Музыка и танец вошли в историю человечества в глубочайшей древности, и одно их доказательств — «танцующие человечки» на скалах Гобустана рядом с «поющим камнем». И уже в незапамятные времена существовали танцы разного, скажем так, предназначения: танцы свадебные, «праздничные», ритуальные…Особое место в танцевальном наследии заняли «боевые» и воинские танцы — те, где движения танцоров повторяют «боевые» приемы, и сами эти танцоры нередко облачены в воинские доспехи и держат в руках оружие. Древние традиции предписывают исполнять такие танцы перед битвой — и чтобы нагнать страху на противника, и чтобы удостовериться в готовности к бою собственных солдат.
Сегодня старинные воинские танцы — это дань традиции и яркое шоу, но не более того. А их современные аналоги уже исполняются в другом масштабе и чаще всего вне прямой видимости с позиций противника. Классический пример — нынешние «угрожающие маневры» Египта на ливийском поле, где Каир едва ли не объявляет войну Анкаре.
По понятным причинам, в фокусе внимания азербайджанской аудитории то обстоятельство, что в Ливии Турция поддерживает правительство национального согласия во главе с Сарраджем, в то время как его противник — Халифа Хафтар — получает помощь от России. Но не только —поддержку Хафтару оказывает и ОАЭ, и Египет. И вот теперь в Каире повышают ставки. Еще в конце июня президент Египта Абдель Фаттах Ас-Сиси во время смотра войск на одной из баз на западе своей страны прозрачно намекнул на возможность военного вмешательства в ливийский конфликт. Обозначил и «красную линию»: это город Сирт и муниципалитет Эль-Джуфра, которые сегодня контролирует «Ливийская национальная армия» Халифы Хафтара и откуда их намерены выбить силы признанного ООН ливийского правительства Сарраджа при военной поддержке Турции.
Как бы ас-Сиси отметил, что бросит египетские войска на ливийский фронт, только если его попросят сами ливийцы. «Парламент» в Тобруке, от имени которого и действует Хафтар, к этому моменту уже принял обращение: «Мы призываем братские египетские войска присоединиться к ливийской армии для противодействия оккупации и защиты безопасности страны и всего региона». И вот теперь сделан еще один шаг: за отправку войск на «западный фронт» проголосовал парламент Египта.
Но что за кадром?
Понятно, что такой поворот дел — хорошая новость для Москвы. Кремль получает шанс «разделить бремя» поддержки Хафтара, снизить собственное участие в ливийской войне и переложить на Каир по крайней мере основную тяжесть операций «на земле», оставив за собой «матчасть», то бишь оружие. Хафтар, по сообщению ряда СМИ, уже готовится дать бой турецким военным кораблям с помощью еще советских ракет «Термит». Правда, после фиаско с ЗРК «Панцирь» и предыдущих неудач Хафтара в универсальность московской «палочки-выручалочки» верится не очень, но об этом в Москве предпочитают не думать. В Каире — тем более.
Со своей стороны, в Каире вложили немало сил и денег в поддержку Хафтара и теперь не хотят просто отойти в сторону и смотреть, как Турция «проутюжит» боевые порядки их недавнего фаворита. Тем более что заряд антитурецких настроений копился здесь еще со времен Османской Империи. Да и ставки для Египта на ливийском поле весьма высоки. Ливия обладает огромной территорией и богатыми ресурсами. Она граничит с Египтом, Суданом, Чадом, Нигером, Алжиром и Тунисом, располагает протяженным побережьем Средиземного моря. Контроль над ней — это практически «геополитический джекпот», особенно на фоне непростых процессов в Тунисе, Судане и Алжире. После падения режима Каддафи здесь образовался классический «вакуум власти». Ухватить не свой «кусок пирога», а именно «контрольный пакет» ливийских акций не прочь многие, но для Каира Ливия имеет особое «прочтение». Египет — по-прежнему крупнейшая арабская страна, но вот лидерство Каира на «арабской» улице далеко не бесспорное. «Лавры» и влияние приходится делить с Саудовской Аравией. А в Египте не просто хотят занять «позицию номер один» — здесь еще и слишком хорошо помнят времена Гамаля Абделя Насера, который не без оснований считался бесспорным лидером арабского мира. И не прочь в эти времена вернуться. Упускать в такой ситуации контроль над Ливией египтянам не хочется. И тем более не хочется отдавать его Анкаре. В Каире весьма нервно наблюдают за тем, как Турция приобретает все большее влияние. Она уже входит в «большую двадцатку», заметно нарастила военные «мускулы», и самое главное, продемонстрировала, что может вести на мировой арене самостоятельную политику, бросая вызов, если этого требуют национальные интересы, и России, и США, и ведущим странам Европы. И если теперь Турция еще и получит «ключи» от Ливии — такого в Каире просто не стерпели. И начали демонстрировать угрожающие телодвижения.
Но что дальше? Обещания «открыть западный фронт» и бросить в Ливию свои войска производят впечатление, но что стоит за этими обещаниями? В Каире всерьез готовы к войне с Турцией на ливийском поле? Нынешний глава Египта, конечно, выходец из армейских кругов, сомневаться в могуществе собственных вооруженных сил в Каире не принято, но вопрос, каковы реальные шансы египетской армии против турецкой, стоит того, чтобы его озвучить. Особенно на фоне не самого веселого опыта войн Египта с Израилем и не самых лестных оценок, которые давали своим египетским «партнерам» советские военные специалисты, командированные в эту арабскую страну. Наконец, противники Хафтара тоже вполне обоснованно посчитают оккупантами уже египтян — со всеми вытекающими. Военные эксперты тоже сквозь зубы признают: случись война всерьез — шансов у Египта немного. С учетом «социальной цены» участия в чужой войне — тем более. Экономика Египта и Турции — это «две большие разницы». Наконец, Турция и США планомерно склоняют к более активному участию в ливийской войне своих союзников по НАТО. «Уплотняется» эмбарго на поставки оружия. В такой ситуации полномасштабное военное вмешательство Египта становится слишком рискованным предприятием. Наконец, не исключено, что в Каире и не собирались воевать всерьез — тут рассчитывали ограничиться «воинскими танцами» и понадеялись, что, услышав о планируемом египетском вторжении, Турция откажется от штурма Сирта. Для Египта это был бы лучший вариант — произвести впечатление, продемонстрировать влияние и потом претендовать на раздел ливийского «пирога» уже с других позиций. НО в Каире не учли сущую мелочь: Эрдоган — не тот политик, которого можно «напугать» и заставить отступить без боя. А отыграть назад собственные угрозы без потери лица будет куда труднее, чем кажется. Так что пышные «египетские надежды» Хафтара и стоящего за ним Кремля вряд ли оправдаются.
Нурани
