Глава Казахстана после январских событий в республике окончательно легитимирует свою власть, выходит из «тени» Назарбаева и показывает, «кто в доме хозяин». Разумеется, палки в колеса ему вставляют.
Казахстан уже привык к проведению внеочередных выборов: на сей раз главу государства будут выбирать на полтора года раньше конституционного срока – 20 ноября. Причем, в условиях, когда по новому Основному закону республики президентский срок ограничивается семью годами вместо пяти, однако без возможности повторного баллотирования, как это было прежде. То есть получается, что нынешний глава государства Касым-Жомарт Токаев добровольно сократил свои президентские полномочия на полтора года и править, в случае победы на выборах, будет до 2029-го. Ну а после досрочных президентских выборов состоятся парламентские – словом, классическая модель последовательности избирательного процесса вроде как нарушена, но если вдуматься и не спекулировать этим обстоятельством, напрашивается вывод о логичности решений Токаева, о чем еще будет сказано ниже.
Напомним, в марте 2019 года тогдашний президент РК Нурсултан Назарбаев сложил с себя полномочия главы государства, и уже на следующий день его преемник — бывший глава Сената парламента Токаев — вступил в должность президента. В июне того же года состоялись внеочередные президентские выборы – за Токаева проголосовал почти 71% избирателей. Но для многих он остался фигурой, полностью зависимой от Назарбаева, сохранившего всю полноту власти в республике, и управляемого им. Однако в начале январе этого года имидж Токаева резко изменился – республику охватили массовые беспорядки, нападения на силовиков, квалифицированные президентом как попытка государственного переворота. За помощью он обратился к ОДКБ (читай – к России), и уже седьмого числа того же месяца ситуацию удалось стабилизировать. В ходе беспорядков, по официальным данным, погибли 238 человек. Влиянию Назарбаева и его ближайшего окружения, находящегося, кстати, в конфронтации друг с другом, в основном был положен конец.
Таким образом, Токаев сумел показать, «кто в доме хозяин»: расчистив, по мере возможного (однако до конца еще далеко), «авгиевы конюшни» конкурирующих назарбаевских «элит», он объявил о начале масштабных реформ во всех сферах деятельности страны. Но, вероятно, ему внутренне (и для внешнего обихода) все же не хватало полноценного ощущения легитимности: за ним волочился «хвост» Назарбаева как популярной и сильной личности, хотя Токаев едва ли не в самый сложный период для казахов взял на себя ответственность, вытащив страну из хаоса и сохранив ее государственность.
Сам он объяснил решение о проведении внеочередных президентских выборов необходимостью получения «нового доверительного мандата народа» для успешной реализации комплексных реформ. Пока на пост главы государства претендуют 8 кандидатов, но их количество еще может сократиться. Сам Токаев баллотируется от внушительной коалиции общественно-политических сил, включающей три парламентские партии, Совет генералов, Гражданский альянс Казахстана, Ассоциацию ветеранов войны в Афганистане, Союз спортсменов и т.д. Словом, поддержка Токаева видится весьма внушительной и он, разумеется, выборы выиграет, поскольку альтернативы ему, с его прагматичностью, дипломатическими навыками, государственным мышлением и прочими плюсами, нет.
Что же касается его предвыборной программы, она обширна, взвешена и, возможно, излишне амбициозна, в то время как другие кандидаты в президенты с точки зрения, так сказать, программного обеспечения своей предвыборной кампании, выглядят бледно. И вряд ли оправданием для них может служить отсутствие времени на подготовку серьезной программы из-за досрочности выборов.
Правда, нельзя сбрасывать со счетов то, что Токаев – действующий президент, обладающий большим опытом государственного управления и ориентации в международной политике, несравнимыми с аналогичными характеристиками других кандидатов – тем более, в условиях геополитического разлома и распада мира на конфронтационные блоки.
Если коротко, то Токаев, признав «усталость людей от пустых деклараций и бесконечных презентаций светлого будущего», делает акцент на децентрализации системы государственного управления при одновременном повышении персональной ответственности политических служащих; предлагает передать часть компетенций правительства министерствам, а не «коллективному кабинету». В качестве приоритетов им названы реформа судебной и правоохранительной систем, борьба с коррупцией, усиление прокурорского надзора над соблюдением конституционных прав и свобод граждан и предпринимателей. Особое внимание уделено модернизации армии и всего силового блока; демонополизации экономики, формированию прозрачной налоговой, бюджетной, тарифной системы и т.д. Все вышеперечисленное, а также еще множество нововведений, позволит, по подсчетом Токаева, в течение 7 лет привлечь в Казахстан 150 млрд прямых иностранных инвестиций.
Что же касается внешней политики, страна «на международной арене всегда твердо отстаивала свои национальные интересы и продвигала прогрессивную повестку». Ее внешнеполитический курс, заверил президент, «будет неизменно миролюбивым и конструктивным, нацеленным на сотрудничество со всеми партнерами. Поэтому мы будем содействовать усилению глобальной роли ООН и созданию более гармоничной и справедливой системы международных отношений». В этом контексте он подчеркнул необходимость правильного выстраивания отношений с соседними странами – «в том числе, с главным стратегическим партнером – Россией»; активное участие в евразийской интеграции. Заметим также, что в предвыборной программе Токаева уделено большое внимание модернизации системы здравоохранения и социальной сферы.
Словом, речь идет о «перезагрузке» страны по всем направлениям после январской попытки государственного переворота. Надо думать, что именно эта попытка и обусловила проведение внеочередных президентских выборов. Трагический январь фактически разрушил прежнюю систему управления, и создавшийся вакуум требует его срочного заполнения, дабы не дать возможность развитию экстремистских, включая религиозные, идеологий. И Токаев пошел на опережение, пользуясь тем, что в настоящее время его рейтинг высок – ведь в январе он вышел победителем в беспрецедентно масштабных беспорядках. И уже в качестве такового под его политическую силу и аффилированные с ней партии и сформируется новый парламент. Кстати, Казахстан сейчас переходит от суперпрезидентской модели к, в большей степени, парламентской республике, что тоже требует времени и равномерного распределения ответственности ветвей власти.
Ну и вопрос с легитимацией будет полностью исключен из внутри- и внешнеполитической повестки, что, впрочем, не помешает определенным силам в самой стране и за ее пределами вынашивать идею замены, по постсоветским меркам – либерально-демократического и достаточно самостоятельного президента — на национал-популистского или даже радикально исламского. Избежать такого развития событий теоретически возможно путем строгой синхронизации политической модернизации с социально-экономической.
Все эти выверенные ходы Токаева в определенных политических кругах вызывают откровенное неприятие, а то и панику. Уже говорят о том, что через семь лет он никуда не уйдет, а, укрепив свои позиции, продлит собственный президентский срок либо изменением Основного закона, либо решением Конституционного суда. Исключить такую возможность, конечно, нельзя, но ее следует сопоставить с интересами страны, которая через семь лет может выиграть от продления срока правления Токаева: предугадать сегодня, каким мы увидим Казахстан полторы пятилетки спустя, невозможно.
Часть так называемого «гражданского сектора», весьма многочисленного в Казахстане, уже трубит об априори фальсифицированных выборах, но, строго говоря, это и есть его «работа». Равно, как и агитация дать власти, якобы занятой исключительно политтехнологиями, «жесткий отпор». В Верховный суд Казахстана один из гражданских активистов Альнура Ильяшев даже подал иск с требованием отменить регистрацию Токаева в качестве кандидата в президенты как «незаконную и антиконституционную». Он также обвинил Центризбирком РК в «поощрении порочной практики» проведения в стране досрочных выборов, лишении граждан законного права альтернативного выбора.
Словом, нападок на Токаева будет еще много, однако критического уровня они не достигнут: действующий президент, как видно, в настоящее время твердо стоит на ногах и желателен в качестве главы государства для большей части казахстанского электората. А если смотреть шире – то и для региональной стабильности, переживающей (и это, видимо, надолго) период повышенной военно-политической, экстремистской и финансово-экономической турбулентности.
Ирина Джорбенадзе, специально для Minval.az
