У Пекина есть серьезный повод для беспокойства 

Сравнения международной политики с «боями без правил» успели уже набить оскомину (и мозоли на ушах). Тем не менее правила здесь все-таки есть, и далеко не на последнем месте — невмешательство в чужие внутренние дела. Другой вопрос, что исключения из этого правила существуют вполне официально. На первом месте здесь — массовые репрессии, тем более на национально-конфессиональной почве. Причем, как правило, власти стран, устроившие такие «национально-политические» репрессии, далеко не всегда прогнозируют масштабы реакции на такие свои действия.

Теперь эту неприятную истину узнает на собственном опыте Китай. Смерть в одном из «исправительных лагерей» уйгурского поэта и музыканта Абдурехима Хейита грозит спровоцировать нешуточный по своим масштабам кризис.

В Нью-Йорке прошла акция протеста против репрессивной политики китайских властей в отношении уйгуров — в ней приняли участие представители и уйгурской, и турецкой общин США. Участники акции с флагами Турции и Восточного Туркестана в руках также держали плакаты с надписями «Свободу Восточному Туркестану» и «Остановите убийства уйгуров» итребовали незамедлительного прекращения наушения прав тюрков-уйгуров. На это в Пекине еще могли высокомерно не отреагировать. Но реакция Турции выводит проблему на новый уровень.

Анкара выступила с резким осуждением развязанных властями Китая репрессий против мусульманских тюркоязычных народов. «Политика систематической ассимиляции властей Китая по отношению к тюркским уйгурам является величайшим позором для человечества», — заявил пресс-секретарь МИД Турции Хами Аксой. По его словам, Турции стало известно о «трагической» смерти уйгурского поэта и музыканта Абдурехима Хейита, который умер в тюремном заключении. Как отметил турецкий дипломат, «с великой скорбью мы узнали, что достойный поэт Абдурехим Хейит, которого приговорили к 8 годам тюрьмы, умер на втором году своего заключения». По словам Аксоя, «эта трагедия укрепила общественную реакцию Турции по отношению к серьезному нарушению прав человека в районе Синьцзян». Как подчеркивают в Анкаре, Турция обратилась к ООН с призывом «предпринять эффективные шаги  положить конец человеческой трагедии в районе Синьцзян». По словам Аксоя, более миллиона уйгуров «подвергаются произвольным арестам, пыткам и политическому промыванию мозгов в лагерях для интернированных и тюрьмах».

«Уйгуры, живущие за пределами Китая, в том числе в Турции, не могут получить сведений о близких и родственниках на родине», – приводит его слова The New York Times. Как подчеркнул представитель турецкого внешнеполитического ведомства, за последние два года давление на этнических уйгуров и другие мусульманские общины Китая усилилось. Очередным шагом в этом направлении, по его словам, стала реализация политики «китаизации» религий и вероисповеданий, объявленная в октябре прошлого года. Аксой также добавил, что вопрос положения уйгуров постоянно поднимается Турцией в ходе переговоров с Китаем.

В Китае поторопились обвинения Анкары опровергнуть. Официальный представитель МИД КНР Хуа Чуньин отрапортовала на брифинге: Китай сделал представление Турции в связи с заявлением турецкого МИД о функционировании в Синьцзян-Уйгурском автономном районе (СУАР) КНР концентрационных лагерей для уйгуров. По версии Хуа Чуньин, «турецкая сторона сделала очень серьезную ошибку, что довольно безответственно. Мы выражаем решительный протест в связи с этим». Оказывается, «упомянутый в заявлении МИД Турции народный поэт Абдурехим Хейит, который якобы умер в заключении, на самом деле жив и здоров. В интернете опубликовано видео с этим человеком». Затем менторским тоном изрекла: «Турция также является многонациональной страной, которая сталкивается с террористической угрозой, поэтому, как я думаю, она должна более других государств оказывать поддержку другим странам в борьбе с терроризмом и поддержании стабильности».

Намеренно оставим в стороне догадки, является ли фраза Чуньин намеком, что Китай может в отместку начать активную кампанию помощи той же РКК. Важно другое. В Интернете действительно появилась видеозапись Абдурехима Хейита, только вот невозможно ни проверить подлинность этого видео, ни установить, кто, когда и где его снял. Так что эффектного опровержения у властей КНР не вышло.

Зато после «видеоответа» Пекина в социальных сетях под хештегом #MeTooUyghur запущена впечатляющая кампания: уйгуры призывают власти Китая выложить в Интернет видео со своими родственниками, которые также содержатся в «исправительных лагерях».

«Мой муж #MuhtarRozi должен быть немедленно освобожден! Мои родители должны быть освобождены прямо сейчас, я очень беспокоюсь за них. Где они сейчас? В безопасности они или нет?» — написала в Twitter’е женщина из Стамбула. «Покажите мне их на видео, как вы показали видео с Абдурехимом Хейитом», — добавила она.

Но, пожалуй, даже не это главное. Усилиями многих стран, и не в последнюю очередь Турции, положение в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китая стало уже масштабной международной проблемой. Уже в прошлом году свой доклад подготовила группа экспертов ООН. Именно там впервые были приведены данные, что около миллиона человек в провинции на северо-западе Китая содержится в «антиэкстремистских центрах», еще примерно миллион принудительно помещены в «лагеря политического перевоспитания».

По информации «Анадолу» со ссылкой на данные Европарламента, Amnesty International и Human Rights Watch, многие уйгурские ученые, искусствоведы, профессиональные спортсмены и преподаватели числятся пропавшими без вести. Это говорит о том, что власти Китая, скорее всего, держат их в концлагерях и тюрьмах, отмечают в Анкаре. И напоминают, что в концлагерях погибли известный уйгурский теолог Мухаммед Салих Хаджим, ученые Абдулнехед Мехсум и Айхан Мемет. Европарламент четвертого октября 2018 года заявил о своей обеспокоенности в связи с этими смертями. В докладах Европарламента также упоминались имена ученых Али Мамута, Хайлайта Ниязи, Меметжана Абдуллы, Абдухалила Зунуна и Абдукерима Абдувеля.

Казалось бы, в Пекине могут позволить себе на это просто не реагировать и продолжать прежнюю политику, которая по сути дела ставит своей конечной целью полную деэтнизацию национальных меньшинств Китая. Да и в ООН Пекину мало что угрожает: страна обладает правом вето в СБ ООН.

Но в чем нет сомнений, так это в том, что Китай уже де-факто проиграл «информационную войну». Положение уйгуров, система «концлагерей», национально-политические репрессии — все это получило международное «измерение», причем, судя по всему, совершенно неожиданно для Пекина. В Китае, без сомнения, рассчитывали, что на мировое сообщество безотказно подействуют ссылки на то, что в СУАР действует «террористическая группировка «Исламское движение Восточного Туркестана» (примерно так же СССР после карательной акции в Баку в ночь на 20 января 1990 года пытался, пардон, запудрить мозги мировому сообществу официальной версией насчет «исламского переворота», притом что исламисты в политическом спектре Азербайджана тогда далеко не доминировали). И вот о том, что эта стратегия не сработала, уже можно говорить как о свершившемся факте. Причем все это понятным образом наслаивается на реакцию многих стран на опасные политические игры Китая на огромном пространстве, от Южно-Китайского моря до Арктики. Дошло до того, что спецслужбы Норвегии выражают обеспокоенность возросшей шпионской активностью не только России, но и Китая. Так что масштабы возможного резонанса не стоит недооценивать. Особенно с учетом того, что уйгуры — не единственное национальное меньшинство Китая. Уже давно «тлеют» проблемы в Тибете, растет напряженность в доселе спокойной Внутренней Монголии…

И да, это предупреждение касается не только Пекина, но и, к примеру, Москвы, чей министр иностранных дел Сергей Лавров в Киргизско-Российском Славянском университете в Бишкеке, комментируя информацию СМИ о китайских  «лагерях политического перевоспитания, умудрился заявить: «Я не знаю об этом. Я буквально недавно читал, что Соединенные Штаты Америки этот вопрос активно ставят, в том числе через свое посольство в Пекине. Мы не вмешиваемся во внутренние дела других стран и не пытаемся искать проблемы в наших отношениях». А потом добавил: «Мы знаем, насколько остро стоит проблема экстремистов в Синьцзян-Уйгурском автономном районе Китайской Народной Республики». И, похоже, просто не задумался, как это его заявление повлияет на настроения и в тюркоязычных государствах Центральной Азии, и в субъектах федерации самой России. Где власти РФ , конечно, могут не разрешить проводить митинги в поддержку уйгуров, но вряд ли в состоянии запретить своим, а тем более чужим гражданам знать о том, что происходит в Китае, и делать из этого выводы.

Нурани, политический обозреватель

Minval.az