Книга «Общество нарциссов. Психограмма» Ханса-Йоахима Мааца стала настоящим бестселлером. Психоаналитик и писатель, выросший в бывшей ГДР и работавший врачом в городе Галле, дружелюбный седовласый господин произвел на нас очень приятное впечатление. Через два часа ему предстояла лекция перед банкирами и их клиентами. Тема лекции: «Жадность и ее причины». Маац не уверен, что он самый подходящий докладчик по этой теме, потому что как психиатр он наблюдает за отдельными людьми, но старается спроецировать свои выводы на все общество, на политику и экономику государства.
Handelsblatt: Господин Маац, Ангела Меркель одержала на выборах победу. Правда ли, что немцы скучают по «мамочке»?
Ханс-Йоахим Маац: В любом случае Меркель извлекла из этого настроения людей выгоду. Ведь если рассуждать такими категориями, то родителей не выбирают и не переизбирают. Мне кажется, что большинству людей действительно недостает материнского тепла, но они не хотят признаться в этом сами себе. Поэтому они проецируют это «тоску по маме» на женщин, которые, однако, совершенно точно не смогут соответствовать этим ожиданиям. Меркель как раз из их числа. В этом и заключается секрет ее успеха.
— А с кем ей теперь лучше создать коалицию? Кто бы ей подошел лучше всего, с точки зрения психиатра?
— Ей не подходит никто. Именно потому, что она выбрала эту роль матери. Все стараются ей понравиться, но дело в том, что партнер по коалиции должен иметь право спорить с ней, ставить под сомнение ее позицию. Но никто из политиков-мужчин, которые считаются ее возможными партнерами по коалиции, не делает этого. Поэтому они предпочитают взять ее измором, что, собственно, сейчас и происходит.
— Вы участвовали в выборах?
— Да, потому что мне хочется, чтобы у нас была другая политика.
— Какая?
— Такая, которая не развивала бы чрезмерное конкурентное мышление. Будучи психиатром, я знаю многих людей, которые, с одной стороны, вполне успешны, но с другой — постоянно чувствуют себя усталыми и разбитыми. Они замещают недостаток внутренней уверенности в себе внешними ценностями. Такого рода душевные проблемы испытывает все больше и больше людей. Уже все общество поражено ими: все только и думают о том, как бы нам добиться экономического роста, но эти усилия не делают нашу жизнь лучше, а, наоборот, разрушают нас.
— Вы можете привести пример?
— Возьмем для примера опеку над детьми. Никто не ведет дискуссию на этот счет с точки зрения детей — аргументы приводятся только с точки зрения взрослых. Родители должны иметь возможность спокойно работать, и поэтому дети уже с младенчества должны опекаться другими людьми. Еще со времен ГДР общеизвестно, насколько вредно было ясельное воспитание, но, несмотря на этот отрицательный опыт ГДР, его теперь собираются перенести на всю Германию.
— После выборов стало ясно, что левые и правые партии в Германии примерно равны по силам. Существует ли некое «немецкое ощущение жизни»?
— Немцы часто отрицают наличие опасностей. Они стараются их просто не замечать или замалчивать. Они не занимают такую позицию, которую кто-то, возможно, будет критиковать. Их стремление к развлечению перетекает в склонность «не замечать», какой ценой достигается их высокий уровень жизни.
— Но опасностей ведь не так уж и много. Страна переживает, пожалуй, лучший период в своей истории. Уровень жизни в Германии действительно гораздо выше, чем во многих других странах. Чего мы должны бояться?
— Опасность связана с нашим стилем жизни. Нам не хватает внутреннего признания. Это проблема людей-нарциссов. Нарциссы стремятся к внешнему признанию. То, что возникает по этой причине, я называю алчностью. Немецкое экономическое чудо долгое время прикрывало эти раны. Но это больше не работает.
— Рыночная экономика — это хорошая система?
— Рынок сам по себе не может все регулировать. Потребности людей могут быть и ошибочными.
— Звучит как-то печально…
— Но это так и есть. Я настроен скорее скептически. Нарциссы стремятся компенсировать недостаток внутреннего признания напыщенностью или деньгами. Поэтому политики и банкиры — это две профессиональные группы, представители которых часто являются нарциссами. Банкиры получают огромные бонусы и «улетают» в облака, где и витают постоянно.
— И вот теперь одни контролируют других — политики банкиров. Это кончится хорошо или плохо?
— Это не может кончиться хорошо. Один нарцисс никогда не сможет остановить другого. Скорее всего, они просто возвеличат друг друга. Политики никогда не смогут действительно контролировать банкиров.
— Разве банкиры, в конце концов, не делают то же самое, что делают простые вкладчики? Они же просто хотят иметь как можно больше денег?
— Да. И теми, и другими движет вопрос: насколько я все еще беден?
— Как нам выбраться из этого замкнутого круга?
— Исходя из собственного врачебного опыта, я считаю, что люди всегда ждут до тех пор, пока ситуация не достигнет критической точки, и только потом начинают действовать. Они должны заболеть, ну или должно случиться что-то такое, что поколеблет их систему координат, прежде чем они начнут двигаться в другом направлении. Именно это случилось сейчас со Свободной демократической партией, которая в последние 20 лет много чего делала неправильно. Теперь же, после поражения на выборах, ей приходится менять весь свой руководящий состав.
