ситуации люди теряются, это естественно.
Но когда отрабатываешь действия в чрезвычайных ситуациях, то остаются соответствующие привычки: какую спецодежду надеть, в каком направлении идти, как вести себя на воде и т.д. Психологически человек может растеряться, но если он прошел учения, то может собраться с мыслями и вести себя правильно.
— Что показывают результаты этой ситуации? Почему спасатели не смогли вовремя извлечь нефтяников из воды?
— Если этого не произошло, значит нет системы. Когда я был спасателем, то плавал в бурном море, знал в каком направлении надо плыть, чтобы спасти кого-то. Для всего этого нужно проходить обучение. Есть профилактические и примитивные шаги, действуешь уже на автомате. Там должен был быть человек, отвечающий за безопасность, который должен был принимать решения. Он должен был связаться с сушей, где его действия скоординировали бы. Но, как показывает результат, процессом никто не управлял, он происходил хаотично. В лодку не сели, в воду не спустились и наверх не поднялись, ведь там был пожар. Спасатели остались между водой и огнем. Просто кто-то должен управлять, в этой ситуации. Как спасатели должны были действовать в такую погоду? Лодок не было, вертолетов тоже…
Спасательные лодки распроданы. SOCAR отдал свои корабли «Каспару». Каждый раз, когда что-что происходит, у BP просят дать дополнительное оборудование. Но у нас же есть МЧС. Как так происходит, что компания BP может спасти своих рабочих, а они не могут?
С.Тельмангызы
