«Переговорный оптимизм» стремительно обнуляется
В Баку торжественно отметили День азербайджанской молодежи. В столице состоялся посвященный этому событию республиканский форум. Перед его участниками выступил президент Ильхам Алиев. В числе прочего, глава Азербайджанской Республики еще раз изложил позицию нашей страны по Карабаху. Как подчеркнул Алиев, «нашей основной задачей является урегулирование армяно-азербайджанского нагорно-карабахского конфликта. Азербайджан укрепляет свои позиции в данном направлении с правовой, политической и всех других точек зрения. Наша территориальная целостность никогда не была, не является и никогда не будет предметом переговоров». Глава государства напомнил, что «территориальная целостность Азербайджана поддерживается и международными организациями. Суверенитет, неприкосновенность границ Азербайджана и его территориальная целостность отмечена отдельным пунктом в документе о приоритетах сотрудничества с ЕС. Решения принятые такими международными организациями, как ООН, Движение неприсоединения, ОИС, ОБСЕ и другие, укрепляют нашу позицию». Напомнил президент и о том, что параллельно Азербайджан увеличивает свою экономическую и военную силу: «Апрельские бои и успешная Нахчыванская операция, проведенная в прошлом году, показали нашу силу и профессионализм. Мы освободили стратегические высоты, мы контролируем стратегические коммуникации. Все это создает важную почву для урегулирование конфликта. поэтому мы будем продолжать свою политику. Мы должны быть еще сильнее и мы становимся сильнее», — сказал И. Алиев.
Это, без сомнения, «месседж». Президент Алиев обращался к азербайджанской аудитории, к собравшимся в зале представителям азербайджанской молодежи, но нет сомнений, что озвученный им «месседж» не в последнюю очередь был адресован Армении. И прозвучал он на показательном фоне. Еще недавно и участники переговоров — министры иностранных дел Азербайджана и Армении Эльмар Мамедьяров и Зограб Мнацаканян, и наблюдатели, и эксперты выражали по поводу переговоров довольно-таки уверенный оптимизм. Но теперь премьер-министр Армении Никол Пашинян выступает с такими заявлениями, которые не то что обнуляют этот оптимизм, а вообще грозят разрушить переговорный процесс.
Накануне, напомним, Никол Воваевич уже заявил: «Мы не можем обсуждать формулу «территории в обмен на мир»». Потом последовал новый спич: «Я несколько раз выступал с трибуны Национального Собрания и говорил, почему все мы спрашиваем, готовы ли мы к компромиссам или нет. И кто сказал, что мы являемся основным субъектом вопроса? Почему никто не спрашивает Азербайджан, готовы ли они к компромиссам? И поэтому я неоднократно публично заявлял, что мы не ответим на этот вопрос, пока Азербайджан не ответит на него».
Теперь — новая серия заявлений, уже в ходе визита Пашиняна в Берлин. На совместной пресс-конференции с канцлером Германии Ангелой Меркель Пашинян заявил: “Что касается урегулирования, думаю, что страны-сопредседатели и международное сообщество четко заявили, что решение проблемы – это вопрос трех сторон, вовлеченных в конфликт, и международное сообщество не может разрешить конфликт вместо трех сторон, а может только создать платформу для диалога и переговоров. Я думаю, что сопредседателям Минской группы ОБСЕ удалось создать эту платформу”.
По совести говоря, это заявление Пашиняна трудно назвать иначе чем жульничеством: согласно решениям ОБСЕ, в Карабахе есть две стороны конфликта — Азербайджан и Армения, и две заинтересованные стороны — азербайджанская и армянская общины Карабаха. «Три стороны» — это не более чем мечта армянского политического «бомонда». Но на таком мелком жульничестве Никол Воваевич не останавливается и продолжает: оказывается, «любой вариант решения конфликта должен быть приемлемым для народов Армении, Карабаха и Азербайджана». Потом, пардон, окончательно «попутал берега» и заявил: «Я надеялся, что такое же заявление последует и из Азербайджана о том, что решение конфликта должно быть приемлемо для народов Карабаха и Армении. К сожалению, мы подобного не услышали. История этого заявления отражает всю ситуацию в переговорном процессе. И пока таких заявлений нет из Азербайджана, то мы, к сожалению, не можем иметь больших надежд, что продвинемся вперед». А потом еще добавил: «Но хочу зафиксировать, что я, как премьер-министр Армении, могу вести переговоры только от имени Армении, но не от имени Нагорного Карабаха». Ангела Меркель, со своей стороны, попыталась вежливо напомнить, что на переговорах не стоит выдвигать слишком уж максималистских требований: «Предстоит долгий путь. Не может быть так, чтобы только одна сторона была удовлетворена. Необходимо использовать возможности Минской группы ОБСЕ», — сказала госпожа канцлер. Но на Пашиняна это, похоже, не произвело никакого впечатления…
И что же — Никол Пашинян просто не понял, что такие заявления могут разрушить переговорный процесс? И искренне верит, что при помощи подобных заявлений действительно может «сдвинуть» ситуацию на переговорах в свою пользу? Вряд ли. Все же вряд ли Никол Воваевич настолько неопытен и наивен. Скорее другое: переговорный процесс Пашинян срывает вполне сознательно. И вряд ли полностью по собственной инициативе — многие признаки указывают на то, что переговорный процесс «от имени» Армении срывает Россия. И у Москвы есть понятный, хотя и циничный, резон. Будем реалистами: нынешний этап диалога, который еще несколько дней назад выглядел столь многообещающим, проходил под модерацией США в лице Джона Болтона, и Москва еще по горячим следам визита советника президента США в регион и его заявлений по Карабаху продемонстрировала свое недовольство вторжением Вашингтона в свою, как считали в Кремле и на Смоленской площади, «сферу влияния». Да и полноценное урегулирование конфликта вряд ли входило в планы Москвы — ей нужен конфликт в «рабочем состоянии» и для давления на Баку и Ереван, и для дестабилизации ситуации вблизи столь невыгодных России нефте- и газопроводов из Азербайджана. Особенно теперь, когда «газовая война» в Европе идет по куда более жесткому сценарию.
Свое недовольство Москва продемонстрировала и Баку — сначала в виде «армянской истерики» МИД РФ по поводу мнимой «дискриминации россиян» армянского происхождения. Потом последовала очередная серия обвинений Азербайджана в «нарушении прав человека», из-под которой слишком уж явно торчали российские «уши».
Но основные события происходили на армянской половине поля, где все разыграли буквально по нотам, используя и «кнут», и «пряник». Сначала — «война утечек» и перманентные попытки обвинить Никола Пашиняна в намерении «сдать территории», причем утечки появлялись в российских и пророссийских СМИ. Затем последовали более серьезные угрозы: EADaily «озвучила» прогноз возможного военного мятежа «карабахцев» и отстранения Никола Пашиняна от власти в случае «территориальных уступок» в Карабахе. После встречи Алиева и Пашшиняна в Давосе и телефонного разговора премьер-министра Армении с Болтоном Москва устраивает Пашиняну этакий «холодный душ» — Никол Воваевич прибывает в Москву, но аудиенции у Путина не получает. И вдруг Москва резко меняет гнев на милость и преподносит Пашиняну обещанный подарок в лице истребителей Су-30. Понятно, что заплатить за них Армения не могла даже теоретически. А значит, расплачиваться пришлось политической «натурой». Срыв посреднической миссии Болтона в такой ситуации мог показаться Николу Воваевичу вполне подходящей «ценой». Только вот при этом он вряд ли задумался, что заплатил только крошечный «первый взнос», и главная «цена» еще впереди. Срыв переговоров, во-первых, резко повышает вероятность «военного сценария» в регионе при не самом благоприятном для Армении раскладе сил. А во-вторых, в таком случае Николу Воваевичу предстоит столкнуться еще и с недовольством США. И в Вашингтоне вряд ли будут так же снисходительны к капризам Армении, как Евросоюз, который молча «проглотил» отказ еще Сержа Саргсяна подписать подготовленное соглашение об ассоциации с ЕС в 2013 году. Впрочем, при нынешней степени зависимости Армении от России вряд ли у Пашиняна была такая роскошь, как выбор и пространства для маневра.
Нурани, политический обозреватель
