Хозяин Кремля официально обещал жителям России возродить мощь Советского Союза и последовательно занимается этим последние 15 лет. Но одного воплощения этого плана в жизнь российскому лидеру мало.
Приходящаяся на март 15-ая годовщина вступления Польши, Чехии и Венгрии в НАТО совпадет с 15-ой годовщиной прихода Владимира Путина к власти в России. В августе 1999 года президент Борис Ельцин назначил Путина, который возглавлял Федеральную службу безопасности (бывший КГБ), премьер-министром, а через полгода неожиданно (31 декабря) подал в отставку, и глава правительства стал исполняющим обязанности президента. Будучи попеременно премьером (девять месяцев), президентом (восемь лет), снова премьером (четыре года) и снова президентом (первый четырехлетний срок заканчивается в мае 2016 года), Владимир Путин безраздельно властвует Россией. Приход к власти представителя силового ведомства встретил поддержку в российском обществе, которое спустя всего семь лет после распада СССР было унижено очередным банкротством своей страны в августе 1998 (nomen omen — в июле Путин был назначен главой ФСБ).
Санкции помогли Путину
Функционирование СССР опиралось на субсидирование товарооборота между республиками. Это делалось посредством снижения цен на экспортируемые и повышением — на импортируемы товары. Это звучит, возможно, нелепо, но отражает логику системы. РСФСР экспортировала нефть и газ в остальные республики по ценам, которые были ниже мировых, субсидируя работу промышленных предприятий, транспорт и домохозяйства. Что касается импорта, РСФСР впускала на свой рынок те товары из остальных республик, соотношение цены и качества которых было ниже, чем в западных странах.
Из 15 республик, входящих в состав СССР, только Туркменская ССР (благодаря экспорту газа) имела положительный торговый баланс с Россией и остальными республиками. У других — баланс был отрицательный, так что они субсидировались. Аналогичный механизм экспортных и импортных субсидий действовал в рамках СЭВ, но вместо советского рубля для расчетов использовался переводной рубль и счета в Международном банке экономического сотрудничества, который давал кредиты на торговлю и устанавливал приемлемый (с политической точки зрения) уровень дефицита или профицита.
Полуофициальные легенды и семейные застольные рассказы из стран бывшего Восточного блока, в которых на СССР (и в особенности на РСФСР) возлагают вину за дефицит товаров, это чистые выдумки, поскольку торговый баланс этого товарообмена был для России отрицательным. Например, в 70-е годы в странах СЭВ не было нефтяных шоков, резкого роста цен на топливо и рецессии, когда арабские государства наложили эмбарго на экспорт нефти. СССР хотел быть империей, так что ему приходилось дорого за это платить.
Российское эмбарго на поставки американской, европейской, канадской, австралийской и японской сельскохозяйственной продукции в рамках ответа на санкции, может оказаться попыткой более масштабного восстановления экономических связей советских времен, поскольку создание формальных структур успеха не принесло (рублевая зона нового типа, СНГ и зона свободной торговли, Союз России и Белоруссии, Евразийское экономическое сообщество, Таможенный союз и единое экономическое пространство). Таможенный союз стал флагманским проектом Путина, когда тот еще был премьером, и, действительно, отличался от прежних договоров, поскольку Россия согласилась понести более внушительные расходы за экономическую интеграцию (см. СССР).
В рамках ТС экспорт российской нефти по нефтепроводам (но не в цистернах) в Белоруссию и Казахстан освобожден от пошлин. Уже введен общий таможенный кодекс и таможенные тарифы, в результате чего в Белоруссии и Казахстане систематически растут импортные пошлины.
Агрессивная игра оказалась выгодной
Обеим странам удалось договориться с Россией о переходных периодах на импорт некоторых товаров. Они подойдут к концу в 2015 году, и тогда создание общего экономического пространства будет завершено. До этого времени Москва может позволить Казахстану и Белоруссии сохранять «дырки» в эмбарго и реэкспортировать некоторые западные товары на свой рынок. Раньше, по разной информации, Россия позволяла Белоруссии зарабатывать на реимпорте своей нефти, а Казахстану (и опосредованно Киргизии) на реэкспорте китайских товаров в Россию.
Санкции, введенные против Москвы, могут укрепить связи некоторых постсоветских государств, поскольку они будут использованы Владимиром Путиным для замещения импортировавшихся с Запада продуктов питания сельхозпродукцией из более предпочтительных стран: сначала Белоруссии и Казахстана, затем Киргизии, Таджикистана, Армении, Азербайджана, возможно, Грузии и Молдавии, и даже отдельных регионов Украины, если там пройдет федерализация (например, из Донецкой и Луганской области).
Однако неэффективная советская система пережила вначале экономическое, а потом политическое банкротство, так что российская попытка ее возродить на аналогичных принципах субсидирования обречена на провал, в чем наверняка отдает себе отчет президент Путин. Поэтому игра ведется, пожалуй, за более высокую ставку.
В марте был аннексирован Крым, в Восточную Украину вторгаются российские войска, но санкции против России оказались избирательными и неэффективными. С марта курс рубля к доллару практически не изменился (36,5 к 36,1), как и доходность облигаций (десятилетние находятся на том же самом уровне — 9,29%). Между тем индексы московской биржи (рублевый MICEX и долларовый RTS) выросли на 6,1%, тогда как промышленный индекс Доу-Джонса поднялся на 2% (а WIG20 всего на 1,5%).
К июню из России, действительно, ушло около 75 миллиардов долларов, то есть больше, чем за весь прошлый год. Но если в первом квартале уход капитала составлял 62 миллиарда долларов, то уже во втором — всего 12,3 миллиарда, поскольку оказалось, что санкции Запада не приобрели более жестких форм, а курс рубля стал стабилизироваться. А в известном списке граждан России, на которых были наложены индивидуальные санкции, оказались всего… 30 человек. Агрессивная спекулятивная игра Путина в отношении Запада, о которой я писал до аннексии Крыма («Часы России тикают», Rzeczpospolita, 14 марта 2014), пока выглядит успешной.
Уже видно, что Россия использует в отношении стран ЕС и НАТО максиму «разделяй и властвуй» (или принцип кнута и пряника). Привилегированную в экономическом плане позицию получает Турция (которая приступила к переговорам о членстве в Евросоюзе), а Венгрия, Словакия и Чехия присоединяются к скептически смотрящей на санкции Франции, поскольку это мешает их элитам вести с Москвой бизнес.
Германия, которую с Россией также связывает масса интересов, как кажется, меньше всего пострадала и от санкций, и от эмбарго, так как они (что за совпадение!) не касаются энергетического и автомобильного секторов. Между тем она активнее всего выступает против ликвидации своей стратегической глубины, то есть усиления восточного фланга НАТО.
Так что если на начавшемся в Уэльсе саммите НАТО Польша и страны Балтии останутся членами второго сорта, одновременно платя самую высокую цену за российские санкции, то крах солидарности стран Альянса и ЕС станет свершившимся фактом. И он произойдет раньше, чем станет заметно негативное в долгосрочной перспективе влияние санкций на российскую экономику, в котором уверяет президент Обама. В долгосрочной перспективе сырьевая экономика России, действительно, не имеет шансов, однако так долго Путин, судя по всему, ждать не собирается.
