Взрыв более 5000 пейджеров в Ливане ещё долго будет «новостью номер один» на Ближнем Востоке. 11 человек погибли, около 4000 получили ранения. Среди раненых – посол Ирана в Ливане Моджтаба Амани, который, по непроверенным слухам, потерял зрение.
Известна и предыстория. С появлением смартфонов, СМС, WhatsApp и прочих мессенджеров пейджеры уже практически вышли из употребления. Однако глава террористической группировки «Хезболлах» шейх Насралла, известный также под кличкой «Моджахед из армянского квартала», запретил своим боевикам пользоваться смартфонами и приказал перейти на пейджеры. Они были заказаны на Тайване. Как именно удалось их одномоментно и дистанционно взорвать, существуют разные версии. По одной из них, пейджеры «взломали» и перегрузили их литиевые аккумуляторы. По другой, уже на стадии изготовления в пейджеры заложили небольшое количество взрывчатки. Так или иначе, сейчас тайваньская полиция проверяет компанию Gold Apollo, где были заказаны и изготовлены злополучные пейджеры. А эксперты вновь гадают, «сдетонирует» ли от этого взрыва пейджеров новая большая война на Ближнем Востоке, особенно если учесть, что политические страсти и так взвинчены до предела. И это не только израильская операция в секторе Газа.
31 июля в Тегеране в результате взрыва в своей резиденции погиб глава политбюро ХАМАС Исмаил Хания. Иран пообещал «ответить сионистскому режиму на подлое и трусливое преступление». Эксперты заговорили о риске новой большой войны. Тегеранским бонзам было от чего хвататься за голову и грозить Израилю ответом. Как уже неоднократно отмечалось, ликвидировать главу ХАМАС в пригороде Тегерана, на «объекте», принадлежащем «Корпусу стражей исламской революции», — для этого надо располагать очень информированными источниками внутри Ирана, агентурой, которая точно укажет, в какой комнате находился Хания… Иран поднял «красный флаг мести», эксперты просчитывали сценарии, прикидывали расклад сил, но…
3 января 2020 года США в окрестностях аэропорта Багдада наносят воздушный удар по кортежу иранского генерала Касема Сулеймани. В Иране поднимают «красный флаг мести», обещают удар возмездия, и уже 8 января Иран нанёс ракетные удары по американским базам в Ираке.
1 апреля 2024 года был нанесён воздушный удар по зданию консульства Ирана в Дамаске. В результате было убито несколько важных чинов КСИР, отвечавших за операции в Сирии. 13 апреля последовал иранский ответ – первый со времён исламской революции воздушный удар непосредственно по Израилю. Но, несмотря на задействование сотен ракет и дронов, удар практически цели не достиг. Ряд арабских стран позволили перехватывать ракеты над своей территорией, Израиль задействовал собственную ПВО, и в результате ракеты, которые достигли территории Израиля, можно было пересчитать по пальцам одной руки. Большинство экспертов сочли тот удар «военно-техническим провалом Ирана» и демонстрацией эффективности израильской ПВО.
Но теперь всё по-другому. Хания, напомним, был ликвидирован ещё 31 июля. А иранского ответа всё ещё нет. И чем дальше, тем больше сомнений, что он вообще будет. Особенно если иранские высокие чины в погонах и без рассуждают «на камеры» о том, что они, дескать, решают, какой именно ответ должен последовать. Пока «на столе» имеются разве что угрожающие мультфильмы.
Причины осторожничать у Ирана есть. Это и направленная в регион американская авианосная группа, и весьма прозрачное предупреждение США, что они Израиль в обиду не дадут, и опыт прежних ударов, после которых не осталось сомнений: во-первых, даже на фоне операции в Газе Израиль не одинок, а во-вторых, израильскую ПВО не так-то легко «пробить». Как бы не снимать с повестки дня удар, но при этом его не наносить, может показаться иранской верхушке достаточно неплохой тактикой. Но тут есть одна опасность.
Угрозы, разного рода «ясные сигналы», «жёсткие предупреждения» и «красные линии» — популярный в политике инструмент. Но им, простите за цинизм, надо уметь пользоваться. Во-первых, разговоры о «красных линиях», «неизбежных последствиях» и т. д. действительно имеют вес и последствия в устах того политика, у которого слова не расходятся с делом. Во-вторых, любые угрозы – товар скоропортящийся. Держать мир или хотя бы окружающие страны в состоянии «вот я сейчас вам покажу!» до бесконечности невозможно. Да и, наконец, удар после этих угроз действительно должен быть сокрушительным. Иначе всё превращается в спектакль, за которым слишком уж явно прослеживается неготовность выполнить собственные угрозы. А уж чего именно не хватило любителям громких заявлений без реальных действий — ракет, беспилотников или характера — не суть важно. На выходе в который уже раз приходится вспоминать слова перебежчика и военного историка Виктора Суворова: «Правило: виновного — прости. Или убей. Угроза — проявление глупости, слабости и бессилия. Грозят обиженные».
Для Ирана это всё более чем актуально. После убийства Хания Тегеран уже проиграл «имиджевую войну спецслужб». Если ответа не последует, будет проиграна и «имиджевая война армий». Теперь ситуацию существенно «догружает» ещё и взрыв пейджеров.
А для иранской муллократии это имеет особое значение. Речь идёт о готовности и способности Ирана защищать своих «прокси». Представителей тех самых «шести армий» за пределами ИРИ, о которых столь цветисто любят рассуждать муллократы.
В самом деле, именно эти «прокси» — йеменские хуситы, проиранские группировки в Ираке, «Хезболлах», ХАМАС — делают для Тегерана самую опасную и «грязную» работу. Именно они принимают на себя первый удар противников Ирана. И если теперь ответа не последует, то среди этих самых «прокси» вполне может начаться брожение: это как получается? За Сулеймани отомстили, за удар по консульству ответили, а ликвидацию Исмаила Хания и взрыв пейджеров просто не заметили?
Вряд ли, конечно, хуситы или боевики иранской «Хезболлах» станут выступать с обличающими Тегеран заявлениями. Но пойти на сепаратные переговоры и благополучно «сдать» в их ходе Тегеран – сценарий куда более вероятный.
Так что не пришлось бы менять «красный флаг мести» на белый капитулянтский.
Нурани
