Армения отказалась от евразийской интеграции и расчленения Нагорного Карабаха. Об этом в своей статье «Армения отказалась от Евразийской интеграции и расчленения Нагорного Карабаха» пишет российский политолог Модест Колеров. Представляем вниманию читателей эту статью с незначительными изменениями:
Еще вчера президент Армении Серж Саргсян на встрече с западными предпринимателями широко описывал перспективы Армении внутри Таможенного союза (ТС) и создаваемого над ним Евразийского союза (ЕАС) как поводыря для западных инвестиций. И предметно называл главный интерес Армении в евразийской интеграции – льготные цены на энергоносители из ресурсного донора ТС – России (энергоресурсы из Казахстана до Армении дойти не могут).
Но Россия начала переговоры о снижении цен на свой газ для западных потребителей и даже предположила такое снижение для Украины. Реакция Армении, которая и без того уже дала внятно понять, что не подпишет соглашение о своем присоединении к ТС ни 29 апреля, ни 29 мая, но будет вроде бы сразу присоединяться к ЕАС, последовала немедленно. Пресс-секретарь партии Сержа Саргсяна, использовав очередное протокольное разъяснение представителем Евразийской экономической комиссии (наднациональным органом управления ТС) давно заявленной позиции о том, что в ТС вступит только Армения в ее международно признанных границах, а не Нагорный Карабах, теперь, на финальной стадии согласования взаимных условий, выдвинул новое условие: «Мы никогда не говорили, что Нагорный Карабах войдет в состав Таможенного союза, мы четко заявили о том, что Армения и Нагорный Карабах («НКР») — одно экономическое пространство».
Условие это демонстративно игнорирует два фундаментальных обстоятельства: 1. то, что будущие партнеры Армении по ТС/ЕАС по умолчанию согласились рассматривать таможенные товары из Карабаха как товары из Армении, если она будет указана как страна их происхождения, 2. то, что сама Армения не признает экономическую территорию «НКР» как международную реальность, отказываясь и признать независимость «НКР», и юридически объявить ее своей территорией. Далее последовало еще более серьезное действие — премьер-министр Армении Овик Абрамян заявил: «Мы с Карабахом будем одной территорией. Другой формулировки в этом вопросе быть не может».
О чем тогда вела переговоры Армения с членами ТС после 3 сентября 2013 года, когда о желании Армении присоединиться к ТС объявил Серж Саргсян, становится совершенно непонятно. Ибо и Казахстаном сразу же было заявлено, что участие «НКР» в ТС не рассматривается, и Арменией «карабахское условие» так ультимативно не заявлялось.
В предсказуемом отказе Армении от ТС есть параллельная и гораздо более масштабная сторона. Приняв неоднократно (не обновленные и обновленные) «Мадридские принципы» МГ ОБСЕ по урегулированию конфликта в Нагорном Карабахе, Армения не раз приняла за данность формулу компромисса: территория «НКР» расчленяется в обмен на некий статус, отдельный от (внутри) Азербайджана. Однако когда недавно представитель США в МГ ОБСЕ вновь повторил набор этих принципов урегулирования, снабдив пожеланием привлечь к нему «НКР» как участника, это вызвало не только политическую истерику в Баку, но и – удививший многих как акт неожиданной координации — контролируемый залп критики рептильных политиков, комментаторов и СМИ из Еревана. Пока, после паузы, МИД Азербайджана и МИД Армении не заявили, что США изложили «Мадридские принципы» адекватно, срежиссированный хор доказывал: формула «освобождение оккупированных районов/зоны безопасности» вокруг территории бывшей НКАО – в обмен на некий статус территории бывшей НКАО – больше не нравится Еревану.
Отсюда и рождается уничтожаемая «Мадридскими принципами» нынешняя (а не гипотетическая, урезанная после размена) «экономическая территория» «НКР», неприкосновенность которой все годы согласования в рамках МГ ОБСЕ этих принципов отстаивала только «НКР», ссылаясь на собственную конституцию и отвергая схемы обмена территорий на статус.
Пока «НКР» в одиночестве отстаивала целостность своей нынешней территории, словно сохраняя ее для того, чтобы теперь Армения, ссылаясь на связь с ней, уже сейчас отказалась от интеграции в ТС, в Ереване в широком ходу была распространена казуистическая ссылка на то, что сама конституция «НКР» в статье 142 устанавливает неокончательность современных границ «НКР» и тем самым якобы дает переговорщикам карт-бланш на то, чтобы расчленять территорию Карабаха, возвращая Азербайджану то пять, то семь районов бывшей Азербайджанской ССР. Конечно, ссылка эта была ложной и лживой с самого начала, ибо конституция «НКР», исходя из утраты в ходе конфликта бывшего Шаумяновского района НКАО, устанавливает норму уточнения ее границ исключительно в контексте восстановления территориальной целостности «НКР»:
«До восстановления целостности государственной территории «Нагорно-Карабахской Республики» и [связанного с этим восстановлением] уточнения границ публичная власть осуществляется на территории, фактически находящейся под юрисдикцией Нагорно-Карабахской Республики».
Теперь инициаторам торпедирования присоединения Армении к ТС остается признать лишь, что и «Мадридские принципы», нарушающие конституцию «НКР», должны быть отброшены. Это признание отдельной конституционной реальности «НКР», которая должна быть учтена Арменией в ходе урегулирования, ставит Армению на полпути к требованию о привлечении «НКР» как третьей стороны процесса, от чего в Ереване так долго отказывались и чего в заявлении представителя США не захотели оценить по достоинству.
Почему происходят эти перемены? Ясно, что Армении представляется невыгодным идти по пути евразийской интеграции с Россией, находящейся теперь, после возвращения Крыма в Россию, под давлением растущих экономических санкций Запада. Кажется также, что вопрос о Карабахе в этом контексте внешне все более переходит в сферу инициативы США, уже пославших «черную метку майдана» власти Ильхама Алиева в Баку, что это выглядит поводом для обнуления предыдущей деятельности МГ ОБСЕ как «безрезультатной» и формулирования новой конструкции урегулирования в процессе индивидуального диалога Армении с Западом (ЕС и США), которому перспектива ТС и подпавшей под санкции России может только помешать.
Что упускают из виду эти перемены? Что в вопросе о судьбе Нагорного Карабаха, равно отдельного и от недемократического Азербайджана, и от «экономической территории» Армении, у России и США, сколь бы ни была холодна новая «холодная война» между ними, может не оказаться существенных разногласий.
