Напряженность в Арктике доходит до опасной черты
Лет 10 назад, летом 2009 года, эта история наделала немало шума: в нейтральных водах Балтики неизвестные вооруженные люди захватили сухогруз Arctic Sea, который, по официальным документам, вез прозаичные пиломатериалы. В СМИ обсуждали множество версий: судно захватили сотрудники наркополиции одной из европейских стран, на нем, кроме пиломатериалов, перевозили еще и оружие для Ирана, захватчики — никакие не «наркополицейские», а вооруженные вымогатели…Ясности не было ни в чем: кому принадлежит судно, что оно везет, кто его захватил…Но не меньше наблюдателей потрясло другое. Как это так — в акватории Балтийского моря неизвестные вооруженные люди захватывают гражданский корабль? Ну ладно в Малаккском проливе, где действовали (и действуют) пираты из шайки знаменитой мадам Вонг, в Аденском заливе или у берегов Сомали, но чтобы на Балтике? Да, Европа была разделена барьерами «холодной войны», но по-настоящему «горячие» сценарии все же разворачивались не здесь, а где-нибудь в Африке или на Ближнем Востоке. И вдруг такое?
Сегодня, однако, вероятность «горячего сценария» в Европе уже не исключена. Причем самой опасной точкой здесь может стать Крайний Север. Во всяком случае, глава норвежского министерства обороны Франк Бакке-Йенсен заявил на заседании «Военного общества Норвегии»: «По большому счету развитие событий в нашем окружении демонстрирует, что мы должны брать в расчет, что вооруженный конфликт между государствами в Европе больше не является немыслимым». Напомнил глава военного ведомства Норвегии и о том, что российские военные структуры спровоцировали многочисленные сбои системы GPS в ходе недавних масштабных учений НАТО Trident Juncture, проходивших на территории Норвегии — а это, добавим от себя, уже явный признак, что противостояние в Арктике уже выходит за рамки «войны слов». Особенно если вспомнить, что, как уверены в Норвегии, именно российские сбои GPS спровоцировали столкновение норвежского фрегата с гражданским судном. А со столкновениями на море не шутят. Кроме того, министр предупредил, что любое вооруженное столкновение будет иметь серьезные последствия для стран Скандинавского полуострова.
При этом нельзя не заметить: заявление Франка Бакке-Йенсена прозвучало на фоне отчетливого роста в Арктике и напряженности, и военной активности. Уже упомянутые выше учения Trident Juncture , проходивших в Норвегии в октябре 2018 года, были самыми масштабными учениями НАТО за последние 16 лет. В них приняли участие около 50 тыс. человек личного состава, 10 тыс. боевых машин, 150 самолётов и вертолётов и около 60 кораблей, в том числе атомный авианосец ВМС США USS Harry S. Truman. Который, кстати, стал первым американским авианосцем, пересекшим Северный Полярный круг за последние 27 лет. Теперь же об усилении своего военного присутствия в Арктике объявили США. Здесь готовятся отправить в Арктику летом нынешнего года отряд военных кораблей, чтобы протестировать работу ракетных крейсеров в экстремальных условиях. Глава ВМС США Ричард Спенсер отметил в интервью Wall Street Journal, что США стремятся также расширить свое присутствие на дальнем Севере в условиях конкуренции с Россией и Китаем. США присутствуют в Арктике еще с 1960 года, но это подводные лодки и патрульные самолеты, а не корабли. Более того, как отметил Спенсер, авианосец «Гарри Труман» действовал в ходе учений в высоких широтах без проблем, но вот корабли сопровождения проявили себя не лучшим образом.
В Москве заявление Спенсера вызвало весьма нервную реакцию. Правда, российские эксперты старались убедить публику: пока американцы «осторожно щупают пальчиком» арктические льды, Россия здесь присутствует уверенно и прочно. Ее военные корабли регулярно проходят по Севморпути, РФ обладает огромным по мощности ледокольным флотом и т.д. В те же дни командующий российским Северным флотом адмирал Николай Евменов ставил задачу своим подчиненным: приоритетным направлением деятельности объединенного стратегического командования Северного флота в 2019 году является продолжение выполнения задач в Арктике. По его словам, «у Северного флота накоплен громадный опыт деятельности в Арктике — это и применение подводных сил в арктическом бассейне, и деятельность надводных сил по обеспечению безопасности в районах главной арктической транспортной магистрали России — Северного морского пути, а также в области проведения спасательных операций и обеспечения экологической безопасности в арктической зоне». Планы у РФ здесь большие: это и арктические походы кораблей, и тактические учения, и многое другое. Казалось бы, не тот расклад, когда Москва может опасаться американской или чьей-либо еще конкуренции. Но в Кремле не могут не понимать: отправка американских кораблей в Арктику означает, что США и их союзники не стали молча кусать локти и мириться с лидерством РФ в высоких широтах, а приняли «арктический вызов». Тем более что дело не ограничивается демонстративными визитами военных кораблей. США возрождают военную базу на острове Адак на Аляске, в непосредственной близости от границ РФ, что Москва приняла на свой счет. Норвегия, которая планомерно сокращала военные расходы еще с момента падения Берлинской стены, теперь планомерно их увеличивает. В высоких широтах раскручивается впечатляющее противостояние — этакая «ледяная война». Сегодня еще у России тут предпочтительные позиции, но, с учетом финансового, экономического, научного и технического потенциала, США и их союзники очень скоро сократят разрыв.
И тем обиднее Кремлю осознавать, что накачивать в Арктике «военные мускулы» первой начала именно Россия — на рубеже первого и второго десятилетий XXI века. Политики говорили о необходимости «освоения» Арктики, о том, что глобальное потепление позволяет и добывать в Арктике полезные ископаемые, коих там предостаточно, и существенно расширить навигацию по Северному морскому пути. В Москве уже давно «пиарят» Северный морской путь в качестве самой удобной «дороги» для перевозки коммерческих грузов между Европой и Азией. Это почти что на треть короче, чем традиционным путем — через Индийский океан и Суэцкий канал. К тому же нападения пиратов тоже заставляют судовладельцев менять планы. К тому же в Арктике есть нефть и газ, которые, как рассчитывают в Кремле, помогут России не только удержать статус монопольного поставщика энергоресурсов в Европу, но и потеснить, скажем, Норвегию на «северном» рынке. Одновременно Москва начала продвигать свои претензии на подводный шельф в районе хребтов Ломоносова и Менделеева. С невероятной помпой был дан старт нефтегазовым проектам в Арктике. Одни эксперты с упоением обсуждали перспективы, другие предупреждали: да, у российской Арктики огромный потенциал, но есть проблема: арктическое побережье РФ необжитое и неосвоенное. А это серьезное препятствие для нынешних грандиозных планов Москвы.
В результате «гражданское» освоение Арктики практически «потерялось» на фоне показательного строительства военной инфраструктуры. И уж точно не с прицелом на «метеорологическое наблюдение» или «спасательные операции». Как показывают многие косвенные признаки, российским стратегам показалось, что именно здесь в обороне Запада находится «слабое звено».
И вот теперь вектор развития событий меняется на противоположный. Без доступа к западным, прежде всего норвежским, технологиям и западным же инвестициям самые громкие «нефтегазовые» проекты в российской Арктике приходится замораживать. А теперь еще разворачивается и военное противостояние, которое даже в своем «холодном», вернее, «ледяном» прочтении потребует от России денег и ресурсов, с которыми у нее негусто. Особенно с учетом масштаба и цены вопроса, причем цены, выраженной не в лозунгах, а в рублях и копейках. С которым у РФ явно негусто. И как поведет себя в этой ситуации Россия? Молча признает поражение и свернет военную активность в Арктике? Или же попытается сыграть на ускользающем военном превосходстве и решится на «силовой сценарий»? Глава оборонного ведомства Норвегии высказал свой прогноз о возможности военного конфликта с РФ явно не на пустом месте. Только вот при этом Москве лучше не забывать: у Арктики есть, конечно, своя специфика, но этот регион не изолирован от остального мира. Особенно если речь идет о европейском, читай, «натовском» севере в лице Норвегии, Исландии и Дании. А это значит, что при не самых предпочтительных шансах на победу в «ледяной войне» у РФ куда меньше, чем кажется, и возможностей победить в «горячей».
Нурани, политический обозреватель
