Искусство дипломата заключается в умении четко выразить размытую позицию и тонко обозначить пересекающиеся линии. И знаете, что интересно в выступлениях президента Ильхама Алиева? Знакомясь с их содержанием, всегда важно видеть то, что скрыто между строк. Не потому, что он не называет вещи своими именами. Отнюдь. При надобности Ильхам Алиев умеет акцентировать внимание на нужном вопросе и четко формулировать мысли так, чтоб у слушателей не возникало ошибочного мнения или желания иначе трактовать услышанное. Речь о другом. Когда надо, а в дипломатии, как вы понимаете, надобность в подобных вещах возникает не редко, мысль доносилась таким образом, чтобы, с одной стороны, рассеять иллюзии у тех, кому эта часть выступления была адресована, а с другой, дать знать, что говорящий настроен решительно и это не пустые слова. Такие моменты речи президента назовем скрытыми посылами. Аналогичное можно было наблюдать и в ходе вчерашнего выступления Ильхама Алиева во время инаугурации.
Президент отметил практически все аспекты внешней и внутренней политики, социально-экономической жизни и отдельно, конечно же, остановился на карабахской тематике, в очередной раз повторив, что «вопрос Карабаха закрыт». Что это означает? В этой совершенно незамысловатой, но священной для каждого азербайджанца фразе кроется многое. И посылы, о которых написано выше, как раз связаны с этой основной мыслью.
Итак, посыл номер 1: «Если территориальным претензиям против нас не будет положен конец, если Армения не приведет свое законодательство в нормальное состояние, то, естественно, мирного договора не будет».
Как это следует понимать и о каком законодательстве Армении говорит глава государства? Известно, что в Конституции Армении и привязанной к ней Декларации независимости говорится о том, что Карабах, обозначенный в этих документах непонятным названием «Арцах», якобы является армянской территорией. Декларацию о независимости они приняли в 1990 году, еще во времена Верховного Совета Армянской ССР, а конституцию — уже в 1995 году. Но сегодня 2024 год, а, значит, неуклонный ход времени проскочил 2020 год, когда Азербайджан в ходе 44-дневной войны вернул себе большую часть Карабаха и все захваченные врагом прилегающие к нему территории, и 2023 год, когда благодаря блестящей антитеррористической операции страна сумела очистить земли от остатков сепаратистов, а оставшиеся там армяне добровольно покинули территории. То есть сегодня реальность изменилась, и как говорит Ильхам Алиев карабахский вопрос закрыт.
Сегодня время подписания мирного договора, что азербайджанская сторона неоднократно и предлагала Армении сделать, но каждый раз в ответ мы слышали какие-то оправдания и увиливания, а порой являлись свидетелями и совершенно нелогичных дипломатических наскоков. И такое продолжается на протяжении нескольких месяцев. Будет ли Азербайджан и впредь поднимать этот вопрос? В этом и заключается посыл, который следует увидеть в выступлении президента. Скорее всего, нет. Теперь, как говорится, мяч на поле армян. И до тех пор, пока Армения не приведет свое законодательство, то есть те самые Конституцию и Декларацию независимости или любые другие документы в соответствие с новой реальностью, она может и должна считать, что находится с Азербайджаном в состоянии войны. Если такое положение вещей устраивает эту страну, то это будет лишь выбором самой Армерии. Для нас это теперь не столь важно.
А что, если Азербайджан, к примеру, включит в какой-либо законодательный акт пункт о том, что Зангезур или даже вся территория Армении является неотъемлемой и составной частью Азербайджанской Республики? Понравится это армянам? А ведь Азербайджан может это сделать…
Посыл номер 2. Он содержится в следующей цитате из речи президента: «В результате усиления мер безопасности и укрепления наших границ мы должны защитить себя как от физических, так и от идеологических рисков. Идеологические риски не знают границ, особенно в нынешних условиях. Поэтому главная задача здесь – воспитание молодого поколения в духе патриотизма и национальных традиций».
Как понимать сказанное? Почему вопрос укрепления границ Ильхам Алиев связал с идеологическими рисками и оттуда перешел к вопросу воспитания молодого поколения? На наш взгляд, сказанное имеет непосредственно отношение к попыткам внешних сил поднять в Азербайджане какие-то националистические сепаратистские настроения. Видимо есть такой сигнал. Иначе президент не стал бы об этом говорить. Причем в том, что касается внешних сил, заинтересованных в дестабилизации ситуации в Азербайджане, многим все ясно. С одной стороны, это страны Запада, которые обычно действуют весьма незамысловато через финансируемые СМИ и НПО. Такие приемы они весьма успешно применяли и применяют до сих пор в некоторых молодых государствах, появившихся после развала Советского Союза.
Но какое тогда отношение имеет к сказанному вопрос границ? Вот, почему угрозу негативного идеологического воздействия на Азербайджан следует видеть не только в Западе, но и в некоторых странах, с которыми Азербайджан граничит и с которыми у нас довольно натянутые отношения. И речь, как вы понимаете, в данном случае не об Армении, поскольку игры подобного уровня — не масштаб этой страны, которая сама тонет в собственных внутриполитических противоречиях. В любом случае посыл понятен и источник угрозы очень даже виден…
Кстати, следующая фраза президента из той же серии. Она лишь раскрывает сказанное, но уже объединяя угрозу, исходящую от некоторых соседних государств с угрозой европейской: «Мы находимся в таком регионе, против нас объединились такие силы, которые ищут любую возможность, чтобы навредить нам. Я уже говорил об этом как во время второй Карабахской войны, так и во время антитеррористической операции – мы сдвинули с места такие камни, которые считались непоколебимыми, что нам этого не простят, и мы должны знать об этом. Если кто-то считает, что от нас отстанут, то он ошибается. Мы должны быть готовы, мы должны быть мобилизованы».
Посыл номер 3. Цитируем: «Мы будем и дальше предпринимать свои шаги, связанные с международными организациями, продолжим наши усилия, в первую очередь, в рамках Организации тюркских государств. Это для нас приоритет, и я хочу заявить об этом открыто. Наверное, проводимая сейчас политика ясно дает всем это понять. Это для нас основная международная организация, потому что это наша семья. У нас нет другой семьи. Наша семья – это тюркский мир».
Можно, конечно, спросить: что же здесь нового и в чем посыл? А заключается он в том, что теперь Азербайджан большую часть сил и энергии во внешнеполитической деятельности будет направлять не на Запад, а именно на иллюзорное и далекое вступление в Европейский Союз, а делать все от него зависящее, чтобы совместно с братскими тюркскими странами поднимать уровень Организации тюркских государств до уровня Евросоюза в области политики, экономики и не исключено, что в будущем и в плане обороноспособности. Кстати, вопрос повышения обороноспособности в рамках Евросоюза поднимается только сейчас, а среди тюркских государств вообще не стоит, поскольку изначально заявлялось, что ОТГ будет больше нацелена на развитие культурных и образовательных связей, сохранение исторического тюркского наследия, укрепление и изучение традиционно-этнической основы, сотрудничество в сфере молодежи и спорта и т.д.
Однако всем как в тюркском мире, а тем более на том же Западе, прекрасно известно, что по мере укрепления этих связей неминуемо встанет вопрос защиты достигнутых результатов. Ведь президент открыто сказал, что цель – довести ОТГ до такого уровня, чтобы превратить его в центр силы… Нет, не в регионе, а в мире. А кто же из государств, считающих себя сегодня сильными мира сего, согласится с появлением новой такой силы? Понятно, что на ОТГ в будущем станут оказывать внешнее воздействие, и чтобы защититься от тех самых рисков и угроз, которые, скорее всего, будут представлены теми же странами, что пытаются давить на Азербайджан сегодня, организации придется создавать и единые вооруженные силы.
Рауф Насиров
