Приезд белорусского правителя Александра Лукашенко на инаугурацию Петра Порошенко стал яркой демонстрацией степени непонимания местными обывателями сути минского гостя и, что намного хуже, готовности украинской политической элиты искать союзников там, где излишняя доверчивость может дорого стоить их стране.
Елей для внутреннего потребления
В украинской столице Александр Григорьевич всем окружающим говорил именно то, что от него хотели услышать: про необходимость сохранить территориальную целостность Украины, невозможность переговоров с террористами и недопустимости жертв среди мирного населения востока. Советовал Лукашенко и «забрать своего президента», имея в виду ростовского сидельца Януковича. В общем, все замечательно, беда лишь в том, что понимание данным визитером правильного всегда зависит от его географического нахождения в момент произнесения той или иной тирады.
Испытывая благодарность за участие белорусов в Революции Достоинства, украинцы устроили белорусскому диктатору теплый прием, выкрикивая лозунг «Жыве Беларусь!», очевидно, даже не подозревая, что этот клич — своеобразный идентификатор как раз белорусской национально ориентированной оппозиции, подвергающейся репрессиям все двадцать лет правления такого симпатичного, по мнению некомпетентных людей, мужчины.
Более того, достаточно неожиданно, оказалось, что Лукашенко весьма популярен среди некоторой части украинцев, видящих в нем альтернативу всем своим прошлым лидерам. Дескать, ну, возможно, что он и диктатор, но заводы у него работают, города чистые, люди при нем живут хорошо и армия боеспособная.
При этом сами белорусы, многие из которых, кстати, перебрались жить в Украину, слыша эти доводы и наблюдая Александра Григорьевича, сидящим в ВР за два кресла от Джозефа Байдена, испытали, мягко говоря, недоумение и обиду, что на временное правительство, что на только что присягнувшего президента.
Для них участие в церемонии инаугурации Лукашенко, даже не двусмысленно. Ведь они видят в гостях у постреволюционной власти человека, легитимность которого под большим вопросом у всех, у кого нет сомнений в законности нынешних руководителей Украины. Личность, которую на дух не переносят те белорусы, что принимали участие в событиях на Майдане. Под властью которого не хотел жить белорус Михаил Жизневский, второй погибший на киевской улице Грушевского.
Понятно, что украинцам было умилительно смотреть, как Александр Григорьевич встает и аплодирует вместе со всеми при словах Порошенко о том, что Крым был, есть и будет украинским. Только верить в искренность самозваного Бацьки можно только в том случае, если «забыть», как представитель Беларуси в Генассамблее ООН отказался осудить факт аннексии. Не обращать внимания на то, что вблизи границы с Украиной со стороны Беларуси находятся российские военные самолеты.
Видите ли, Лукашенко соизволил встать и почтить минутой молчания героев Небесной сотни. Но слышали бы вы, что о борьбе украинцев говорили и писали лукашенковские государственные (а других там почти и нет) СМИ, да и он лично. Понятно, что сосед, но ведь Путина, например, не звали, ограничились присутствием посла. Так зачем анонсирующим построение демократического государства, понадобился «последний диктатор Европы» собственной персоной?
Кому он нужен?
На самом деле все просто и по обыкновению в политике максимально цинично. Перед нами все-таки не конфликт соседей по лестничной площадке, когда один другому может не дать во временное пользование свой молоток. Речь о том, что один обиженный может помочь своим орудием находящемуся поблизости рейдеру, положившему глаз на чужую собственность. То есть, переводя с языка бытового на язык геополитики, все дело именно в наличии общих границ России с Беларусью и Беларуси с Украиной. И, разумеется, в той самой боеспособной белорусской армии, укрепленной совсем недавно российскими военными самолетами. По признанию самого Лукашенко, как ответ на недружелюбие политики НАТО в отношение РФ. В таких условиях очевидна заинтересованность Киева в том, чтобы РБ как минимум сохраняла в украинско – российском конфликте нейтралитет. Александр Григорьевич этот нейтралитет, как известно, неоднократно обещал. И не только в минувшую субботу. Продемонстрировал лояльность украинским властям, встречался с Александром Турчиновым, признал легитимность Порошенко и, вероятно, будет налаживать с ним отношения. Дальше – больше. Лукашенко даже озвучил свои прогнозы по увеличению объемов торговли с Украиной.
Планирует делать деньги на нашем кризисе и выходе из него? Да. Заинтересована ли среди прочего Украина в послевоенном (а война на востоке рано или поздно закончится победой над террористами и сепаратистами) восстановлением экономических связей с РБ и их интенсификации? Безусловно.
Потому остается надеяться, что ни президент Порошенко, ни другие ключевые персоналии местного политикума хотя бы не питают иллюзий относительно белорусского режима и его мнимой независимости от России, а также в ценности обещаний товарища Лукашенко.
Спору нет, увеличение взаимного товарооборота с 6-7 млрд. долларов до 15 млрд. в будущем (за пятилетку, как продолжают говорить соседи) Украине не помешает. Однако хотелось бы кому напомнить, а кому открыть глаза на поведение нашего «нового друга» Александра Григорьевича в последние месяцы, такого не простого для Украины периода жизни.
Где он был раньше?
Вернемся, например, к событиям вокруг того же Крыма. Известно, что 4 марта Леонид Кучма позвонил Лукашенко и попросил его «поддержать сохранение целостности Украины и недопущение кровопролития». То есть, в ситуации непринятия Кремлем «переворота», фактически взять на себя роль посредника между Украиной и Россией. И Лукашенко ответил: мы против отделения Крыма и готовы сказать об этом Москве.
Устными заявлениями, надо признать, дело не ограничилось. Так агентство БелТА, известное как рупор руководства РБ, опубликовало неожиданно резкий текст «Хотят ли русские войны?», посвященный российско-украинским отношениям. Авторы материала не скупились на определения вроде «рецидив имперского мышления», «массированная телевизионная пропаганда», «аннексия Крыма». Более того, БелТА предупреждало руководство России о неизбежном якобы крахе всех интеграционных инициатив в рамках СНГ.
«Необратимыми станут последствия российско-украинского противостояния и для постсоветского пространства. Как считают эксперты, под обломками этого противостояния будет окончательно похоронено СНГ. Ведь даже самые близкие партнеры России по Таможенному союзу – Казахстан и Беларусь – не выразили прямой поддержки ее действий, а, напротив, заявили о заинтересованности в сохранении территориальной целостности Украины. Да и у самого Таможенного союза, по мнению аналитиков, наступают не лучшие времена: теперь оказывается под вопросом вступление в него новых членов, прежде всего Армении. А про создание зон свободной торговли между ТС и другими странами вообще можно забыть», – писало агентство.
Вот тогда и стали появляться комментарии о том, что, мол, Лукашенко не поддается давлению Кремля. И тут Александр Григорьевич заявил, что «никакие кремли» на него никогда не давили: «На меня нечего давить. Я буду защищать интересы своей страны, и действовать в строгом соответствии с нашими договорами, в том числе и в соответствии с договором о строительстве Союзного государства, где у нас есть прямые обязательства, так же, как и у России». А чуть позже президент предложил России разместить в Беларуси дополнительно уже упоминавшиеся 15 самолетов в рамках совместных учений.
Зачем же тогда, спрашивается, было демонстрировать Кремлю фронду? Но, если знать новейшую историю Беларуси, не сложно заметить, что в таком поведении Лукашенко не было ничего нового. В острых конфликтах он никогда однозначно не демонстрировал поддержку только одной стороны. Это в свое время позволило ему сохранять нормальные отношения и с Ющенко, и с Саакашвили, не встал он публично и безоговорочно на позицию России и в ситуации войны 2008 года. Похвалил РФ за «ювелирную работу», но отторгнутые территории так и не признал. Впрочем, приоритеты Лукашенко, как полагают в Минске, все равно всегда были очевидны. Причем, начиная с момента, когда Лукашенко только пришел к власти, в первую же очередь, сменив национальную символику, сделав русский язык государственным и вступив в Союзное государство с РФ, а в последующем и другие интеграционные объединения на постсоветском пространстве вплоть до недавно созданного Евразийского союза. За что, заметим, его режим щедро финансировался два десятилетия Москвой.
Такова цена его публичным «пикировкам» с Кремлем.
Вместе с тем, не секрет, что Лукашенко попытки хоть как-то балансировать между Востоком и Западом даются все трудней. Уж больно высоки для Москвы ставки, слишком глубокой стала интеграция – прежде всего, отметим, именно в военной сфере.
Однако в случае с Украиной Александр Григорьевич пытается делать вид, что в противостоянии с Москвой на него можно рассчитывать. Вот в середине апреля даже заявил о том, что федерализация нашей страны приведет к ее распаду. Более того, признал Турчинова легитимным и. о. президента. Казалось бы, чем не оппозиция Кремлю?
Но десятью днями ранее, этот же человек вслух рассуждал: «Что бы я ни делал сейчас – разговаривал с Украиной, Западом, Востоком и т.д. – я ни одного шага не делаю без согласования с руководством Российской Федерации. Если нужно будет России, чтобы мы за нее работали в Украине, мы это будем делать».
Что тут скажешь, сама искренность.
Примечательно, что эти слова тогда особенно не смутили украинские власти: посредническую миссию Лукашенко между Москвой и Киевом к тому моменту уже никто и не скрывал. Более того, господин Турчинов радостно за эту возможность ухватился. Александр Валентинович с Александром Григорьевичем встретились на белорусской территории еще 29 марта.
Заметим, что именно Александра Валентиновича Александр Григорьевич нахваливал в интервью Савику Шустеру накануне визита. И наивно полагать, что пятничный прайм-тайм с Лукашенко был связан исключительно с желанием Шустера продемонстрировать украинцам особое мнение «человека, который лучше всех понимает Путина». По всей вероятности, задачей Лукашенко тогда было донести до украинского общества некое послание российских властей. Если исходить из того, что именно говорил белорусский правитель Шустеру, коротко это послание можно сформулировать так: Крым не ваш, забудьте; если не хотите утратить еще кое-какие территории, не прибегайте к услугам НАТО, решите вопрос с русским языком в качестве второго государственно и подружитесь с Таможенным союзом.
Что же мы видим нынче? До инаугурации про Крым почти никто за два месяца и не заикался. При всей пафосности соответствующего заявления Порошенко никакой программы возвращения полуострова нет (или во всяком случае, ничего на этот счет определенного не говорится). Свободное развитие русского языка в Украине обещано, да еще и посредством перехода на «великий и могучий» непосредственно во время тронной речи (будто кто-то этому языку и вправду мешает развиваться). А белорусский лидер, как это, казалось бы, ни странно, на церемонии подписания документов ЕАЭС излучал уверенность, что Украина «никуда не денется от сотрудничества с этим союзом». РФ в свою очередь вроде бы забыла о своем требовании федерализации и даже отвела от нашей границы несколько тысяч единиц своих войск. Иной вопрос, надолго ли.
Как бы то ни было, Лукашенко по-прежнему в этой игре, свидетельством чему в частности стал его субботний визит в Киев и почетное место на торжествах в честь вступления в должность пятого президента Украины.
Куда он денется?
Все вышесказанное, однако, вовсе не исключает наличия у Александра Григорьевича желания покончить с зависимостью от России. Как не может он не замечать пусть даже самой гипотетической угрозы со стороны Кремля для своей страны вообще и для себя лично. Украине ведь аналогичная угроза до совсем недавнего времени тоже казалась весьма гипотетичной. Но сам себя десятилетиями загоняя в эту ловушку, сейчас Лукашенко, очевидно, не знает, как из нее вырваться. Иных же союзников, кроме РФ у Бацьки нет. Не считать же таким Казахстан, к примеру. Со странами Евросоюза, а тем более, с США горшки разбиты давно, а восстановлению подлежат только в результате чуда. Тогда может быть все-таки стать искренне преданным союзником Украине? Но минский несменяемый руководитель видел и наблюдает, что бывает с государством, рискнувшим выйти из-под влияния Белокаменной. Да и механизмов воздействия Кремля на Беларусь куда больше, чем в случае с Украиной. Так что, Лукашенко испытывать судьбу на старости лет не станет. Патриарх постсоветской политики, он всегда нутром чувствовал, что нужно делать для обеспечения собственного успеха и безопасности и не надеялся на чудеса, тщательно (хотя и быстро) выверяя последствия каждого следующего шага.
Вынужденно имея дело с ним, не будем рассчитывать на чудо и мы. На кону государство.
