Угроза территориальной целостности Казахстана становится все более реальной. В России на разных уровнях озвучиваются притязания на северные регионы этой страны. Известный своими скандальными высказываниями Владимир Жириновский уже заявляет, что, дескать, Казахстан — это «искусственное такое хрупкое государство», а «почти вся территория Казахстана – это бывшие русские территории», и даже его родной город Алма-Ата «назывался Верный», что «казахи жили на юге Казахстана: Чимкент, Кызылорда, Джамбул», а «все остальное – Сталин дал, подарил, так сказать, как Хрущев потом подарил Крым Украине». И даже изложил возможный сценарий» «развала Казахстана»: «Развалиться Казахстан может только по двум частям: юг – это казахи, север – это возврат в Россию».
Более того, в своей рождественской проповеди (!) Патриарх Московский и всея Руси Кирилл заявил, что в настоящее время «на территории нашей некогда единой, огромной страны» — в землях «исторической Руси» — происходят «тяжелейшие события, когда люди столкнулись с тяжелейшим гражданским конфликтом, когда реально проливается кровь». То есть назвал территорию Казахстана «землями исторической Руси».
Понятно, что Казахстан сегодня в фокусе внимания. И каждый тут стремится «попасть в новости». И иногда делает это в меру своих интеллектуальных способностей. Достаточно вспомнить, как небезызвестная Марго Симоньян заявила, что помогать Казахстану, конечно, нужно, но при соблюдении некоторых условий: «Крым — признать, кириллицу — вернуть, русский язык — второй государственный, как в Киргизии оставить в покое русские школы и не врать Начальнику, что и так так, выгнать антироссийские НКО, внятная братская внутренняя политика, исключающая игры с нациками» — не сомневаясь, что именно она имеет право диктовать гражданам и властям Казахстана, с кем им общаться, с кем дружить, на каком языке между собой разговаривать и какими буквами писать.
Читайте нас в Telegram, подписавшись на официальный канал. Там вы найдете самые свежие материалы!
Можно, конечно, заявить, что все это, дескать, еще не официальная позиция. И даже отмахнуться от опубликованной в турецких СМИ «утечки», согласно которой, Россия, чтобы помочь Казахстану: выдвинула определенные условия, и они «включали признание аннексии Крыма, восстановление русского языка в качестве второго официального языка, предоставление России военных баз и автономию для русских меньшинств».
Только вот территориальные претензии к Казахстану в РФ начали обозначать задолго до того, как на улицах Жанаозена, Актау и Алматы начались столкновения. В декабре 2020 года весьма близкий к Кремлю политолог, депутат Госдумы РФ Вячеслав Никонов в эфире РосТВ заявил, что «территория Казахстана — это большой подарок со стороны России [и Советского Союза]». В Казахстане это расценили как территориальные претензии и, пригласив посла РФ в МИД, вручили ему ноту протеста. В марте 2021 года Сергей Шойгу, министр обороны РФ, попытался успокоить страсти. Он дал интервью казахстанскому изданию Tengrinews. kz: «Давайте опустимся на землю от этих фантазий! <…> Можно много рассуждать, но у нас давно сложившиеся братские отношения [с Казахстаном]. У нас нет никакого повода, чтобы что-то делить между собой, и никаких причин, абсолютно», — уверял глава военного ведомства, напоминая, что страны провели полную демаркацию границ ещё в 1998 году и подписали договор о границе в 2005-м.
А теперь слишком многое указывает на то, что в Казахстане, куда уже входят «миротворцы» ОДКБ, разворачивается тот же сценарий, каковой имел место в Азербайджане в 1920 году, после вторжения оккупационной XI Красной Армии. Когда приведенные к власти на ее штыках местные большевики тут же подарили Армении Западный Зангезур и Гейчу, а в нагорной части Карабаха выкроили армянскую автономию.
И самое главное, все оставляет стойкое ощущение дежавю. Точно так же весной 2008 года в Москве клятвенно заверяли, что не будут «обезьянничать» и признавать независимость оккупированных грузинских Сухуми и Цхинвали в ответ на признание независимости Косова. А уже в августе того же года — новый виток агрессии против Грузии, стыдливо названный «пятидневной войной», обстрел жилых кварталов Гори из ОТРК «Искандер» и… признание марионеточных оккупационных режимов в Сухуми и Цхинвали «субъектами международного права».
И еще больше параллелей с Украины. С которой РФ тоже как бы согласовала все границы, и даже заключила договор о дружбе, но это не помешало Кремлю в 2014 году оккупировать и аннексировать Крым. На который, кстати, обозначили претензии еще в девяностые — тогда же, когда и на север Казахстана. Где теперь командует миротворцами командующий ВДВ генерал-полковник Андрей Сердюков, принимавший самое активное участие в силовом захвате Крыма. И в Москве, похоже, уверены, что, в отличие от Украины, за Казахстан, особенно при наличии обращения Токаева, никто не станет «вписываться».
Но стоит ли Кремлю быть такими уж уверенными в «свободе рук»? Особенно если учесть, что Казахстан состоит не из одного только Токаева?
Т. Гюльахмедов
