Эта песня в исполнении легендарного Марка Бернеса была культовой для нескольких поколений граждан СССР: «Двадцать второго июня, ровно в четыре часа, Киев бомбили, нам объявили, что началася война». У нынешнего поколения другие даты. 24 февраля 2022 г., четыре года назад, началась полномасштабная агрессия России против Украины. И тоже, как и в 1941 году, — с бомбардировок Киева, Харькова, Одессы, других городов Украины. Правда, официально войну никто не объявлял — происходящее назвали «специальной военной операцией».
Уже прошло немало «психологических рубежей» и «символических дат». Уже были и 1000, и 1418 дней войны — столько же, сколько длилась война СССР и Германии в сороковые… Теперь — четыре года.
Казалось бы, самое время подвести хотя бы промежуточные итоги. Но всё дело в том, что украинская война уже давно стала «войной опрокинутых прогнозов». Сегодня уже как-то неудобно вспоминать, что Москва действительно планировала не войну, а «спецоперацию»: короткий «блицкриг», «Киев за три дня»; сломить сопротивление Украины рассчитывали едва ли не за несколько часов… И что тогда, в первые часы войны, мало кто сомневался, что Россия со своей «второй армией мира» раздавит Украину, а потом начнёт «проглатывать» остальные государства постсоветского пространства. Это «в поле» всё пошло не так. И сопротивление украинской армии оказалось значительно сильнее «расчётного», и оборона Украины не пожелала рассыпаться в первые же часы и дни вторжения, и страны Запада, увидев, что Украина не сдаётся, начали наращивать помощь Киеву…
Показательно и другое. Можно без труда выстроить диаграмму, как менялась и меняется линия фронта. Понятно, что российское наступление захлебнулось, а Купянск, который российские войска «берут, но никак не возьмут», уже превратился в такой же едкий мем, как «Киев за три дня» и «вторая армия мира». Но итоги четырёх лет войны не исчерпываются исключительно стрелками на карте. Уже в ходе нынешней войны Украине удаётся перестраивать армию и развивать свой ВПК. Уже сегодня ВСУ с успехом применяют на линии фронта новейшие модификации беспилотников. Эксперты уже говорят о перевороте в военной тактике и стратегии и задают совсем уж крамольные вопросы: будет ли с учётом опыта украинской войны иметь прежнее значение бронетехника?
Спецслужбы Украины проводят операции уровня «Паутина», атакуют объекты ядерной триады в глубине российской территории. Удары наносятся по российским НПЗ и предприятиям ВПК далеко от линии фронта, и эксперты продолжают гадать, что это: феноменально дальнобойные беспилотники или ракеты «Фламинго». Но в любом случае очевидно: если Россия по-прежнему придерживается тактики «мясных штурмов», то Украина, как уже отмечалось, демонстрирует «творческий подход».
И, наконец, есть ещё одно измерение итогов войны. Это — политический расклад. На момент начала противостояния с Украиной — а это не 2022-й, а 2014 год — Россия практически полностью контролировала энергетический рынок Европы за счёт поставок своих нефти и газа. Сегодня монополия «сломана», а вместе с объёмами экспорта углеводородов летят вниз доходы от этого экспорта и капитализация российских нефтегазовых компаний. Всё более ощутимыми становятся санкции. Если после Крыма они были в основном демонстрационными, то теперь речь идёт о реальном давлении. И оно уже даёт свои результаты. Санкции — и это всегда «игра в долгую». Они действуют медленно, но наверняка. Так, экономические последствия войны теперь ощущаются не только в провинциальных городах, но и в Москве, где, если верить соцсетям, уже падает выручка ресторанов и индустрии развлечений. А это верный экономический индикатор: население беднеет.
Рушится и система влияния, которую Россия выстраивала на Западе десятилетиями. Полицейское расследование в отношении бывшего генсека Совета Европы Торбьёрна Ягланда — пример показательный и уж точно не единственный. И самое главное — Россия от статуса «друга и партнёра» планомерно дрейфует к образу «империи зла». Разрушается и влияние Москвы на пространстве СНГ, причём этот процесс затрагивает и те страны, где ещё недавно проявляли изрядную осторожность.
И вот эти итоги войны — они куда обиднее и значимее провала под Купянском.
