Новый политический год в Казахстане начался с зачистки «назарбаевского пула» во всех ветвях власти, лишения первого президента конституционных привилегий, «раскулачивания» его семьи, а также серьезных проблем в экономике и втягивания республики в острое противостояние между Россией и Западом.
Новогодние дни не стали каникулярными для политической системы Казахстана – президент Касым-Жомарт Токаев решил не тратить время праздно и сразу же взял быка за рога. Во-первых, в самом начале 2023-го он обновил правительство, придав ему значительно более молодой, чем прежде, облик. Одни это приветствуют, поскольку новые лица в исполнительной власти не ассоциируются у них с кланами первого президента республики Нурсултана Назарбаева. Иные же ропщут на то, что новые министры и другие «свежие» и не очень представители исполнительной власти не имеют соответствующего опыта работы и еще «наломают дров». Но, надо думать, без контроля Токаева и его «пула» они не останутся, и если ошибки будут допущены грубые, их просто сменят.
Впрочем, нынешние пертурбации в правительстве могут быть краткосрочными, поскольку, как ожидается, весной этого года в Казахстане состоятся досрочные выборы в мажилис (нижняя палата парламента), после чего будет сформировано новое правительство. Или, с большой долей вероятности – старо-новое, но уже не назарбаевское, а сугубо токаевское.
А в Сенат Казахстана, то есть в верхнюю палату парламента, выборы состоялись в субботу. Ничего неожиданного они не принесли, поскольку предварительно кандидаты утверждаются маслихатами (местными органами власти), и тут центром — Астаной, что называется, все было схвачено. К тому же Сенат нынче мало что решает в политическом плане, хотя формально его спикер является вторым человеком в государстве. Таким образом, гораздо более интригующими будут выборы в нижнюю палату парламента, которую, по предварительной информации, распустят 20 января, соответственно, внеочередные выборы состоятся не позже марта, и пройдут они по смешанной системе: 70% депутатов изберут по партийному списку, 30% — по мажоритарному.
Ожидать каких-либо сюрпризов, то есть победы реальной оппозиции на выборах, не приходится: в активе ее нынче нет, хотя в пассиве она наличествует. И не потому, что в стране установлен жесткий авторитарный режим и итоги голосования будут фальсифицированы, а оттого что Токаев и, соответственно, его политическая команда имеют в электорате солидный вес. Напомним, на недавних президентских выборах второй президент республики получил более 81% голосов избирателей.
Еще одно серьезное и не вполне однозначное событие произошло в Казахстане в новогодние дни: Конституционный суд республики постановил признать утратившим силу закон «О Первом Президенте Республики Казахстан – Елбасы». А верхняя палата парламента приняла решение о лишении Нурсултана Назарбаева звания «Почетного сенатора». И уже 13 января депутаты парламента лишили Назарбаева статуса «Лидера нации», закрепленного за ним конституционно. Напомним, еще недавно законодатели, после официального ухода Нурсултана Абишевича с поста президента, рукоплескали закреплению за ним вышеуказанного статуса. Как, впрочем, и за то, чтобы столица была, в честь Елбасы, переименована в Нур-Султан. Но позже и с этим нововведением спохватились, и городу вернули прежнее название — Астана. А заодно в Казахстане упразднили празднование Дня первого президента, учрежденного в честь Назарбаева.
Но в этом году с остатками «культа личности» и влияния, в том числе – финансового – теперь уже бывшего Елбасы и его семьи решили покончить окончательно. Политический и иной демонтаж «эпохи Назарбаева» не ограничился только лишением Нурсултана Абишевича статуса «Лидера нации». Он уже не будет иметь собственную администрацию, финансируемую из бюджета страны, право на прямое обращение к народу, госорганам, должностным лицам со своими инициативами по внутренней и внешней политике, а также безопасности страны. Нет у него и привилегии выступать перед парламентом и на заседаниях правительства.
За первым президентом сохраняется лишь гарантия личной неприкосновенности. По разъяснению министра юстиции Азамата Ескараева, «честь и статус» экс-главы государства «не могут быть нарушены, и посягательства на них будут преследоваться по закону». По его словам, в отношении Назарбаева также сохраняются «нормы по социальному обеспечению, охране, предоставлению транспортных услуг и служебному жилью». И это все.
Что же касается членов семьи бывшего лидера нации, они больше не будут иметь права на неприкосновенность имущества и банковских счетов. Если учесть, что Токаев предварительно подписал указ о возвращении государству «незаконно выведенных активов и средств» (а о миллиардах семьи Назарбаева в ЕС, США и офшорных зонах ходят легенды), то, надо полагать, «раскулачивание» клана экс-президента примет большой масштаб.
Впрочем, оппоненты Токаева утверждают о наличии в Казахстане «внутриэлитной договоренности», и отъем средств коснется лишь назарбаевских подручных-«стрелочников», а не собственно членов его семьи. И в республике начнется (или продолжится?) перераспределение собственности.
Как бы то ни было, а начавшийся политический год с обновлением всех ветвей власти, «стирания следов» Назарбаева и его элит, будет весьма интересным, однако трудным не только по внутриполитическим причинам, поскольку борьба элит в восточных странах, как правило, быстро не заканчивается, а то и приводит, с течением времени, к реваншизму.
Во-первых, хоть Казахстан, вместе с Узбекистаном, и занимает ведущие позиции в регионе Центральной Азии, но он сталкивается с большими экономическими проблемами, отягощенными украинскими событиями, приведшими к разрыву логистических цепочек, поиску новых путей транспортировки углеводородов и усилиям не попасть под западные санкции в контексте взаимодействия Казахстана с Россией. А оно неизбежно, в том числе, ввиду географического положения республики и ее объективно тесных и взаимовыгодных экономических, торговых и транспортных связей как с Россией, так и с Китаем. И если положение первой в мировом политическом срезе известно, хоть и изменчиво, то с Китаем оно остается под вопросом. То есть санкционная война США с целью серьезного ограничения технологического могущества Поднебесной может коснуться и ее, автоматически подмяв под себя не только Казахстан, но и другие республики Центральной Азии, стоящие сейчас перед крайне сложным внешнеполитическим выбором, однако пытающиеся сохранить принцип многовекторности и равной удаленности от антагонистичных, друг другу, центров силы.
Последним это не нравится, поэтому в регионе, в помощь этим самым внешним силам, задействованы и внутренние, для которых самым «верным» и испытанным средством для подрыва основ того или иного государства и действующей власти является нагнетание межнациональных противоречий, часто высосанных из пальца, а также недовольство социально-экономическим положением. То есть все вышесказанное является инструментом в политической борьбе. Если говорить конкретно о Казахстане, взбаламутить его сейчас будет сложно, поскольку в населении есть понимание того, что альтернатива курсу Токаева в настоящее время отсутствует.
Во-вторых, не будем сбрасывать со счетов фактор ОДКБ, которым, в отличие от Еревана, в Астане не спекулируют и понимают (хотя бы в свете январских событий прошлого года) ее важность в вопросах безопасности региона и устойчивости действующей власти. На днях новый генсек организации Имангали Тасмагамбетов (ранее занимал пост министра обороны Казахстана и другие ответственные должности) встретился с руководством Объединенного штаба ОДКБ Анатолием Сидоровым и, среди прочего, заявил, что жизнь диктует определенные вызовы и решать их надо сообща: «Вопрос безопасности в наших регионах, безусловно, на плечах Организации Договора о коллективной безопасности, а значит – на наших плечах».
В ходе встречи обсуждены основные направления деятельности ОДКБ, касающейся, в том числе, войск коллективных сил. Отметим, что Тасмагамбетов вступил в должность генерального секретаря ОДКБ с 1 января 2023 года.
Трудно, однако, не согласиться с тем, что в республике не решены региональные проблемы, и на местах все еще существуют силы, готовые обернуть региональные, экономические и межэтнические недоработки против действующей власти. Что можно противостоять этому – ведь не только «зачистку» назарбаевских элит. Вероятно, опытному Токаеву предстоит коренным образом менять систему государственного управления, что он, собственно, и начал делать еще в условиях прошлогоднего острого раскола казахстанского общества, требующего, во благо государства, его консолидации.
Но совершенно очевидно и то, что для достижения соответствующей цели Токаеву, с одной стороны, следует аккуратно прибрать к рукам все ветви власти, прибегнув, при этом, буквально к искусству фокусника, дабы его действия не были замечены, а, тем более, не бросались в глаза; значительно улучшить социально-экономическую ситуацию в стране и максимально отстраниться от укоренения олигархической системы – включая, естественно, свою собственную.
Ирина Джорбенадзе
