Фикрет Шабанов – «Минвалу»: Переподчинение Зангезура и Гейчи Азербайджану – вопрос времени

Фикрет Шабанов – "Минвалу": Переподчинение Зангезура и Гейчи Азербайджану – вопрос времени

Об интересных прогнозах нашего соотечественника, проживающего в Канаде, президента аналитического центра Consultations on international policy and economy Фикрета Шабанова, в последнее время много говорят мировые СМИ. Аналитик дает масштабную картину слома мировой системы, где просматриваются два ключевых игрока – Ватикан и англосаксы. Его исследования буквально поражают общественность, которая начинает понимать, что стала жертвой глобальной авантюры.

Ф.Шабанов говорит о грядущих масштабных потрясениях в ближайшие годы, которые приведут к переформатированию политической карты миры. На днях аналитик прилетел в Баку на пару дней.

Редактору Minval.az удалось встретиться с ним и поговорить о событиях, происходящих в мире, конфликтах, закулисных играх, перспективах региона Южного Кавказа и других любопытных моментах.

– Начнем с Азербайджана, так как впереди у нас ряд нерешенных вопросов, идет переговорный процесс между Баку и Ереваном, за которым пристально следят международные структуры. Азербайджан обозначил свои цели, но существуют определенные сложности в их достижении.

– Еще в 2017 году в интервью местным СМИ я сказал, что Карабах, Зангезур и Гейча вернутся в состав Азербайджана. Сегодня на дворе 2023 год. Что стоит на повестке дня у нас?

– Зангезур.

– Дальше будет Гейча. Но тогда этому заявлению не придали особого внимания. То есть реакция была такая: «Ишь, куда замахнулся. Мы Карабах пока не вернули». Это не просто заявление, а обоснованный прогноз. Летом прошлого года Бильдербергский клуб (неофициальная ежегодная конференция, состоящая примерно из 130 участников – влиятельных людей в области политики, бизнеса и банковского дела, а также глав ведущих западных СМИ) провел свой очередной съезд, где было принято 14 пунктов по мировой политике. 13-й пункт был по Азербайджану, и в нем говорилось, что все члены Бильдербергского клуба, то есть люди, управляющие мировой экономикой, должны оказать содействие Азербайджану в выполнении плана по открытию Зангезурского коридора. Это я «разжевал», а написано в пункте: «Помогать транспортному коридору».

В Азербайджане должны понимать, что страна находится на стыке очень важных узловых точек, поэтому она должна сверять свои часы со всеми глобальными игроками и центрами принятия решений мироуправления, которые могут коснуться ее прямо или косвенно. Важно выстраивать свою стратегию в соответствии с интересами: обеспечить национальную безопасность страны, обезопасить государство от внешних угроз, обезопасить государство от экономических потрясений. Так как кроме нефти и газа, у нас нет других предложений для региональной и мировой экономики.

– То есть обеспечить энергетическую безопасность.

– Я думаю, что она не столько энергетическая, сколько… Мы назовем ее географически-логистической с компонентами, в частности с энергетикой. Азербайджан важен географически, логистически, у нас есть нефть и газ. Мы взяли верный курс на создание альтернативной энергетики, и стали частью европейской энергетической системы, тем самым оказали содействие безопасности Европы. Если мы сможем превратить в капитал природно-сырьевые ресурсы и географическо-логистический потенциал, которые у нас есть, и тем самым встроиться в мировую экономику, то мы сможем повысить свою субъектность в мировой политике и вес.

Если же государство, не важно, какое, не в состоянии показать миру свою эффективность в управлении территорией: военной, политической, экономической, социальной, культурной, и если оно не может ретранслировать эти прогрессивные системы, то эта страна, ее народы будут не востребованы и станут объектом политики.

– Азербайджан выходит на международный энергетический рынок и как раз на прошлой неделе состоялся брифинг с участием экс-консультанта Билла Клинтона по нацбезопасности, старшим научным сотрудником Центра глобальной энергетической политики Колумбийского университета Джонатана Элкинда. Он сказал, что Азербайджан рассматривается странами Европы как альтернативный поставщик энергоресурсов, способный восполнить дефицит, образовавшийся на мировом рынке в результате войны в Украине. Но Азербайджан, утверждает он, не способен в полном объеме обеспечить рынок энергоресурсов Европы. Что вы думаете об этом?

– Если исходить из официальных данных, у нас нет таких ресурсов, чтобы восполнить хотя бы 50% энергорынка Европы. Но это пока. Нам необходимо диверсифицировать свою политику, продолжать геолого-разведывательные работы на Каспии, на суше, приобрести технологии ноу-хау для добычи, снизить потери и повысить эффективность месторождений топливного сырья. Следующий фактор – нужно разрешить политические вопросы на Каспии для создания условий для транспортировки туркменского газа через Турцию в Европу.

– Как раз об этом говорил Элкинд: «На дне Каспия очень много туркменских и азербайджанских месторождений газа, но нужны инвестиции для реализации проекта добычи».

– Средства просто так не дают. Их выделяют с учетом степени партнерства в мировой политике, прозрачности внутренней законодательной и судебной системы и способности продвижения собственной политики на внешней арене и в региональном пространстве. Элементы внешней политики должны быть частью системной интеграции в мировое сообщество. Если этих компонентов нет, то деньги не инвестируют. Трудность привлечения инвестиций состоит еще и в том, что добыча энергоресурсов – это длинные деньги и слишком большой риск, который определяется такими факторами, как: конфликтность региона, политическая институционализация государства, море, специфические условия (соленая вода), прокладка трубопровода, создание инфраструктуры, корабли, техническое обеспечение и так далее.

Последние события в Украине, Грузии и даже в Иране показывают, что мир очень хрупок и нельзя жить по принципу: «Мне хорошо, а остальным я буду диктовать условия». Мир построен на взаимном уважении. Если я в чем-то уступаю, то делаю это потому, что взамен что-то получаю. Но если ты используешь ситуацию, и выжимаешь до последнего, это означает, что, когда изменится обстановка, использовать будут тебя.

– Что вы думаете о российско-украинской войне? Она длится уже год и, наверное, уже можно сделать определенные выводы. Говорят, что к лету станет уже ясен исход войны. Как скоро закончится эта война и с каким исходом?

– Я вообще считаю, что это не война, а часть политической операции по переформатированию мира. В данном случае речь идет о Восточной Европе. Потому что исходя из программы управления миром, страна, которая контролирует Восточную Европу, контролирует практически всю Европу.

– Поэтому они помешали России и вовлекли ее в конфликт?

– Не только. Россия выступала здесь дешевой энергетической базой, которая давала возможность противникам англосаксонского мира устанавливать свои правила. Вспомните заявление Эммануэля Макрона о «смерти мозга» НАТО и необходимости поиска альянсом новой стратегической определенности. Германия перестала считаться с интересами США, определенные государства, которые условно ориентировались или на Францию, или на Германию, стали пытаться вести независимую от США и Великобритании политику. Ярким показателем того, что они выступали против англосаксонской политики, стал брексит. Члены ЕС показали свою сущность по отношению к Великобритании и по отношению ко всему англосаксонскому миру. Если бы не российско-украинская война, то я думаю, что Великобритания распалась бы на Шотландию, Уэльс и Ирландию. Об этом государстве, как о центре единого экономически-политического пространства, можно было бы забыть. Оно осталось бы номинальным: есть король, есть территории, но нет центра, который может быть привлекательным с экономической, политической точки зрения для управления миром. Поэтому необходимо было создать украинскую бойню.

Какие цели перед собой поставили? Отключили Китай от поставок в Европу дешевой продукции, перекрыли энергоснабжение газа и нефти из России в Европу. Таким образом они привели к тому, что отсутствие энергоресурсов или замена их на дорогостоящие из США, Катара и других поставщиков привела к нарушению экономик стран. Последние более не в состоянии производить дешевую, но конкурентноспособную продукцию. Их продукция дорожает по сравнению с американской, австралийской и канадской, и они теряют рынки. Началась так называемая рецессия и инфляция. Эта программа рассчитана на два года. Она началась в 2023 году и протянет до 2025 года.

– Джонатан Элкинд сказал, что пока Китай увяз в борьбе с ковидом, его экономика не сразу придет в себя, у Европы есть еще год, чтобы пересмотреть свою политику.

– У европейских стран нет шанса. У них есть шанс только в одном направлении: они выстраиваются под зонтик США, НАТО, англосаксов.

– Что в принципе и происходит.

-Да. Например, это Германия. Сигналом, что Германия начала перестраиваться, является арест баварских католиков, которых обвинили в попытке госпереворота. Это означает, что они выбирают путь саксонский, и закрывают путь европейский. Потому что баварская буржуазия была для Германии фундаментальным ядром евроцентризма в Европе, и ярко выступала против США. Она хотела выйти из-под влияния США, проводить независимую политику.

– И они ее обезвредили.

– Нет, они ее не обезвредили. Элита Германии показала, что в состоянии сделать выбор, и что она его сделала, сняв сливки, но не обезвредив. Германия еще не выбрала главный стратегический центр, не решила, с кем останется, чтобы обезвредить всю структуру Баварии. Она находится в процессе внутренней борьбы: выбрать американский путь развития или евроцентризм, так как ей полностью непонятны причины происходящего. Она идет по инерции к евроцентризму, но у нее есть элементы встраивания в саксонские проекты. Потому как неизвестно, что будет на выходе между Украиной и Россией.

– «По инерции» можно заменить формулировкой «под давлением США»? В США говорят, что две трети сжиженного газа идет в Европу.

– В основном идет в Германию. Германии американский газ продается в три раза дешевле, чем Франции – это целенаправленно. Я думаю, что тут применен метод кнута и пряника. Потому что Германия – экспортоориентированная страна. США сделали таможенные скидки для промышленной продукции Германии, дали возможность Германии дышать, и пока ее не трогают. Но Америка требует 100-процентного тотального встраивания в свой проект, потому что она поставила на Германию. Элементом этого является то, что США выключили из программы F-35 Турцию: все, что они ранее заказывали Турции, теперь заказывают германским компаниям. В Турции больше нет программы F-35.

Теперь об украинской войне. Я сказал украинскому телевидению, что война продлится до конца 2024 года как минимум. В 2024 году ожидаются выборы в США, Великобритании, России, Украине, Европе: эта война нужна как инструмент внутриполитических дивидендов, для победы, чтобы действующие силы остались у власти.

Условно говоря, приблизительно понять исход войны мы сможем к осени 2025 года. У нас будет картина того, как перестраивается Китай. Сейчас Китай срочно проводит внутриинституциональные изменения – это значит, что меняется система государственной безопасности, которая у них существовала. Скоро мы услышим заявления о том, что у них создается НКВД – это полиция, служба безопасности и военная разведка в одной структуре. Они будут напрямую подчинятся не партии, а Си Цзиньпину, то есть выстраивается конструкция диктаторства. Министерство юстиции сейчас обсуждает вопрос возможного подчинения не ЦК Компартии, а Цзиньпину. Реализуется проект СССР – дубль 2 времен Сталина. А это означает, что Китай готовится к войне. Поэтому мы станем свидетелями того, как быстро Китай перестроится. Пока у Китая нет ресурсов, и он не готов к войне, ему нужно время до 2026 года. А тем временем зазвенит украинский колокольчик с тем, чтобы втянуть Китай в эту войну. Китай уже втягивается.

– Китай предложил свой план мирного договора.

– Я ранее уже говорил, что «китайский мирный договор» никому не нужен, его не примут.

– И не приняли.

– Главное – это участие Китая. Почему? Чтобы заставить Китай сделать выбор: или ты с Россией, или с нами. Или Китай становится партнером США по разделу на две сферы влияния, или Россия – союзник США по децентрализации Китая.

– То есть США могут настроить Россию против Китая?

– 100%. Они повернут назад, заставят Владимира Зеленского подписать договор 38-й параллели, настроят против Китая Россию, но не путинскую, сделав ее союзником США, напичкают ее оружием. Потому что против китайского «Сталина» может выстоять только русский «медведь».

– Кого вы видите приемником Путина?

– Я никого не вижу. Тот, кто будет президентом после Путина, его сейчас нет в публичном пространстве. Это такой же невидимый человек, как и Путин в свое время. Потому что серьезные люди назначают серьезных политиков из тени, а старый, отработанный материал не нужен.

В процессе предстоящих выборов мы поймем, какие центры приняли решение против Китая. Они еще до конца не решили: расчленить Россию или попридержать ее для войны с Китаем. Есть несколько готовых планов, какой из них сработает, зависит от позиции Китая. Центры действуют по ситуации.

– В контексте войны в Украине наш регион замер в ожидании ее итогов. Потому что политики говорят, что на Южном Кавказе ничего не произойдет, пока не закончится война в Украине. Россия все еще имеет рычаги воздействия в регионе. Что ждет регион Южного Кавказа по итогам войны и должен ли Баку начать вырабатывать концепцию, направленную на построссийский период, в случае проигрыша России?

– Упреждающая концепция должна быть готова давно. Мы не должны идти за текущими процессами, это чревато. Мы не должны ждать исхода войны в Украине. Необходимо выстраивать концепцию своего государства, не ожидая каких-то изменений, а исходя из того, что мы выстраиваем концепцию безопасности как минимум на 100 лет, как это делают американцы с 10 вариантами, с учетом каждой нестандартной ситуации. Если это делать в авральном режиме, страну будет колбасить с одной крайности в другую. Более того, азербайджанское общество будет переживать процессы колебания на себе – это потеря материального достатка, моральные потери, утрата нормальной системы образования. Важен принцип не встраивания, а принцип продвижения своей политики на правах партнера – это разные вещи. Нужно уметь отстоять тот минимум своих прав на земле, где ты хозяин.

– Без моральной поддержки Турции нам пришлось бы сложно в войне против Армении с учетом позиции России. Что ожидает Азербайджан в случае, если Эрдоган проиграет выборы?

– Выстраивание политики с соседями, региональными и мировыми державами должно определяться кругом интересов. Интересы определяем мы, когда создаем проект. Если у страны нет проекта, и она живет как экспортоориентированная, сырьевая, придаточная зона, то она будет зависеть от лидера, с которым договаривается, и которым будет прикрывать, защищать свою территорию. Это анормально.

Последние полгода политика Турции стала прагматичной. Турция очень долго пыталась создать с Италией и Францией единое производство вооружения для ПВО. После Карабахской войны, благодаря нашему военному опыту они договорились и подписали контракт. Лозунг «Один народ – два государства» может быть нашим социокультурным контентом: это могут быть семейные контакты, географический выбор – жить там, где тебя понимают. Но это не является предметом политики, и Азербайджан не может зависеть от того, кто является президентом Турции, или какая политическая элита находится у власти в Турции.

– Как вы прокомментируете послевоенный период в отношениях Баку и Еревана, где последний всячески тянет вопрос с подписанием мирного договора? Кроме того, в регион были приглашены наблюдатели ЕС, чем недовольны в Баку и даже в Москве.

– Я думаю, что Армения проводит правильную политику, играя в длинную игру в пользу Азербайджана. Что это означает? Армения не имеет ресурсов даже для локальной войны, она не может сейчас создать единство в борьбе против общего врага. Армения не в состоянии институализировать, структурировать и создать большую идеологическую аморфную форму, показать пальцем, кто враг. У ее общества нет такой силы. Что сейчас она делает? Армения проводит политику только как территория, имеющая свой флаг, не более, как инструмент Ирана, как инструмент, условно говоря, Франции, которые противостоят проникновению на эту территорию членов Бильдербергского клуба, англосаксонского мира.

Под недавним статусом Тофига Зульфугарова (экс-главы МИД Азербайджана – прим. автора) я написал, что Азербайджану выгодно, чтобы армяне оттягивали, усиливали свое тяжелое положение. Это даст нам возможность в дальнейшем вернуть и Зангезур, и Гейчу. У нас будет больше международных юридических обоснований и прав восстановить историческую справедливость.

Центрам управления миром нужен Зангезурский коридор. Сигналом такого намерения является, например то, что против нас в 2020 году в Совете безопасности ООН хотели принять решение. Сперва Великобритания предупредила: «заблокируй» и решение было снято. Во второй раз Великобритания поставила вето, решение не прошло. Но дальнейшие события в мировой и региональной политике были недооценены, что привело к активизации врагов Азербайджана: нападение на азербайджанское посольство в Вашингтоне, Лондоне, Тегеране.

– А каким сигналом тогда является теракт в азербайджанском посольстве в Тегеране?

– Вы, наверное, слышали о моей концепции Большого Ватикана. Я считаю, что добро на покушение на дипломатов и убийство нашего сотрудника – это условно политический приказ Ватикана, инструкция из Парижа, а исполнение поручено определенным силам в Иране, которые жестко противостоят внутрииранской элите, настроенной на переговоры и реформы, которые должны закончиться мирным распадом Ирана. Те, которые выступают за силовой расклад и гражданскую войну в Иране, отправили данный месседж нам. А еще можно назвать условную причину: открытие Азербайджаном посольства в Израиле. Это борьба англосаксов и Ватикана за наш регион. Последние 300 лет Ватикан правил в регионе через своих наместников, и этот процесс начался с Шаха Исмаила Хатаи.

– Журналист Максим Шевченко сказал, что Москва палец о палец не ударит для того, чтобы открыть Зангезурский коридор, ей этот коридор не нужен.

– И господин Шевченко прав, так как России Зангезурский коридор не нужен – однозначно. Сам он ранее называл Карабах «Арцахом» и заявлял, что Азербайджан его никогда не вернет. Это был месседж для политического руководства и народа Азербайджана. Но смена политической парадигмы России создала условия для модерирования региона Азербайджаном. Все политические действия ЕС, Ирана и молчание России говорят об одном – эти три центра власти заинтересованы в оказании давления на Азербайджан и принижении статус субъектности Баку.

– Сообщалось также, что миссия ЕС и российские миротворцы будут совместно контролировать территорию.

– На прошлой неделе замминистра иностранных дел России провел переговоры с представителями ЕС. Они согласовывают свои действия, они сейчас союзники поневоле. Они стремятся объединить усилия, чтобы в регион не пришел саксонский мир. Саксонский мир продвигает концепцию «Большой Ближний Восток», ему нужна сухопутная дорога на Иран, Турцию, через Иран на Ирак, через Турцию на Сирию. И мы здесь являемся маленькой звездочкой. А все, что рассказывают массам – это для пропаганды.

– Что вы скажете об отношениях между Баку и Тегераном, которые фактически сведены на нет. Сейчас очень напряженная обстановка в отношениях. После теракта в посольстве Азербайджана в Тегеране можно ли назвать ситуацию взрывоопасной?

– Абсолютно нет. Дело в том, что есть определенные мировые международные маркеры в нашем регионе и президент Азербайджана уже озвучил свою позицию: «Наказать преступников и заказчиков!». Предположим, завтра может объявиться сошедший с ума офицер КСИР, причастный к теракту. Все, и вопрос снят с повестки. А это значит, что вопрос стоит шире.

– Ильхам Алиев уже дал понять, что Азербайджан не собирается воевать с Ираном, у нас один враг – это Армения.

– Абсолютно верно. Это ситуация создана извне. Нас пытаются обвинить в ярой приверженности к пантюркизму, хотя это идея консолидации народов в обществе присутствует. Но данная идея несет в себе угрозу национальной безопасности Азербайджана и является в корне ошибочной. И кстати, автором распространения здесь идеи пантюркизма является Ватикан. Ни одна идеология превосходства одной расы над другими никогда никому пользы не принесла. Мы видим, что сделал с Арменией Ватикан: накачал ее «миацумом» и идеей избранного народа. Трагедия Армении перед глазами, нужно извлечь урок из этого. Что стало с Третьим рейхом и фашизмом, все знают.

Да, нужно поддерживать связи на основе тюркоязычности наших народов, использовать ее как элемент сближения, использовать Ислам как элемент сближения. Но это нельзя ставить во главу угла, только лишь как способствующие компоненты. Наши национальные интересы – военные, экономические, политические, логистические. Мы должны быть одним пространством, в котором все живут в мире, все благополучны и есть спокойствие. Если мы не в состоянии соблюдать эти принципы, любая политическая идеологическая настройка, которая будет идти впереди паровоза, будет нести в себе институциональные угрозы будущему народов. Накачивание общества идеей высшей расы приведет к тому, что народы меньшие, живущие на этой территории, превратятся для титульной в скрытого врага. И тогда любой внешний модератор, в том числе Иран, сможет их использовать в своих интересах. Вот, чтобы не закладывать бомбу замедленного действия, нужно проводить политику экономического развития, военнополитического развития, создания внутри государства демократических условий и системы равноправия. Тогда любой гражданин будет чувствовать защиту государства, и страна будет процветать. Этой линии придерживается президент Алиев.

– Отлично. Вы, наверное, слышали, что в Нахчыване упразднены силовые структуры, управление стало централизованным. Что, на ваш взгляд, произойдет вслед за централизацией системы управления?

– Вопрос Нахчывана надо рассматривать в нескольких измерениях. Первое – государство пытается реформировать систему управления, еще в 2003 году была подготовлена программа региональных и административных реформ Азербайджана, в которой предусматривалось 11-13 экономических зон. То, что сейчас президент делает – это правильно, и я бы сказал, даже немного запоздало, очень стратегически важное для безопасности страны решение. Я поддерживаю его.

Второе – статус Нахчывана определен столетним договором, и здесь нужно обсудить эти вопросы не только с Турцией, но и с теми, кто выступал гарантом данного договора. Есть другие моменты, которые связаны с Арменией.

Я считаю, что в любом случае переподчинение Зангезура и Гейчи Азербайджану – это вопрос времени, это может случится и через год, и через 10 лет. Формат его очень простой: начиная интеграцией армянского общества в азербайджанское и заканчивая экономической экспансией на этой территории, и самое элементарное – это, если Армению подтолкнут к войне.

– По поводу репараций. Пока мы можем предъявлять имущественные иски к Армении в ЕСПЧ. Международный СУД ООН рассматривает отдельные эпизоды. Но факт, что международное политическое сообщество все еще не признало Армению агрессором. Международный уголовный суд не собирается рассматривать военные преступления Армении против Азербайджана. В то время, как на днях в том же суде был создан отдел для расследования военных преступлений России против Украины, а это означает, что они в будущем привлекут Россию к ответственности. Почему такая избирательность?

– У меня очень большие претензии к кадровой политике наших дипломатов. Она хромает и требует высокой ответственности и профессионализма. Не должны назначаться дипломатами друзья, налоговики, таможенники и полицейские. Я считаю, что именно поэтому мы терпим поражение на международном правовом поле.

Второй фактор, нужно присмотреться, как будет разворачиваться мировая политика, призовут ли Армению к ответу, и в каком формате, может они интегрируют ее, не добивая в глобальном понимании. Самое простое, что может сделать Азербайджан, одержавший победу над оккупантом – это Баку устанавливает свои правила. Другой альтернативы нет.

В книге Ватикана о масонской ложе, изданной в 1594 году, армяне указаны не как народ, а как масонская ложа, это означает, что у них есть покровители. Именно поэтому у Армении монофизитское христианство, она не православная и не католическая – это право индульгенции для армян со стороны Ватикана дано с той точки зрения, что армяне являются некой организацией, которая среди мусульман и восточных народов обслуживает интересы Ватикана. Армения пользуются покровительством и защитой Ватикана. Но это не означает, что нам не нужно продавливать свои резолюции. Мы должны записать это в историю международных отношений и в историю нашего народа. Мы ведем борьбу, и мы правы.

Мы добьемся контрибуции, мы еще сможем добиться привлечения Армении к ответственности за преступления против человечности, сможем заставить ее ответить за Ходжалы, изгнание азербайджанцев и курдов из нынешней территории Армении, и за все преступления. Масштабы армянских преступлений против других народов обширны. Они, как немцы, должны нести на себе печать и чувствовать свою вину.

– Кстати, президент Ильхам Алиев пригласил главу Иракского Курдистана Нечирвана Барзани в Азербайджан. Положено начало сближению. Что последует за этим началом?

– Я считаю, что наше сотрудничество с Иракским Курдистаном на 15 лет опоздало. Почему? В советское время вся нефте и газодобывающая промышленность Ирака создавалась Советским Союзом, в частности азербайджанскими специалистами. Иракская нефтяная промышленность приблизительно 10-15 лет назад пользовалась нефтехимическим оборудованием советских стандартов, то есть нашим нефтяникам не нужно было переучиваться под стандарты «Американ петролиум». SOCAR мог бы обслуживать эту территорию и решать: вопросы занятости азербайджанских специалистов – раз; вопросы нефтяных отчислений в нашу экономику – два; как компания, мы могли бы получить месторождения – три; мы могли бы заниматься транспортировкой сырья из этих месторождений – четыре; мы могли бы стать иррегиональной воcточной крупной корпорацией SOCAR. Это стратегически важно.

Исходя из этой концепции, мы можем добывать киркукскую нефть, газ, интегрировать их, как сырье, для завода Star в Турции, увеличить объемы поставок газа. По официальным данным, газовых месторождений в Ираке в два раза больше, чем в Азербайджане. Мы можем построить завод по производству карбамида, метанола, полипропилена. Мы можем создавать предприятия по экспорту зеленого водорода – для нас это очень приемлемая, удобная, знакомая площадка.

Мы знаем, что климатические условия не дают Курдистану возможность выращивать на своих территориях большинство видов овощей и фруктов. Сейчас фактически Турция и Иран заняли этот рынок. Азербайджан мог бы свою аграрную продукцию поставлять на этот рынок. Тем более по сравнению с турецкой и иранской продукцией наша – качественная и экологически чистая. Минимальный уровень зарплаты примерно 10 млн жителей Курдистана – 2 тысячи долларов, их доходы соответствуют ценам сельскохозяйственной продукции Азербайджана, которые выше, чем на внутреннем рынке.

Почему Азербайджан будет успешным? Иракский Курдистан состоит из шиитов и суннитов. Мы – мусульмане, наша история – это миксер народов еще со времен, когда наши светила ездили учиться в Багдад. Сейчас в Иракском Курдистане проживает приблизительно 15 тысяч азербайджанцев. Там идет огромное строительство, и наши строительные компании могут занять большую нишу на этом рынке. Иракский Курдистан безопасен для инвестиций. Если, предположим, Азербайджан вложит пять млрд долларов, то за 8-10 лет он сможет получить прибыль в радиусе 80 млрд долларов.

– Поговаривают, что в Ираке ожидается гражданская война?

– Если в Ираке будет война, то она не затронет Курдистан – это сфера безопасности англосаксонского мира, это – второй Дубай. Как только будет реализована концепция «Большой Ближний Восток», англосаксонский мир перестанет опекать Дубай, для него проектом XXI века станет Курдистан. Большая война будет в Ираке, Кербале, Ан-Наджафе и Басре. Война будет между шиитами и суннитами, но в курдскую зону никто не полезет, учитывая присутствие там большого количества американских компаний, в том числе военных. Эти месторождения нужны мировому сообществу. Все, что связано с нефтью и газом, принадлежит англосаксам: американским и английским компаниям. Они эти богатства не отдадут.

– Не отдадут, но говорят, что за 20 лет весь мир якобы перейдет на чистую энергию, возобновляемые источники энергии, а необходимость в нефти и газе отпадет. Это Джонатан Элкинд сказал.

– Допустим, а как же они будут производить полипропилен, пластмассу, зеленый водород? Эта информация – отвлекающий маневр, чтобы не заострять конкуренцию за нефть и не усиливать междоусобицу.

– Пока другие будут строить ветряные мельницы и устанавливать солнечные панели, они хотят в одиночку эксплуатировать эти месторождения.

– Все верно.

Рамелла Ибрагимхалилова