Не прошло и трех суток с тех пор, как украинский президент Виктор Янукович отмежевался от угрозы своего Министерства культуры прекратить деятельность Украинской греко-католической церкви и загнать ее тем самым в правовой тупик, как контролируемый им парламент 16 января протащил 11 новых законов, направленных на обуздание, а затем и на разрушение движения гражданского обновления Евромайдана. Тем самым он решил заткнуть рты тем, кто призывает к реализации политических и экономических реформ, лишив людей возможности осуществлять свои основные гражданские права.
Через несколько часов после этого парламентского фарса в украинской Раде посол ЕС на Украине Ян Томбинский (Jan Tombinski) и американский посол в Киеве Джеффри Пайетт (Geoffrey Pyatt) открыто подняли ряд острых вопросов о несоблюдении надлежащих процедур, в соответствии с которыми должны приниматься законы. Но хотя парламентская процедура действительно была донельзя извращена в целях принятия новых законов, больше всего сторонников смелых украинских усилий по обновлению гражданского общества должно беспокоить их содержание. Дело в том, что если эти законы будут подписаны президентом, а затем воплощены в жизнь, украинская демократия в итоге будет выхолощена, а появляющееся на свет в результате протестов на Евромайдане новое и активное гражданское общество будет разорвано в клочья.
Новые законы составлены в классической сталинской манере с изменениями, списанными с попыток Владимира Путина низвести российские общественные организации до положения вассалов государства. В них сочетается зловещая угроза и кажущаяся глупость. С 16 января без согласования с милицией запрещается движение в автоколоннах более чем пяти машин. (Почему? Потому что организуются колонны для распространения движения Евромайдана из киевского эпицентра по всей стране.) С 16 января шумные депутаты из числа оппозиционных политиков могут быть лишены парламентской неприкосновенности и подвергнуться мерам правового воздействия за свое несогласие с линией Януковича. «Нарушения на мирных собраниях» (которые предположительно включают в себя классическое ненасильственное сопротивление громилам из служб безопасности) теперь будут караться десятидневным арестом. За «невыполнение законных требований» органов правопорядка теперь могут наказать крупным денежным штрафом. А за «блокирование прохода к зданиям» теперь можно получить шесть лет тюрьмы.
В украинский уголовный кодекс вернули статью о клевете, которая будет караться тюремным сроком до двух лет. А закон о нарушении общественного порядка, явно направленный против Евромайдана (где протесты проходят удивительно мирно, вопреки провокациям с применением насилия), влечет за собой наказание в виде лишения свободы до 15 лет. Три года тюрьмы ждет того, кто будет «собирать информацию» о спецслужбах и послушных власти судьях. Церкви запрещено проводить «экстремистскую деятельность», а решать, экстремистская она или нет, власти будут по своему усмотрению. Интернет-провайдеры и операторы сотовой связи обязаны теперь за собственные средства закупать и устанавливать оборудование для записи деятельности своих клиентов и предоставлять такую информацию милиции. А сотрудники «Беркута» получили иммунитет от судебного преследования за силовые действия против активистов Евромайдана, хотя некоторые из них избивали протестующих до потери сознания. А вот надевать каску или шлем на протест незаконно.
Вслед за недавними прецедентами в российском законодательстве в одном из новых законов «против экстремизма» делается попытка отрезать активистов гражданского общества и их организации от западных союзников:
Общественное объединение, которое осуществляет функции иностранного агента, — это общественное объединение, которое для обеспечения своей деятельности получает денежные средства или имущество от иностранных государств, их государственных органов, неправительственных организаций иностранных государств, международных неправительственных организаций, иностранных граждан, лиц без гражданства или уполномоченных ими лиц, получающих денежные средства или иное имущество от указанных источников, а также принимает участие, в том числе, в интересах иностранных источников, в политической деятельности на территории Украины.
Формулировка может показаться несколько витиеватой, но цель достаточно ясна и понятна. Любое украинское общественное объединение, которое для обеспечения своей деятельности в интересах гражданского общества и защиты демократии получает денежные средства, скажем, от американского Национального фонда за демократию (National Endowment for Democracy) (признаюсь чистосердечно: я работаю в правлении этого фонда), от Центра солидарности при Американской федерации труда и Конгрессе производственных профсоюзов, от Центра международного частного предпринимательства при Американской торгово-промышленной палате или от международных институтов американских политических партий, будет считаться «иностранным агентом». Оно должно признать себя «общественным объединением, выполняющим функции иностранного агента». Оно должно ежемесячно представлять государству финансовые отчеты и отчеты о своих планах, и оно должно теперь платить подоходный налог.
А если говорить о «политической деятельности на территории Украины», то можно только гадать, что способный принять такой закон режим может посчитать попадающим под эту характеристику. Возьмем в качестве примера базирующийся в Чикаго Украинский католический образовательный фонд (Ukrainian Catholic Educational Foundation). Эта американская благотворительная организация была создана для поддержки деятельности Украинского католического университета во Львове. Его студенты и преподаватели принимают активное участие в образовательной работе за гражданское обновление и в протестах Евромайдана. Если эти новые законы будут подписаны и претворены в жизнь, единственный католический вуз на постсоветском пространстве и одно из самых уважаемых учебных заведений на Украине будет считаться «иностранным агентом», потому что оно провело открытый семинар о нравственно-культурных основах демократии (очевидно, что это «политическая деятельность» в глазах тех, кто написал новые законы) на средства, предоставленные фондом в Чикаго.
На всем протяжении протестов Евромайдана украинский президент Янукович не проявлял ни малейшей готовности к компромиссу с реформаторами. Раздраженный настойчивостью и упорством людей с Евромайдана, он, похоже, перенял тактику борьбы с гражданским обществом, зачинателем которой стал новый царь Владимир Путин, бросивший нечто вроде финансового спасательного круга оказавшемуся в трудном экономическом положении украинскому правительству. Тем самым Путин продвигает свой проект по восстановлению прежнего советского пространства если не де-юре, то де-факто. Януковича же интересует только одно – власть и ее сохранение после украинских президентских выборов, намеченных на март 2015 года. Опасаясь, что в случае поражения на выборах он окажется в тюрьме (если останется в стране), Янукович и его партийные бонзы из парламента воспользовались длинными рождественскими каникулами, которые с празднованиями Нового Года по новому и старому календарю растянулись до середины месяца, и подготовил пакет законов, который 16 января силой протащили через Раду.
Кто-то может сказать, что все это лишь изощренный отвлекающий маневр, что Янукович пытается разогнать движение Евромайдана посредством угроз, содержащихся в новых законах, а сам либо отложит их подписание, либо подпишет, но проводить в жизнь не будет. Но это слишком оптимистичная точка зрения. Подобно Путину, Янукович знает, что у суровой жестокости в обращении с инакомыслящими из зарождающегося гражданского общества есть серьезный недостаток. В мире айфонов и социальных сетей о таких жестоких действиях сразу становится известно всему миру, причем зачастую в режиме реального времени. Несколько проломленных черепов, может, и заставят кого-то покинуть Евромайдан. Но долгосрочная стратегия неодиктаторов, как украинских, так и российских, состоит в удушении нарождающегося гражданского общества еще в колыбели, с применением драконовских мер и законов и при поддержке системы прокурорского обвинения. И все это маскируется принципом господства права и необходимостью защиты национального суверенитета от «иностранных агентов».
В таких обстоятельствах протестов против нарушений парламентской процедуры недостаточно, хотя они желательны. Если Вашингтон и (если такое можно себе представить) Брюссель не окажут серьезное политическое давление на украинскую власть, то движение за гражданские реформы на Украине со временем лишится связей со своими сторонниками со всего мира, а украинская демократия будет выхолощена, и от нее останется лишь пустой и гниющий каркас демократических формальностей. А страной будут править политические громилы и их союзники из числа олигархов.
