С самого детства Генриета Хоулэнд Робинсон хорошо разбиралась в финансах, и уже в 13 лет работала бухгалтером. А 30 лет спустя она уже была самой богатой женщиной в США. И самой большой скупердяйкой на свете.
О скупости Гетти, ставшей после замужества Грин, в XX веке ходили настоящие легенды. Имея на своём счету около 100 миллионов долларов, она занашивала одежду до дыр и отправляла сына продавать прочитанные газеты. «Яндекс.Дзен» разбирается, в чём же крылись истоки её невероятной прижимистости?
Генриетта Хоулэнд родилась в 1834 году в Нью-Бедфорде в семье, владеющей большим китобойным промыслом. Будучи смышлёным ребёнком, Гетти с самых малых лет стала помогать отцу. У него было слабое зрение, и девочка зачитывала ему газетные сводки с бирж, при этом сама неплохо разбираясь в них. А уже в 13 лет Генриетте доверили должность семейного бухгалтера. Родители маленькую Гетти никогда не баловали, но часто хвалили, а в 15 лет отправили на учёбу в Бостон.
А в 1865 отец Генриетты умер и оставил дочери семь с половиной миллионов. В один миг она стала весьма желанной невестой. Женихов, рассчитывающих заполучить её состояние, не отталкивало ничего. Ни откровенно непривлекательная внешность миллионерши, ни слухи, ходившие о ней. Живя в Бостоне, Генриетта всюду ходила в одних и тех же платьях и башмаках. А на её приёмах свечи гасили ещё до ухода гостей, а наутро огарки продавались.
Не оттолкнули эти причуды и будущего мужа Гетти — бизнесмена и миллионера Эдварда Грина. Но в первые же несколько месяцев брака, он понял, что выходки Генриетты — это не просто причуды экстравагантной богачки, а проявления вселенской скупости.
Экономия всегда и на всём
Перед бракосочетанием с Эдвардом Генриетта заставила его подписать брачный договор. Согласно ему, муж не мог взять и цента из состояния миллионерши. Даже когда дела у Грина пошли неважно и он обратился к жене за ссудой, она отказала ему и выкинула за дверь. Страдали от характера самой скупой женщины на свете и её дети — сын Нэд и дочь Сильвия. Они вместе с матерью жили в дешёвых мотелях, поскольку квартиру или дом Генриетта Грин покупать отказывалась.
Дети Гетти Грин были вечно голодны и носили старую штопанную-перештопанную одежду. Сама миллионерша годами носила одно и то же, экономя даже на покупке нательного белья. К тому же, стирала и штопала она всё сама, не желая платить прачкам и горничным. Горячую воду при стирке она не использовала — дорого. За каждый цент в магазине Генриетта Грин билась, как за свою жизнь. Все торговцы в округе её просто ненавидели. Возненавидел собственную мать и её сын.
Однажды Генриетта Грин всё-таки расщедрилась и купила Нэду санки. Не верящий своему счастью мальчик тут же побежал на горку, но, к сожалению, сломал ногу. Мать тут же отвела его к доктору. Правда, к доктору в больнице для нищих. Гетти Грин там хорошо знали и в помощи отказали. Тогда она начала лечить сына самостоятельно. Ничем хорошим это не закончилось: много лет юноша страдал от боли, а впоследствии ногу ему ампутировали. Понятно, что любящей матерью Генриетта вовсе не была. Выросший Нэд работал в её компании за сущие гроши. Зато Грин была очень хорошим предпринимателем.
Ведьма с Уолл-Стрит
Став наследницей весьма солидного состояния, Гетти Грин приумножила его за очень короткое время. Она живо интересовалась всем, что происходит на бирже, и всегда ставила на правильные акции. За чёрную шляпку, чёрное платье и вечно нахмуренное лицо с длинным носом Генриетта Грин и получила своё прозвище — Ведьма с Уолл-Стрит. Местные брокеры знали: если Гетти Грин купила какие-то акции, то завтра они стремительно вырастут в цене. Перед совершением сделки миллионерша тщательно проверяла дела фирм и в итоге знала о них больше, чем сами владельцы. К тому же, Грин по дешёвке скупала недвижимость и умудрялась продавать её по заоблачным ценам. Также Гетти владела долей в железнодорожных компаниях.
Примечательно, что к ней за помощью обращались даже власти Нью-Йорка. Очень нехотя Гетти Грин выделила из своего состояния миллион долларов, а забирать долг и проценты явилась лично.
К старости Генриетта Грин стала более осторожной и мнительной. Ей всюду мерещились заговоры и покушения. Даже в гости к немногочисленным друзьям она ходила с собственной газовой горелкой и яйцом. Сваренное вкрутую несолёное яйцо и было её пищей на приёмах. Жёсткое ограничение в пище и отказ обращаться к врачам довели Гетти Грин до сердечного приступа. В 1916 году её не стало, а её дети унаследовали по сотне миллионов долларов. И обращались они с ними вопреки заветам своей матери и её предков.
Впрочем, Грин не всегда была такой скупой, какой ее считали. Во время банковской паники 1907 года она одалживала огромные суммы людям, которые оказались в тяжелом положении, и компаниям в Нью-Йорке. Ее сын Эдвард говорил, что она регулярно направляла средства на благотворительность — от $500 до $10 тыс., а около 30 семей получали от нее регулярный доход.
Жадность по наследству
Причины такой невероятной скупости Генриетты Грин крылись в её воспитании и семье. Дело в том, что и её дед, и отец были квакерами. Эта религиозная протестантская группа была весьма распространена в XIX веке. И основными заветами квакеров были бережливость, непритязательность в быту и самоограничения. А миллионерша Грин возвела их в абсолют. Самая богатая и одновременно самая жадная женщина в мире говорила, что «сэкономить цент — значит, заработать его». К тому же, Гетти Грин обладала примечательным финансовым кредо. «Следует всегда дёшево приобретать, дорого продавать и сочетать это с тремя простыми вещами — упорством, проницательностью и бережливостью», — так оно звучало. Всё это помогло Генриетте Грин сколотить огромное состояние. По нынешним меркам его оценивают примерно в три-четыре миллиарда долларов. За всю свою жизнь Гетти Грин потратила от силы 10-20 процентов от этих денег, заслужив звание самого скупого человека в мире.
Дети Гетти Грин — Нэд и Сильвия, получив наследство матери, стали тратить деньги, наконец дорвавшись до них. Сын сразу же купил дорогущий автомобиль, а оставшиеся деньги промотал за несколько лет. А дочь посвятила себя благотворительности, помогая людям по всему миру.
