Путин снова президент: со щитом или на щите?

Путин снова президент: со щитом или на щите?

Несмотря на попытки Запада сорвать президентские выборы в России, они благополучно состоялись с ожидаемым результатом – победой Владимира Путина. Инсинуаций по этому поводу – громадьё, и основная интрига для «заграницы» – в признании – не признании Западом легитимности вновь избранного главы государства. В целом же наиболее важным представляется, какие изменения могут произойти после выборов во внутренней и внешней политике Кремля, в том числе, в направлении Южного Кавказа, и к контексте противостояния Глобального юга Глобальному северу.

Коротко о самих выборах, в которых Путин участвовал как самовыдвиженец, Владислав Даванков – от «Новых людей», Леонид Слуцкий – от ЛДПР, и Николай Харитонов –  от КПРФ. Для российского лидера эти выборы, продолжавшиеся три дня, были пятыми по счету. Для победы в первом туре кандидату нужно было набрать более половины голосов избирателей, принявших участие в голосовании: действующий президент получил, по официальным предварительным данным ЦИК, 87,29% голосов. У Харитонова – 4,30%, Даванкова — 3,84%, Слуцкого — 3,21%. Таким образом, результат Путина — рекордный в истории современной России. Срок полномочий избранного президента – шесть лет.

Что касается явки (голосовали, помимо захваченных территорий Украины – аннексированного Крыма, в «ЛНР» и «ДНР», Запорожской и Херсонской областях, в зарубежных странах – Бельгии, Испании, США, Египте и др.), она тоже оказалась рекордно высокой – 77, 44%. Ранее, в современной истории России, самый высокий показатель явки был зафиксирован в 1996 году — 69,81%.

Нынешний процесс голосования проходил, в том числе, дистанционно, в электронном формате. За выборами, включая территории, не признанных российскими международным сообществом, наблюдали иностранные эксперты. Претензий к проведению выборов у них не было – одна лишь похвала их прозрачности, хорошей организации и «поразительно высокой технологичности».

Между тем в числе 1 115 международных наблюдателей и экспертов из 129 стран не было представителей БДИПЧ ОБСЕ (их впервые не пригласили), а также из ПА Совета Европы (она отказалась отправить наблюдателей), Евросоюза и прочих западных институтов, хотя эксперты из ряда западных стран наличествовали. Заметим, что Армения распространила сообщение о том, что в составе миссии наблюдателей ПА ОДКБ представителей республики не было, то есть она бросила еще одно «зернышко» в свой антироссийский «амбар», а параллельно и в прозападную «копилку».

Подчеркнем, что выборы проходили на фоне распространения военных действий ВСУ на российскую территорию (западным вооружением) и боев ВС России на территории украинской. Как заявила официальный представитель МИД РФ Мария Захарова, единство российского народа на фоне проходящих в стране выборов президента «вызывает дикую злобу и ненависть со стороны западных стран». «… Они уже брызжут пеной, … исходят каким-то зелёным гноем. Ничего, пусть подавятся», – цитирует ТАСС Захарову, отметившую также, что западные оппоненты Москвы весь последний год активно старались сорвать президентские выборы, «но им ничего не помогло».

Между тем выборы эти были раскритикованы Западом, а также ООН, осудившей голосование на оккупированных территориях Украины, а заместитель генсека организации по политическим вопросам Розмари Дикарло, выступая на заседании Совета Безопасности ООН заявила, что они (выборы), согласно международному праву, не имеют законной силы.

В первый же день голосования председатель Европейского совета Шарль Мишель опубликовал саркастический пост в соцсети Х, поздравив Путина с «убедительной победой на выборах». «Никакой оппозиции. Никакой свободы. Никакого выбора», — написал он. Свой скепсис по поводу происходившего в России действа выразил, среди прочих, и генсек НАТО Йенс Столтенберг: «Выборы в России не будут свободными и честными. Мы знаем, что оппозиционные политики находятся под стражей, а другие убиты, многие — в изгнании».

Захарова, тоже, как известно, не лишенная сарказма, ответила Мишелю, что «нормальные люди комментируют только после завершения процесса, … но то нормальные люди, а не нынешние еврочиновники/натовцы». «Видимо, – отметила она, – «западники» решили взять реванш за свой позор 2016 года, когда они ринулись до окончания выборов президента США поздравлять Клинтон, а в итоге выиграл Трамп… Теперь они хотят показать свою осведомлённость и щегольнуть точным прогнозированием, но признать единство России не могут, иначе придётся расписываться в собственном проигрыше».

Между тем за всей этой словесной перепалкой в контексте выборов и победы Путина эксперты поднимают вопрос легитимности избранного президента, хотя он – как в варианте положительного, так и отрицательного ответа, – большого значения не имеет, а только создаст двусмысленность в делах международной важности (пояснение – ниже). Гораздо более серьезным вопросом видится, каким будет внутриполитический и внешнеполитический курс Кремля (одно во многом зависит от другого и наоборот).

Для начала стоит задуматься над тем, почему Путин решил провести президентские выборы во время войны, хотя он вполне мог их отменить, сославшись на известную и связанную с Украиной ситуацию. Во-первых, отказ от проведения выборов означал бы признание того, что Россия находится в крайне тяжелом положении, и ей сейчас не до выборов. Путин же, совершая предвыборные поездки по регионам, выступая на различных форумах и т.д., дал понять, что ситуация в стране контролируемая, и война ей не помеха.

Причем, блефом это не назовешь, поскольку – и это признают далеко не лояльные к российскому лидеру иностранные эксперты и СМИ, – война идет, западных санкций – целый вагон, а экономика страны процветает. Зарплаты, пенсии, пособия – растут, уровни безработицы и инфляции напротив – низки. В прошлом году ВВП страны вырос на 3,6%, Международный валютный фонд прогнозирует экономический рост в районе 2,6% в году текущем. Самое время проводить выборы и подтверждать собственную легитимность. Тем более, в условиях высокого внутрироссийского рейтинга, на который поработала и война, поскольку в военной обстановке вокруг действующего лидера сплачиваются как те, кто однозначно за него, и многие из тех, кто хотел бы видеть президентом России совершенно другую фигуру.

Во-вторых, сегодня никто не берется предугадать, когда и чем закончится российско-украинская эпопея, и как она может аукнуться действующей власти РФ с военной, политической и социально-экономической точек зрения. В-третьих, «элиты» в России весьма разношерстны, и отказ от выборов мог простимулировать их (дескать, власть слаба) на действия деструктивного характера, упаднические или даже панические настроения, неверие в «вождя».

Словом, этот момент победой Путина – легко предсказуемой – пока снят: к радости одних и к огорчению других. Более того, цифирь (в нее можно верить, можно – не верить: кому как удобнее) показала более мощную поддержку президенту, чем до войны, во время выборов 2018 года.

Таким образом, внутренняя аудитория, за исключением ее радикально протестного электората, большинство которого находится за пределами России (а это незначительного часть населения РФ) – вполне удовлетворена: власть стабильна, народ сыт, правитель – силен, а что еще надо, тем более, в условиях войны, которая ведется уже и на собственно российской территории.

А надо еще – мира. И тут остро встает вопрос, возможна ли новая мобилизация, и интересует он не только россиян, но и страны – антагонисты Кремля: разумеется, с разных позиций. Для Запада новая мобилизация может означать, что Украина исчерпала свой воюющий человеческий ресурс, и Россия, его собственным наращиванием, перейдет к массированным военным действиям в отношении Украины, чтобы та подняла «белый флаг». Это, разумеется, не устроит Запад (за небольшим его исключением). Ну и мобилизация может означать, что если «кто-то» подключится к прямыми военными действиями против России, последняя будет к этому готова, в том числе, человеческим ресурсом.

В настоящее время наиболее воинственно ведет себя Франция – президент Макрон пару дней назад в интервью Le Parisien снова заговорил о проведении Парижем операций для «противостояния российским войскам» на Украине. То есть речь идет о готовности (или запугивании России) к отправке французских войск в Украину, в то время как Кремль неоднократно заявлял, что это приведет к прямому военному столкновению между РФ и НАТО. Думается, в таком случае пострадавших сторон будет много, и как станут разворачиваться события при столкновении России с НАТО, просчитать практически невозможно.

Есть два или три возможных варианта: в частности, Глобальный юг, точнее, его часть, поэтапно восстанет против Глобального севера, что означает большую войну. Либо Франция, руководимая США, и пытающаяся навести свой «порядок» в Европе, подчинив ее Парижу в противовес паритетному доминированию Берлина, все же сообразит не делать резких движений до тех пор, пока в США не состоятся президентские выборы, после которых она может сесть на российско-украинском направлении и европейском в целом – в очень глубокую лужу.

Словом, предпосылки для новой мобилизации после выборов и есть, и нет – тут многое зависит от поведенческой модели Запада. Что же до России, ее население, по данным социологических опросов, тяготеет к миру, а не к войне. При трезвом подходе противных сторон, и Запад, и Кремль, по идее, должны выбрать выжидательную позицию до окончания выборов в США, однако не похоже на то, что так оно и будет.

Исходя из всего вышесказанного, утверждения западных экспертов, в соответствии с которыми выборы в России «были всего лишь формальностью», верны только с той точки зрения, что выигравший их был известен априори, поскольку смена власти для подавляющей части российского населения была бы равносильна катастрофе – тем более, в военное время. К тому же совершенно очевидно, что программа «авторитарного вождя», как величают Путина на Западе, резко контрастирует с программами его оппонентов.

То есть она (а это удачный ход) построена, в том числе на разъяснениях тех положений, с которыми избиратели обращались к президенту на встречах с ним. Строго говоря, предвыборная программа Путина – это стратегический план развития страны на десятилетия вперед, и он изложен наглядно и доступным языком с акцентом на то, что волнует простого человека: защита семьи, меры по поддержке разных слоев населения, возможности самореализации и т.д. Если говорить о программах остальных кандидатов в президенты – это краткие пафосные тезисы, лишенные конкретики и масштаба.

В продолжение темы внешней политики России – на сей раз, на южно-кавказском направлении, причем, когда Запад, крича о своей приверженности мирному урегулированию армяно-азербайджанского конфликта, откровенно подбивает Ереван на новую войну с Баку и вообще пытается распилить регион между интересантами влияния в нем.

Завладеть «ключами» от Южного Кавказа, а вместе с ним – и всем набором «отмычек» для Центральной Азии и Ближнего Востока, Москва, разумеется, не даст. Соответственно, она будет поддерживать стратегическое партнерство с Азербайджаном (в той мере, в какой на это пойдет Баку, поскольку его суверенитет Москвой уважаем настолько высоко, насколько это вообще для нее возможно, параллельно имея в виду логистические возможности АР); не станет искусственно обострять отношений с Грузией, с которой у нее нет дипломатических отношений, но развиваются торгово-экономические.

Это, однако, в том случае, если власть в Грузии продолжит придерживаться осторожно-конструктивной политики в отношении Москвы, несмотря на потерю территорий Абхазии и Южной Осетии, и не пойдет на военную авантюру по их возвращению с целью открытия «второго фронта» против России. А вот Армения, очень грубо и недальновидно испортившая отношения с Россией, причем, что главное, в контексте нанесения ущерба ее стратегическим интересам и безопасности, в среднесрочной перспективе будет Москвой наказана: в настоящее время она придерживается сдержанной политики и политики сдерживания на Южном Кавказе, что не одно и то же.

Что касается Запада, тут мы снова обратимся к значению исхода президентских выборов в США. Если победит Трамп, то с большой вероятностью Вашингтон изменит положение дел в НАТО, и предоставит Европе возможность самой побеспокоиться о собственной безопасности. В таком случае вполне ожидаем курс Германии и не ее одной на сближение с Россией, которое последняя примет – при определенных условиях. И вообще ястребиные устремления государств ЕС и особенно – второстепенных стран Восточной Европы, – несколько поутихнут, если США дадут понять, что они выйдут из НАТО (а это они себе могут позволить, имея самую мощную армию в мире), либо перестанут обеспечивать безопасность Европы.

То есть некоторая передышка настанет – искренне ли верят европейские страны в то, что Россия на них нападет, или только спекулируют своей «верой». Между тем если бы НАТО не настаивал на приеме Украины в альянс, не было бы украинского конфликта. Но альянс жаждал его, однако поостережется продолжать в том же духе, если Трамп пойдет по пути, изложенному выше.

Таким образом, изменения в НАТО отразятся не только на европейской военной философии, но и, в некоторой степени, на ситуации вокруг Тайваня, настроениях Южной Корея, Японии и даже Израиля в палестинском контексте. И в целом на политической поведенческой модели Глобального юга и Глобального севера: с большой вероятностью, первый перейдет в режим форсированной интеграции большинства стран соответствующего ареала (в том числе в формате БРИКС+, по сумме шкалы «системы ценностей»), в то время как по такому же пути пойдут европейские страны, уже озвучившие идею создания единой европейской армии, если этому не помешают центробежные настроения в ЕС.

Что касается вопроса легитимности Путина. У Запада, не сумевшего ни сорвать, ни повлиять на выборы в России, есть огромное искушение не признать легитимность Путина в качестве президента – хотя бы сославшись на то, что выборы прошли на не признанных, в составе России, территориях, хотя голоса порядка 2 млн избирателей ничего не решают с точки зрения результатов, поданы ли они «за» или «против» российского лидера. Можно, конечно, сослаться и на «общее мнение» Запада: «Выборы в России не являются ни свободными, ни справедливыми», и т.д.

Но что даст противникам Путина не признание его президентский легитимности? Оно только создаст проблемы самому Западу, которому – рано или поздно – придется вести переговоры с российской властью по множеству вопросов. А с кем вести, если президент России – «не президент», и этот «не президент» может в ответ признать отсутствие легитимности, к примеру, президента США или иного лидера антагонистичного России государства?

Получается замкнутый круг, и потери от него понесет Запад, поскольку он – это еще не весь мир, а россиянам плевать на то, признают, к примеру, Мишель, Макрон, Байден и иже с ними легитимность Путина (пример – Лукашенко в Беларуси, где ничего не изменилось). Но этот круг может оказаться разорванным частью западных лидеров, поскольку далеко не все в Европе готовы к признанию не легитимности Путина. По этому поводу высказался официальный представитель внешнеполитической службы ЕС Петер Стано, заявивший, что «решение о признании результатов президентских выборов в России остается за странами-членами Евросоюза». А они, скорее всего, еще не получили четких инструкций Вашингтона.

Таким образом, вполне вероятно, что кто-то признает, а кто-то – нет, а в целом легитимность выборов как таковых не будет признана «в ряде регионов». И это только подтвердит разброд мнений на Западе, который, скорее всего, введет новые санкции в отношении России на почве «неправильных» выборов (давление на оппозицию, электронная система голосования, не контролируемая извне; смерть Навального; отсутствие реальной состязательности; растягивание выборов на три дня для облегчения их фальсификации, и т.д.).

А что произойдет в самой России после выборов? Вероятно, ничего сверхъестественного. Правительство справляется с социальными и экономическими проблемами; некоторые «элиты» могут слегка «пощипать», но скандальных масштабных замен «коней на переправе» ждать не стоит. Возможно, изменения коснутся силового блока. На фоне повышения зарплат, пенсий и пособий вполне ожидаемо и увеличение налогов, поскольку за войну надо платить, но в то же время не в ущерб социальным проектам. Вопрос в том, как все это сбалансировать.

Ирина Джорбенадзе, автор Minval.az