Большинство граждан Армении — 63,7 процента — проголосовали за конституционные реформы. Окончательные итоги референдума о переходе республики на парламентскую форму правления, состоявшегося 6 декабря, были представлены 13 декабря. В ЦИК Армении подписан соответствующий протокол. Решение считается принятым, если за него высказались более 50 процентов участвовавших в голосовании. «Лента.ру» вспоминает ход реформ и разбирается, к чему они приведут.
Как это было
Для Армении вопрос о конституционных преобразованиях стал ключевым в повестке политического сезона этого года. Расхождения во взглядах на необходимость проведения реформы, среди прочего, вызвали конфликт между президентом страны Сержем Саргсяном и лидером второй по влиятельности партии «Процветающая Армения» (ПА), олигархом Гагиком Царукяном, и привели к масштабным протестным акциям объединенной армянской оппозиции. Однако впоследствии Царукян объявил о своем уходе из политики и снял с себя полномочия руководителя «Процветающей Армении». Сегодня его бывшая партия — один из основных союзников правящей Республиканской партии Армении (РПА).
С февраля ряды сторонников инициированной РПА реформы заметно приумножились. О том свидетельствуют результаты голосования, состоявшегося 5 октября в Национальном собрании республики. Реформу тогда поддержали три парламентские фракции из шести, обеспечившие властям страны 104 депутатских голоса из 131 возможных. Противники реформы из оставшихся трех фракций собрали лишь 10 голосов. Трое воздержались. Что примечательно, из фракций, не поддержавших реформу, в полном составе «против» не проголосовала ни одна.
Лишь двое из пяти депутатов от «Оринац Еркир» подтвердили позицию партии на деле. Из фракции либеральной партии «Наследие» против проголосовал и вовсе один депутат. «Оринац Еркир», вяло отстаивавшая свою позицию на полях парламентских баталий, незамедлительно объявила о создании фронта «Армянское возрождение», выступавшего против реформ. Подобных фронтов в Армении появилось сразу три — помимо «Армянского Возрождения» есть еще «Нет» и «Новая Армения». Причем партия «Наследие» поучаствовала в работе сразу двух последних.
То, что на три оппозиционные парламентские партии были организованы целых три общественно-политических коалиции, впрочем, так и не перевело протест в массовое уличное противостояние. Противники реформы на улице смотрелись столь же неуверенно, как и в парламенте. Протесты носили скорее формальный характер, а самая многолюдная акция «Новой Армении» не собрала и нескольких тысяч человек.
Судя по всему, оппозиционные партии и политики, открыто пропагандирующие западный вектор развития страны, от Запада поддержки не получили. Что, впрочем, неудивительно. Проект изменений в конституцию разрабатывался специально созданным под эти задачи органом в теснейшем взаимодействии с Европейской комиссией за демократию через право (Венецианской комиссией). В соответствии с требованиями европейских органов в проект Конституции был внесен целый ряд изменений, касающихся гражданских прав и свобод. Так, появились положения о расширении прав муниципальных властей, а также об избрании депутатов Национального собрания от национальных меньшинств. Последнее представляется весьма спорным в условиях страны, где на титульную нацию приходится 98 процентов населения. Фактически можно говорить о том, что в сфере приведения законодательства в соответствие с рекомендациями Европы Армения повторила путь «оранжевых» Грузии, Украины и Молдовы. Однако сделала это не после «победы демократии», а самостоятельно, по инициативе собственной же правящей партии, сыгравшей «на упреждение».
Как это будет
Главные же изменения в стране, вызвавшие критику со стороны ряда экспертов и деятелей оппозиции, относятся к конфигурации взаимоотношений между высшими органами власти. Теперь президент Армении избирается на семь лет вместо пяти. Только на один срок — и не прямым всеобщим голосованием, но голосованием выборщиков из числа парламентариев, а также представителей органов местного самоуправления. Президент не может быть членом какой-либо политической партии. Он наделяется представительскими полномочиями, а также участвует в назначении главы правительства, которого предлагает парламентское большинство. Существенно возросла роль премьер-министра страны. В военное время именно он становится главнокомандующим. Он отвечает за формирование правительства, которое в свою очередь подотчетно Национальному собранию. Правительство же формирует как внутреннюю, так и внешнюю политику страны.
Новый парламент будет состоять минимум из 101 депутата. Также предполагается переход от мажоритарной системы к пропорциональной — избранию по спискам избирательных объединений. Едва ли не самое спорное положение, давшее противникам реформы почву для упреков в адрес президента Саргсяна, — о втором туре парламентских выборов. Теперь, если ни одна политическая сила не сможет сформировать большинства в Национальном собрании, объявляется второй тур парламентских выборов с участием двух партий, набравших наибольшее число голосов в первом туре. Победитель получит дополнительные мандаты. Фактически в данных условиях партия-лидер будет обладать всей полнотой политической власти. Примечательно и то, что партия номер два на текущий момент — ставшая более сговорчивой с уходом Царукяна «Процветающая Армения».
Все это породило целый ряд заявлений о том, что правящая РПА и лично президент Саргсян осуществили дорогостоящую многоходовую комбинацию по сохранению за собой власти на неопределенный период. Напомним, что полномочия президента истекают в 2018 году и, согласно старой редакции Конституции, он бы не смог избираться на третий срок. Являясь по совместительству лидером Республиканской партии, теперь он сохраняет свою власть в стране.
Впрочем, окончательные выводы о том, как именно будет формироваться политическая конфигурация и кто займет ключевые должности в новой системе, мы сможем сделать лишь после парламентских выборов, намеченных на 2017 год. Агитационная кампания в ходе этого референдума была весьма специфичной. Она стартовала 10 октября, даже раньше чем ЦИК страны официально опубликовал текст предполагаемых изменений (16 октября). Судя по всему, против реформы по-настоящему не выступил никто. Ни внешние игроки в лице ЕС и США, ни даже лояльная им оппозиция, продолжающая проводить свои акции, чисто формально, по инерции.
В краткосрочной перспективе конституционные преобразования вряд ли скажутся на российско-армянских отношениях. Однако в стройном хоре президентских республик ЕАЭС теперь зазвучит голос парламентской, пусть в далеко не классическом виде республики, в которой большую часть функций президента возьмет на себя премьер-министр. Республики, пусть и медленно, но приводящей свою правовую систему в соответствие с европейскими рекомендациями.
