Европейские выборы: почему украинский вопрос становится ключевым для избирательного успеха?

Европейские выборы: почему украинский вопрос становится ключевым для избирательного успеха?

Как же мировая геополитика полна сюрпризов. Вот и канцлер Германии Олаф Шольц заявил, что не рассчитывает на прорыв в рамках запланированной в Швейцарии мирной конференции по Украине. По его словам, никто особо не должен ожидать положительного итога мероприятия в плане приближения окончания российско-украинской войны. При этом Шольц с горечью признал факт отсутствия «желаемой реакции европейцев» на его предложение увеличить поставки оружия Киеву.

А вот этот момент вызывает реально много вопросов. Где же тогда солидарность с Украиной, о чем все время утверждается? Или, все же, правы те, кто говорят об усталости жителей Европы от поддержки украинцев?

Хотя, как утверждает ряд аналитиков, известная позиция в преломлении к помощи Украине со стороны правых партий, уверенно двигающихся к получению значительного числа мандатов на июньских выборах в Европарламент, не могла не привести к определенному сдвигу в данном аспекте и со стороны тех политических сил в Европе, которые ранее занимали однозначно проукраинскую позицию.

Согласимся, что, в общем-то, позиция Венгрии, Словакии или Польши в украинском векторе известна. Другое дело, что она не особо «свернула» общую линию Евросоюза на данном треке. Однако как раз усиление правых, возможно, повлияло на «оружейную тему» в преломлении к Украине со стороны и других государств.

Тонкость тут в том, что ряд аналитиков основным победителем предстоящих выборов видит фракцию «Идентичность и демократия», именуемую ими «праворадикальной». Эта часть экспертов считает вероятным занятие данной фракцией третьего места в Европарламенте после Европейской народной партии (ЕНП) и Прогрессивного альянса социалистов и демократов. В свете чего ряд информагентств привел высказывание директора Института международных отношений (Рим, Италия) Натали Точчи, называющей «высокой угрозой» ослабление поддержки Украины при вышеописанном развитии событий.

Что не случайно, так как успех правых в немалой степени обеспечивается актуализацией ими необходимости решения «внутренних» проблем европейцев. Которые, по их словам, немало утеряли от расходов как на военную помощь Украине, так и в следствии значительных финансовых вливаний на поддержку украинских беженцев.

По мнению немалого числа наблюдателей, как раз акцентирование внимания на нюансы данного рода привело к увеличению рейтинга, например, крайне правой «Партии свободы» Герта Вилдерса (Нидерланды) – одного из «громких» противников помощи Украине. А сопредседатель «Альтернативы для Германии» Тино Хрупала еще в конце 2023 г. подчеркнул, что «немецкий народ расплачивается за последствия конфликта в Украине». Причем данная констатация прозвучала на конференции европейских национально ориентированных политических сил. В свою очередь, Марин Ле Пен обнародовала, что в случае ее победы на президентских выборах 2027 г. она примет решение о прекращении помощи Украине, т. к. у Франции «нет жизненных интересов в Украине».

Говоря иными словами, по отношению к Украине евроскептики, как нередко именуют правые партии, занимают четкую позицию. И эта линия выдерживается ими на протяжении длительного времени, находя отражение в предвыборных программах. Вкупе с другими пунктами (по типу актуализации решения социально-экономических проблем обществ), создающих имидж защитников интересов основных масс граждан своих стран.

Потому, повторимся, эксперты не исключают того факта, что непосредственно этот вектор послужил причиной более осторожного обнародования лидерами ЕС шагов, направленных на помощь Украине.

Без сомнений, никто не может утверждать, что Украина не чувствует прямой поддержки от стран – членов ЕС. Еще в марте с. г. государства ЕС заключили соглашение о дополнительной военной помощи Украине на 5 млрд евро (посредством пополнения Европейского фонда мира). Программный бюджет поддержал  сотрудничество оборонной промышленности ЕС с Украиной, включая развитие промышленно-технологической базы оборонного сектора страны. Среди последних шагов в этом направлении – прозвучавшее 13 мая заявление еврокомиссара по вопросам внутреннего рынка Тьерри Бретона о частичном переходе ЕС к военной экономике для продолжения помощи Киеву (посредством  значимого увеличения дотаций в ракурсе вооружений и снарядов»). С последовавшим на следующий день одобрением Евросоюза в заключительном чтении разработанного Киевом плана восстановления, реконструкции и модернизации страны, предполагающего получение 50 млрд евро в целях реализации механизма Ukraine Facility. Поддержка этого решения позволяет полностью запустить программу с первичным предоставлением Украине около 2 млрд евро (с привлечением в нынешнем году 16 млрд евро).

Однако при всем при этом в своих предвыборных речах сторонники помощи Украине вынуждены будут считаться с мнением своих граждан и озвучивать установки, могущие поспособствовать перехвату инициативы у правых. Но насколько успешной окажется эта игра для евростремительных сил? Нельзя же считать все население Европы полностью управляемой массой. В конце-концов, многие прекрасно поймут, по какой причине ранее выступавшие с иных позиций вдруг оказались в вопросе Украины на одном берегу с правыми.

Таким образом, тема помощи Украине становится одной из важнейших в предвыборной борьбе за европарламентские кресла не на жизнь, а на смерть. И чем ближе будет подступать 6 июня, тем чаще «украинский вопрос» начнет высвечиваться на встречах с избирателями как со стороны евроскептиков, так и со стороны евростремительных сил.

Теймур Атаев