Во Франции стартует судебный процесс, который имеет все шансы стать знаковым судебным прецедентом. А еще — концентрированным выражением фарисейства и двойных стандартов. Напомним: президент Франции Эммануэль Макрон подал в суд города Тулон жалобу на художника Мишеля-Анжа Флори.
Протестовал «провинившийся» художник против «коронавирусных» ограничений. И изобразил президента Пятой Республики в образе Адольфа Гитлера — в нацистской форме с характерными усиками и челкой и названием возглавляемой им партии, стилизованной под свастику. Макрон счёл себя оскорбленным и подал в суд. Правда, статья, предусматривающая наказание за оскорбление президента республики, отменена во Франции еще в 2013 году, но вот наказание за публичное оскорбление осталось, и адвокаты Макрона намерены именно так квалифицировать действия художника. То есть, подчеркнём еще раз, речь не идёт о возможном наказании за «антивакцинную» пропаганду или за противодействие противоэпидемическим мерам. Речь именно об оскорблении президента Франции.
А вот это уже интересно.
Конечно, суд еще впереди. И вынесет ли он обвинительный вердикт — пока еще вопрос открытый. Но совсем недавно тот же Эммануэль Макрон с пеной у рта доказывал право французского еженедельника «Шарли Эбдо» рисовать оскорбительные карикатуры на пророка Мохаммеда.
Есть, конечно, официальная версия: столь категоричное «прочтение» теме придало убийство сотрудников журнала и серия терактов, устроенных «джихадистами».
Нет, конечно, никто не спорит: убивать за рисунки недопустимо. И у террора, неважно, под какими лозунгами он творится, нет и не может быть оправдания. Но вот неоспоримо и другое: французский политический бомонд даже не пытался ответить на вопрос, а можно ли вообще рисовать столь оскорбительные для религиозных чувств карикатуры и не стоят ли за ними попытки разжигания исламофобии. Не было ни экспертизы, ни даже дискуссии — все заменили назидательные речи, что существует свобода слова, что юмор и сатира — ее неотъемлемая часть, что история политической карикатуры в Европе уходит аж во времена Ренессанса… Ну и, разумеется, никто не вспоминал, что Холокост тоже начинался с антисемитских карикатур в нацистском журнале «Штурмовик», а сегодня именно с них начинается экспозиция Музея Холокоста в Израиле.
И звучало это все вполне убедительно. Да, свобода слова — это огромная ценность, и это означает, что в медиа-пространстве может появиться что-то такое, что кому-то не понравится. И чувство юмора у людей разное. И понимать карикатуры «в лоб» не следует. Во все это можно было даже поверить — ровно до того момента, как на билбордах в Тулоне появились карикатуры на президента Франции Эммануэля Макрона. А нынешний хозяин Елисейского дворца, который еще недавно эмоционально и шумно защищал право «Шарли Эбдо» рисовать оскорбительные для мусульман карикатуры, взял и подал в суд, развернув свою позицию относительно свободы слова и «свободы карандаша» на 180 градусов. И оказалось, что «свобода карандаша» во Франции свои границы все же имеет. Просто проведены они весьма своеобразно. То есть рисовать оскорбительные для мусульман карикатуры на пророка можно, а вот выставлять в карикатурном виде президента Франции —ни в коем случае.
И да, это позиция не только Эммануэля Макрона. В связи с судебным иском президента, который подал в суд на художника, потому что обиделся на карикатуру, нет никаких возмущённых манифестаций, писем протеста и лозунгов «Я — Мишель-Анж Флори». В его защиту не выступают ни коллеги по цеху, ни правозащитники. Французские СМИ в знак протеста и солидарности не публикуют свои карикатуры на президента Франции.
И вот это молчание даёт куда больше пищи для размышлений относительно свободы слова и «свободы карандаша» в нынешней Франции, чем прежние громовые речи и отсылки ко временам Великой Французской революции.
Нурани, обозреватель
