Запад vs Грузия: додавить или доторговаться?

Запад vs Грузия: додавить или доторговаться?

Несмотря не беспрецедентный шантаж и угрозы Запада и оппозиционных сил Грузии, спикер парламента страны после преодоления депутатами президентского вето подписал законопроект о прозрачности иностранного влияния. Чем ответит Запад на «наглость» грузинской власти: форсированием революционных беспорядков, отказом от мифического принятия в «семью цивилизованных народов» или, напротив, преференциями стране и конкуренцией с Москвой, чтобы Сакартвело не «купилась» на российские «цацки»?

Итак, долгие митинги и демонстрации в Грузии с ядром протестного заряда в Тбилиси в отношении принятия парламентом страны прозванного «российским законом об иноагентах», то есть законопроекта о прозрачности иностранного влияния, на видимом уровне не дали никакого результата – мало того, что вето, наложенное на законопроект президентом Саломэ Зурабишвили, парламент преодолел большинством голосов (а они принадлежат депутатам от правящей партии «Грузинская мечта»), так еще спикер законодательного органа Шалва Папуашвили закон подписал.

В беседе с журналистами он пояснил, что закон должен обеспечить снижение радикализации, поляризации и дезинформации в Грузии. И сообщил, что на этом фоне радикальные оппозиционные партии страны подписывают с президентом Зурабишвили хартию, «справедливо названную хартией войны». «С одной стороны, – сказал он,– хартия войны, объединяющая «Единое национальное движение» со всеми его осколками, а с другой – закон, поощряющий мир, дерадикализацию и деполяризацию».

Между тем один из подписантов хартии – лидер партия «Лело для Грузии» Мамука Хазарадзе пояснил, что «хартия является согласием людей, политических партий на то, чтобы всем вместе сместить российский режим, выполняющий задания Кремля и Путина».  

Возвращаясь к спикеру. Он выразил уверенность в том, что если бы власти Грузии действовали по указке радикалов, страна бы сегодня была втянута в войну и оказалась на грани экономического коллапса.

Папуашвили также пояснил процесс и процедуры, связанные с задействованием закона. С 4 июня, то есть со дня публикации в «Законодательном вестнике», закон входит в силу. В течение 60 дней Минюст разработает подзаконные нормативные акты, создаст электронный портал для неправительственных и медийных организаций. По истечении вышеуказанного срока организации, получающие иностранное финансирование, будут обязаны зарегистрироваться и обнародовать доходы.

Для справки: нарушителям закона грозит штраф в размере максимум порядка 9 тыс. долларов (эквивалент в нацвалюте), а в США за то же деяние, помимо штрафа в сотни тысяч «зеленых», светит тюремный срок. И под категорию «иноагент» может попасть любой «инакомыслящий».

Таким образом, подытожил Папуашвили, «Станет известно, куда идет часть иностранного финансирования, и мы узнаем, что оно порой тратится на радикализм, в том числе, на организации, которые в последнее время занимаются террором и угрозами. К сожалению, сегодня иностранное финансирование связано именно с такими организациями». В их числе, по словам спикера, — NED, EED и «Фонд Сороса».

Собственно, потому-то против закона и восстали Евросоюз и США, причем, в беспрецедентном, для «развитой демократии», виде. Интересно, какая из «демократических» или «авторитарных» стран позволила бы министрам иностранных дел других государств выступать на митинге оппозиции в своих столицах? А Грузия позволила: критиковали власти страны перед оппозиционной толпой главы МИД Литвы, Эстонии и Исландии.

Правда, уже опосля посол Литвы в Тбилиси был вызван в МИД Грузии, где ему заявили о недопустимости грубого вмешательства Вильнюса во внутренние дела суверенной страны. Но что из того? Критикующих и угрожающих грузинской власти иностранных высокопоставленных лиц – масса: от депутатов Европарламента, первых лиц ЕС, спикеров законодательных органов государств Балтии, Чехии, Франции, Польши, Нидерландов и др. до госсекретаря США Энтони Блинкена. И все они в один голос твердят, что грузинский, он же «российский закон об иноагентах» (почему, к примеру, не сверхрепрессивный американский или любой европейский), закрывает Тбилиси дорогу к вступлению в Евросоюз, предоставление Грузии помощи со стороны Запада, поскольку власти страны, «в отличие от ее населения», выбрали «антидемократичный и авторитарный пророссийский курс».

Блинкен угрожает «внедрением новой визовой политики в отношении лиц, ответственных за подрыв демократии в Грузии», а также членов их семей; в целом «пересмотром отношений между двумя странами»; Евросоюз – отзывом либерализации визового режима Грузии с ЕС, и т.д. Но власти, как ни странно, стоят на своем и даже смеют отвечать Западу.

В частности, премьер-министр Грузии Ираклий Кобахидзе призвал пересмотреть отношения с США после того, как те стали угрожать Грузии разного рода карами. Он добавил, что отношения с Вашингтоном пострадали из-за предыдущего посла США и ее призывов к быстрым и резким изменениям в политике. Но это, конечно, мягко сказано: ведь посол – всего лишь проводник интересов и мнений своей страны в государстве пребывания.

Премьер задался вопросом: отчего за четыре года в Грузии место имели три попытки государственного переворота? По его словам, «на революционной сцене прямо стояли НПО, профинансированные Америкой, требовали отставки правительства и формирования правительства с их участием».

Он провел параллель между Майданом и происходящими в его стране процессами, заверив: «Майдана в Грузии не будет».

Мэр Тбилиси Каха Каладзе тоже говорит о «перезагрузке» отношений с США и недоумевает по поводу санкций: «… Из-за чего? Они (США) сильнее, больше, и хотят притеснять нас? … Из-за того, что парламент, избранный большинством населения, принимает закон, касающийся только прозрачности? …  они этим заставят нас отступить и уступить страну? И в стране возникнет «второй фронт»? … тогда получается, мы не друзья, не партнеры, а враги, … это очень тяжело и очень плохо, потому что население считает, и мы считаем, что Америка – друг, страна-партнер».

В общем, дошло до полного абсурда – критике иностранные менторы Грузии подвергли даже религию (надо сказать, их всегда раздражал «православный фактор», впрочем, как и «исламский»). Так, председатель комитета по иностранным делам парламента Германии Михаэль Рот в разгар протестных выступлений в Тбилиси позволил себе поучительную «ремарку» в адрес Грузии. В соцсети Х он выдал следующий пассаж: «Свобода религии и критика религии неразделимы. Вот как работает демократия. Все церкви, религии и их верующие просто должны мириться с критикой. У некоторых до сих пор с этим проблемы: в моем случае – у грузинского православия и опять-таки — у ислама».

Ему ответил посол Грузии в Германии Леван Изория: «… критика и пренебрежение — это разные вещи. Вы пытались отделить Грузинскую Православную Церковь от будущего поколения. Наша толерантность является образцовой во всем мире. Исторически она зародилась в лоне Грузинской Церкви и будет существовать всегда!»

Помимо Церкви, главное, конечно, добраться до «главного путиниста», то есть «локомотива переоринтации Грузии в сторону России» – создателя и почетного председателя правящей партии «Грузинская мечта» миллиардера Бидзины Иванишвили, «из-за которого» парламент на днях преодолел еще одно вето президента на т.н. «закон об офшорах». В свое время, собственно, не столь отдаленное, европарламентарии, политическое «паломничество» которых в Грузию стало уже до неприличия многочисленным и вызывающим, выставили ультиматум: либо Грузия отказывается от «серого кардинала» и «российского олигарха», то есть Иванишвили, либо путь в ЕС ей заказан. Тем не менее, страна стала кандидатом в члены ЕС именно при Иванишвили, хотя полноценное членство в «европейской семье» – дело очень отдаленного будущего.

Речь в законе идет об освобождении от налогообложения бизнеса, зарегистрированного в офшорных зонах и переведенного в Грузию. Оппозиция тут же заявила, что новое законодательство – это «заказ Иванишвили», который пытается обезопасить свои активы от санкций Запада. Ну и все в таком же духе.

Вопрос – как теперь сложатся отношения Грузии с Западом, и что вообще грозит стране, в которой осенью должны состояться парламентские выборы. Шантаж Запада, вероятно, продолжится, но его интенсивность во многом будет зависеть от исхода выборов в Европарламент (состоятся с 6 по 9 июня) и итогов голосования на президентских выборах в США. Угроза не принять Грузию в ЕС не сработала, остались «крайние меры» – премьера Кобахидзе «некто» в Европе уже предостерег от участи Роберта Фицо.

Введение санкций ЕС и США? Скажем, Грузии откажут в условном европейском «безвизе» (американцы и без отказа со скрипом и редко выдают гражданам Грузии визы, и многие за крупную мзду проникают нелегально на территорию США через Мексику). Но отказ в «безвизе» – это палка о двух концах: одних он настроит против власти, других – против самой «европейской идеи».

Торговые санкции? Они ни к чему не приведут, поскольку Грузию не разорят: экспортно-импортные операции страны завязаны, в основном, на России (более всего), Турции, Иране и Китае, что тоже вызывает критику Запада. Кроме того, жесткие европейские и американские санкции могут привести к сближению Грузии с Россией – не в политическом плане, а в контексте, так сказать, «тихой лояльности».

Повторение Майдана в Тбилиси? Не исключено, хотя на данном этапе маловероятно, и риск подобного развития событий снизило принятие закона о прозрачности иностранного финансирования. Он, однако, панацеей от Майдана считаться не может: революцию, как известно, делает не большинство, а деньги (кто поручится, что они уже не осели в стране?), и т.н. критическая масса.

Грузии, конечно, сейчас (и не в первый раз) – не позавидуешь: в ней опять жестко  схлестнулись разные силы влияния, но власть пока ситуацию контролирует. Причем, ситуация эта – не без некоторого «изыска»: за расположение Тбилиси, если не случится Майдан и «мечтатели» не продуют выборы, Западу придется побороться: напомним, бывший премьер, а ныне – шеф правящей партии Ираклий Гарибашвили открытым текстом заявил, что «если Грузии завтра скажут, что она становится членом Евросоюза», что ж – закон, из-за которого сломано столько копий, можно и изменить, а то и вовсе аннулировать. Или принять «новый». Так что Западу есть над чем задуматься: пространство для торга и уступок – обширное.

Надо сказать, что к торгу располагает и позиция России, похвалившей грузинские власти за стойкость и неподчинение Западу. «Преодолев вето Зурабишвили на закон об иноагентах, грузинский парламент проявил характер и зрелость!» – заявил глава комитета Совета Федерации по международным делам Григорий Карасин, ранее являвшийся замглавы российского МИД. Он, кроме того, был спецпредставителем РФ по урегулированию отношений с Грузией, у которой, напомним, дипотношений с Москвой нет с 2008 года.

С одной стороны, Карасину лучше бы воздержаться от комментариев, поскольку его «похвала» грузинской власти тиражируется как подтверждение «пророссийскости» последней, то есть льет воду на мельницу Запада и грузинской оппозиции, однако с другой стороны дает Западу основания воздержаться от резких шагов в отношении Тбилиси и торговаться с ним в «мягких перчатках», дабы не допустить хоть намека на разворот Грузии на Север, в который сам Запад не верит, но добраться до России желает и через грузинскую территорию и вообще посредством всего региона Южного Кавказа. Но несговорчивость Тбилиси этому мешает.

Конечно, политически гнусно, что Россия и Запад взяли за привычку ставить более слабые страны перед выбором, но Грузия фактически сказала им: «А теперь выбирайте вы. От вашего поведения будет зависеть наше отношение к вам». В контексте Россия – Грузия (правда – очень остро и долгоиграюще), – будет стоять вопрос реинтеграции Абхазии и Южной Осетии.

Ирина Джорбенадзе