История с убийством саудовского журналиста Джамаля Хашукджи вполне ассоциируется со смыслом пословицы «заставь дурака Богу молиться, он себе и лоб расшибет». Особое внимание Вашингтона к саудовскому режиму попеременно оборачивается трагическими эксцессами и конфузами, которые то и дело наращивают пассив не столько правящего королевского дома, сколько самой Америки.
То, что случилось в консульстве Саудовской Аравии в Стамбуле, не только шокирует, но порядком пугает. Подумать только, ближайший союзник Вашингтона на волне вседозволенности вытворяет такое, от чего кровь в жилах стынет.
В шестидесятых-семидесятых годах прошлого века аравийское королевство придерживалось изолированного курса, и оно не зря сторонилось полнокровной интеграции в мировое сообщество. Причиной тому была боязнь стать объектом давления со стороны демократических институтов, и в результате жестокость и кровожадность правящего режима не без участия Запада выводились за скобки международной повестки.
Работавшие в стране дипломаты под большим для себя риском, используя шпионские мини-фотокамеры, снимали сцены хладнокровных казней людей, которых режим лишал жизни за банальные провинности вроде употребления алкоголя, или телесного прикосновения мужчин к женской плоти.
Все это было не только дико, но и печально, ибо саудовский правящий дом изгалялся над своими и даже иностранными гражданами под надежным западным прикрытием. Вакханалия садизма, живодерство, будучи обыденным явлением для страны, воспринимались как нечто естественное.
В самих Штатах представители истеблишмента, нешуточно гревшиеся на саудовских нефтедолларах, как правило, обходили дебаты и расспросы о правах и свободах в архаичном государстве стороной. Иными словами, закрытость монархии отвечала интересам не только правящего консервативного клана, но и кругов, которые выступали гарантами неприкосновенности королевского режима.
Похоже, и сегодня мало что изменилось в стране, больно напоминающей заповедник средневековья на стыке трех континентов. Например, наказание, или точнее, избиение йеменских хуситов, порученное тем же Западом арабской коалиции во главе с саудитами по содержанию и целям синхронизируется с актом расправы над колумнистом газеты Washington Post, единственная разница лишь в масштабах осуществляемых расправ, но от этого легче не становится.
Ужасающие параметры физической и гуманитарной катастроф, стабильно расширяющих границы, строго замалчиваются. Наложен запрет на распространение информации о топорной работе коалиционной авиации в стране, взятой в кольцо блокады. Точечной практикой в профессиональном понимании не пахнет. Саудиты так и не научились складно, без сучка и задоринки выполнять деликатные задания сюзерена. От того и замалчиваются истинные масштабы жуткой йеменской трагедии. Это так, к слову.
О деле Хашукджи мир знает все и в деталях. Скандал поистине громкий и ужасный, и в процесс вовлечены официальные инстанции США, еле сдерживающие ярость в адрес малосообразительных и непредприимчивых подшефных. Приходится больше молчать и делать вид, будто озабоченность перехлестывает через край.
Если говорить о важных деталях, Эр-Рияд, если более адресно, то наследный принц Мухаммед, мощно подставил Вашингтон, плюнув на авторитет сюзерена. Шутка ли, хладнокровным и садистским убийством затронута честь и американского мундира. Колумнист Хашукджи представлял не какую-то проходную газетенку, а столп американской медиаимперии.
Все, кто стоит за гнусным актом ликвидации журналиста, и кто вынужден отдуваться, осознают, насколько важно выпутаться с наименьшими имиджевыми потерями.
Тут забот и хлопот у Вашингтона намного больше, чем у заурядно мыслящего принца Мухаммеда. Начатое расследование ни у кого не вызывает особого интереса, поскольку итак всем ясно, что полной и исчерпывающей правды не будет. Остается одно – какой вердикт на случившееся даст Вашингтон, поскольку Эр-Рияд для Америки не просто союзник и единомышленник, а еще и дойная корова.
После ставшего историческим танца с саблями с участием Трампа саудовско-американские отношения обросли отметиной вечного братства, и теперь Вашингтону перепадает больше ответственности за разруливание скандала. У Эр-Рияда на поиск разумных и правдоподобных отмазок способностей явно не хватает. К тому же деморализация, вызванная шокирующим инцидентом, мешает королевскому дому сосредоточиться.
Пожаловавший в Эр-Рияд госсекретарь США Майк Помпео вроде бы согласовал процедуры расследования и заручился согласием провести прозрачное дознание и наказать виновных. Источники сообщили, что Эр-Рияд готов признать смерть журналиста в версии, будто бы жертва лишилась жизни в результате «брутального допроса».
Может, все именно так и обстоит, однако быть того не может, чтобы к делу не был бы причастен кронпринц Мухаммед. Он фактический правитель страны, и такого уровня операции без его ведома и санкции попросту невообразимы. Волна ширящегося негодования и критики в мире потому и поднялась, что молодой правитель саудитов позволяет себе слишком много, отталкиваясь от безграничной поддержки Вашингтона.
Его правая рука, министр иностранных дел Адель Аль-Джубейр попытался посеять туман вокруг криминальной истории, заявив, что «в королевстве нет информации о местонахождении тела журналиста». То есть, факт его уничтожения не отрицается, а все подробности рассеиваются таким образом, чтобы сам черт запутался. Напоследок министр промямлил, мол, «наследный принц не был осведомлен об операции».
Арестовано более 20 подданных королевства, которым инкриминируется причастность к преступлению. В их числе высокопоставленные персоны из окружения принца и сотрудники специальных служб. Какой бы безболезненный вариант разрешения ни принимали бы пытливые спецы ЦРУ и ФБР, отмазать убийц не получится. Раз есть преступление, за него должны понести наказание не стрелочники, а операторы специальных поручений.
Встает резонный вопрос – как на их вину среагируют бдительные американские инстанции, в подобных случаях накрывающие попавшихся на удочку санкциями. Будут ли блокированы их личные счета, занесут ли их в черные списки террористов?! Ведь по существу акция, приведшая к безвинной гибели журналиста, тождественно акту террора.
Нашумевшая история может превратиться в опасный прецедент. Гражданского общества в Саудовской Аравии нет, и вряд ли правители желают его появления. Любой гражданин страны, помышляющий о здоровых правах и свободах, после этого сто раз подумает, прежде чем выскажется, боясь жуткой расправы.
Джамаль Хашукджи пострадал за свои убеждения, ибо был ярым критиком курса Эр-Рияда, понаобещавшего новые реформы и ничего не сделавшего ради изменения тягостных условий жизни в стране.
Вашингтон застигнут врасплох. Возможно, снова он пустит в дело свои маневры с двойными критериями. Ведь именно США, бичуя страны региона за их реальный вклад в дело против террора, втихаря заигрывали со спонсорами сил, что разрушили Ирак, Сирию, Ливию. Если администрация Трампа, прикрывающего настоящих заступников идеологии варварского джихадизма, опять станет юлить и либеральничать, то пиши пропало.
Представляется, что от реакции гегемона и будет зависеть – окажется ли Джамаль Хашукджи последним узником совести в стране с дикой практикой вопиющих жертвоприношений или нет.
Тофик Аббасов, аналитик
