На фоне неожиданно вспыхнувших тревожных событий в узбекском Нукусе, являющимся административным центром Каракалпакстана, Ташкент проявил мгновенную реакцию и не дал разрастись нестабильности. Положение находится под контролем, а диалог центра с регионом продолжается.
Он оказался не пустопорожним, а результативным. Во всяком случае, насилие удалось быстро локализовать, хотя и не обошлось без жертв. Есть немаловажные вопросы, которые предстоит разрешить коллегиально.
Еще один вызов Ташкенту, еще один урок для соседей Узбекистана, да и для всех стран, которым влиятельные полюсы некогда уготовили сюрпризы с взрывоопасной начинкой под названием «подвижные границы».
Под ними и ранее, и ныне подразумеваются автономии внутри государств, границы которых напоминают линии тектонических разломов. Время от времени по ним происходят сдвиги, болезненные, кровавые и нешуточно угрожающие.
Узбекистан не первый и, увы, не последний, на долю которого выпал столь суровый вызов.
Обычно на фоне подобных обострений в разбор полетов включаются не только политики и эксперты, но и историки, которые ищут первопричины в прошлом. Центральную Азию не зря называют неспокойным регионом планеты. Там плотно переплелись судьбы многих этносов и народностей.
Во времена, когда миром неумолимо правили метрополии, соло на тему мин замедленного действия строго по расчетам выполняли картографы. После октябрьского переворота 1917 года в этой исторической области Евразии, которую традиционно именовали Туркестаном, отличились кремлевские картографы.
Чтобы не лезть в дебри и не запутаться в цепи варварских экспериментов столетней давности, достаточно взять за точку отсчета 12 июня 1924 года. В тот день Политбюро ЦК РКП (б) приняло Постановление «О национальном размежевании республик Средней Азии».
В Кремль, как было принято, были приглашены видные лица от народов, судьбы которых решала Москва. И она железно последовала принципу «мы посоветовались, а центр решил».
Историки считают, что созданная в феврале 1925 года Каракалпакская автономная область стала своеобразной компенсацией одноименному этносу за бесцеремонное отношение к его нуждам. Как бы ни было, сперва, область передали в состав Казахской АССР, затем в 1930 году она перекочевала в состав РСФСР, и в конце 1930 года автономия была включена в состав Узбекистана уже в статусе республики.
С тех пор много воды утекло в Сырдарье и Амударье, и народы, кстати, родственные друг другу, неоднократно выясняли отношения на почве территориальных притязаний и споров вокруг распределения водных ресурсов. Были серьезные разногласия вокруг принадлежности культурно-исторических памятников, сохранившегося наследия, которое большей частью не имеет явных национальных отметин.
Как бы трудно ни было, руководители и элиты, знаковые представители старших поколений соседних народов находили консенсус. Если не вспомнить недавние пограничные стычки между Киргизией и Таджикистаном, обозначившиеся разногласия между Нур-Султаном и Бишкеком, и другие сложности, то в большинстве нештатных ситуаций разрядка не заставляла себя долго ждать.
То, что произошло в начале июля в Нукусе, порядком выходит за рамки общепринятого. С 40-х годов народы единой республики строили отношения без обострений и сложностей. Этнически близкие к казахам каракалпаки всегда были законопослушными и лояльными к Ташкенту.
Да, их отношения регулировали положения двустороннего договора, однако никаких трений на межэтнической почве, или бюджетной дискриминации никогда не было. Наоборот, с высыханием Аральского моря экологическая обстановка в республике сильно пострадала, и центр всегда с вниманием относился к запросам жителей республики. Дотации Нукусу росли, и это было кстати.
Вот вдруг конституционная реформа попутала все карты, и традиционно спокойный и немного далекий от политики Нукус вдруг разбушевался и потребовал уважительного отношения к своему статусу (!) суверенной республики.
И снова ребром встает вопрос о приоритетности территориальной целостности над правом на самоопределение.
Это неоспоримый факт, что в Каракалпакстане всегда было спокойно и размеренно. Люди не особо интересовались политикой, больше были завязаны на своих социальных заботах. Экономика республики несколько подтянулась в последние полтора десятилетия за счет аграрного сектора.
Первый за всю историю республики митинг жителей Нукуса состоялся в свете подготовки к Конституционной реформе на почве недовольства местных сил предложенными поправками, да и то приведший к кровопролитию. Протестующие вышли на улицы и стали громить магазины, здания государственных учреждений и отделения правоохранительных сил, размахивая флагами республики.
Президент Шавкат Мирзиеев высказался по поводу неожиданно возникшего кризиса и был конкретен. В дестабилизации задействованы внешние центры. По сути событий они имеют много сходств с эксцессами, что имели место в Казахстане в начале года. Налицо использование политтехнологической разработки, когда хулиганствующие элементы вместе с так называемыми патриотами раскачивают ситуацию, добиваются пролития крови и этим подбивают простых людей к агрессии и вандализму.
Главное подорвать спокойствие, дальше, если не остановить разбой беснующихся, могут произойти страшные события с массовым кровопролитием.
Если говорить по существу, то горстка недовольных разыгрывает партию сепаратизма. С ее помощью оказывается давление на Ташкент, чтобы заставить его играть по новым правилам, расписанным внешними акторами.
Вроде политическое руководство вовремя сориентировалось и предприняло все возможное, чтобы стабильность была восстановлена. Самое главное, чтобы людей не обуял страх и неверие в дееспособность власти.
Возможно, заказчики были уверены в том, что горстка провокаторов раскачает обстановку, и положение выйдет из-под контроля. Однако власть не подкачала, предприняла все необходимое, чтобы локализовать конфликт.
Вот почему странно, что неожиданно в игру вступила Организация Договора о коллективной безопасности (ОДКБ), спрогнозировавшая новые региональные осложнения. Надо понимать, обстановка в Нукусе в понимании стратегов ОДКБ стала триггером тревожных перемен.
Однако представители секретариата военно-политической организации тоже утверждают, будто в узбекских событиях прослеживается участие иностранных государств. Означает ли это, что ОДКБ включится в процесс, чтобы нейтрализовать внешние риски, направленные против Узбекистана? Если да, то в какой форме это произойдет?
Пока вопросов больше, чем ответов. Однако одно бесспорно. Узбекистан достаточно силен, и способен держать положение под контролем. Лучшей поддержкой друзей и партнеров может стать консультативное содействие, если, конечно, в ней будет нужда.
Если Ташкент сочтет нужным, обратится к дружественным странам. Без надобности любые вмешательства принесут лишь вред.
Шавкат Мирзиеев, сделав шаг навстречу соотечественникам, заверил, что в новой Конституции Узбекистана останется положение о суверенитете Каракалпакстана и праве его народа на отделение на основании результатов всеобщего референдума.
Основной вопрос разрешен. Значит, конфликт можно считать исчерпанным. Отвечает ли это ожиданиям внешних сил? Вот это вопрос.
Тофик Аббасов
