Энергетический кризис, сложившийся в связи с ситуацией вокруг Ирана и угрозой для судоходства в Ормузском проливе вновь обострил вопрос о том, кто в действительности выигрывает от геополитической турбулентности. Формально — экспортеры нефти и газа. Фактически же все значительно сложнее. Германский политолог и журналист Евгений Кудряц в комментарии для Minval Politika отмечает: краткосрочная логика рынка почти автоматична.
«Если коротко, то да, главными выгодоприобретателями становятся экспортеры углеводородов. При геополитической напряженности растет премия за риск. Даже ожидание перебоев в Ормузском проливе, через который проходит около 20% мировой нефти, подталкивает фьючерсы наверх», — поясняет эксперт.
По его словам, страны с экспортной зависимостью от нефти и газа получают дополнительные доходы без увеличения добычи. При этом он обратил внимание на то, что устойчивость этого эффекта ограничена.
«Краткосрочная выгода почти гарантирована. Но долгосрочный устойчивый эффект возможен только в случае реального выпадения предложения. Если физического дефицита нет, рынок корректируется: высокие цены ускоряют переход на альтернативных поставщиков, сокращение спроса и рост добычи вне региона — прежде всего в США, Бразилии и Гайане», — подчеркивает Кудряц.
Также собеседник коснулся того, насколько рост цен на газ и нефть играет на руку Москве в условиях санкционного давления, а также может ли это частично компенсировать экономические ограничения.
«Да, частично. Для России повышение котировок увеличивает экспортную выручку даже с учетом дисконтов к Brent, снижает бюджетный дефицит и при прочих равных поддерживает рубль», — сказал эксперт.
Однако, по его оценке, эффект не стоит переоценивать.
«Сохраняются потолок цен, санкционные издержки, логистические ограничения и зависимость от азиатских покупателей. Рост цен компенсирует санкционное давление лишь частично и не отменяет структурных проблем — технологической изоляции, сокращения инвестиций и ограниченного доступа к капиталу. Мы наблюдаем тактическое облегчение, но не стратегический разворот», — считает Кудряц.
Кроме того, собеседник ответил на вопрос о том, кто выиграет больше — участники ОПЕК+ или альтернативные поставщики нефти вне региона в случае сохранения напряжённости вокруг Ормузского пролива.
По его мнению, ситуация вокруг Ормузского пролива создает парадокс.
«Через пролив идет экспорт стран Персидского залива. Если поставки осложняются, выигрывают те, кто не зависит от этого маршрута: США со сланцевой нефтью, Бразилия, Норвегия, государства Западной Африки. Участники ОПЕК выигрывают от роста цен, но часть из них одновременно страдает от логистического риска», — отмечает эксперт.
По его словам, чем выше риск в проливе, тем больше относительное преимущество у производителей вне региона.
Политолог прокомментировал, получает ли Пекин стратегические преимущества за счет изоляции Тегерана.
«Китай действует прагматично, у него есть потенциальное преимущество — он может закупать иранскую нефть со скидкой, усиливать роль посредника и расширять расчеты в юанях», — говорит Кудряц.
Но есть и оборотная сторона, на которую указал собеседник: «Китай — крупнейший импортер нефти. Рост мировых цен бьет по его промышленности, а нестабильность транспортных маршрутов — стратегический риск. Пекин выигрывает дипломатически и тактически, но экономически, скорее, балансирует между потерями и выгодами».
Также эксперт поделился мнением относительного того, что, если кризис окажется затяжным, последствия выйдут далеко за рамки текущих ценовых скачков.
«История показывает, что длительные кризисы меняют маршруты и союзы. Мы можем увидеть ускорение диверсификации поставок в Европе и Азии, рост роли СПГ, укрепление региональных энергетических блоков и расширение расчетов вне доллара», — прогнозирует эксперт.
По его мнению, если кризис затянется, мир будет становиться менее глобализированным и более блоковым.
Интересно, что среди потенциальных долгосрочных бенефициаров Кудряц называет тех, кто сегодня испытывает давление.
«Европа сейчас сталкивается с ростом цен и ударом по промышленности. Но в долгосрочной перспективе это ускоряет переход к возобновляемым источникам энергии и энергоэффективности. Индия зависима от импорта, однако умеет извлекать выгоду из ценовых дисконтов. США в краткосрочной перспективе сталкиваются с инфляционными рисками, но укрепляют статус крупнейшего поставщика сжиженного природного газа», — отметил он.
Подводя итог, Кудряц формулирует общий принцип энергетических кризисов: «Кризисы в энергетике перераспределяют ренту, но не создают ее из воздуха. Краткосрочные бенефициары — экспортеры. Среднесрочные — гибкие игроки с диверсифицированной логистикой. Долгосрочные — те, кто ускоряет структурную трансформацию экономики».
