Встреча президентов Турции и США на полях G20 в Риме, на первый взгляд, из тех событий международной жизни, об итогах которых с достаточной степенью достоверности можно судить разве что по прошествии времени и на основе реальных политических «подвижек», а не скупых и «выглаженных» строчек официальных релизов. Подробности, как это всегда бывает, остались за закрытыми дверями, тем более что у Эрдогана и Байдена была понятная необходимость обсудить весьма деликатные вопросы, включая и помощь США сирийским курдам, и приобретение Турцией российских ЗРК С-400 «Триумф», и многое другое. Тем не менее уже в первые часы стал понятен, возможно, главный итог переговоров: Вашингтон и Анкара нацелены на сближение. Как сообщается в официальном релизе администрации президента Турции, «Эрдоган и Байден сделали акцент на альянсе с НАТО и стратегическом партнерстве», а также договорились о создании механизма по устранению разногласий. По информации же Белого дома. «на встрече Джо Байден подчеркнул свое стремление в связи с продолжением конструктивных отношений, расширением сфер сотрудничества, а также эффективным управлением разногласий. Президент США поблагодарил Турцию за ее вклад в миротворческую операцию НАТО в Афганистане за последние 20 лет. На встрече лидеры также обсудили политические процессы в Сирии, доставку гуманитарной помощи в Афганистан, выборы в Ливии, ситуацию в Восточном Средиземноморье, а также дипломатические усилия на Южном Кавказе». Более того, уже по окончании переговоров президент Турции выступил с весьма оптимистичными комментариями. Эрдоган выразил уверенность, что в ближайшее время США прекратят помощь сирийским курдам. Кроме того, Байден, по его словам, позитивно отнёсся к планам Турции приобрести самолёты F-16.
Здесь огромное поле для комментариев. Понятно, что и Вашингтон, и Анкара нацелены на преодоление разногласий. И даже то, что Байден не стал отвечать на вопрос об отношениях Турции и России, знающим людям говорит о многом: у США нет той обеспокоенности этими отношениями, чтобы комментировать этот вопрос публично.
Наконец, есть еще такой важный вопрос, как необходимость укрепления единства НАТО — инструмента, важность которого для политики США трудно переоценить. А сегодня в Североатлантическом альянсе, на фоне попыток Франции создавать «европейскую армию» и т.д., многократно возрастает роль стран-членов, не входящих в Евросоюз.
Но не менее важен такой пункт повестки дня переговоров, как Южный Кавказ. Сам факт обсуждения этой темы на переговорах Байдена и Эрдогана уже весьма показателен. По сути дела, США признали за Турцией статус одного из главных игроков на Южном Кавказе — по итогам 44-дневной войны, победы Азербайджана и геополитических «подвижек». В США отдают себе отчёт, как важна сегодня и для самих американцев, и для их союзников турецкая «дверь» на Южный Кавказ и к Каспийскому морю. Свои правила диктует разразившийся в Европе «газовый кризис», который многократно повысил значимость темы энергетической безопасности вообще и поставок углеводородов из Азербайджана в частности. Возвращение к власти в Иране консервативных «муллократов» диктует США понятную стратегию — укреплять свои позиции в соседних с ИРИ странах, а это прежде всего Турция и Азербайджан. В политике уже начинает «прорисовываться» новая тема —Китай. Где опять-таки Вашингтон не может не задумываться о тех перспективах, которые дают «транскаспийские» коммуникации и крепнущие позиции Анкары в Центральной Азии.
Наконец, не меньше информации к размышлению дают и те темы, которые никак не были обозначены в повестке дня переговоров. Вопреки прежним традициям, США не стали поднимать вопрос соблюдения прав человека, демократии и т.д. Тем более что встреча состоялась по горячим следам неудачной попытки послов нескольких западных стран, включая и США, протестовать по поводу судебного приговора правозащитнику Осману Кавале.
Напомним: посольства США, Канады, Германии, Франции, Финляндии, Дании, Нидерландов, Норвегии, Швеции и Новой Зеландии выступили с призывом освободить Кавалу. В чьём «послужном списке» — и сотрудничество с курдскими радикалами, и призывы признать «геноцид армян», и соучастие в попытке вооружённого мятежа летом 2016 года. В ответ в Турции пригласили послов в МИД и посоветовали соблюдать Венскую конвенцию, то есть не вмешиваться во внутренние дела. А Эрдоган пригрозил объявить всех десятерых персонами нон грата. После чего коллективный демарш немедленно «сдулся»: послы выступили с совместным заявлением, где пообещали эту самую Венскую конвенцию строго соблюдать и во внутренние дела не вмешиваться. У Турции были все основания для столь жесткой реакции. В деятельности Османа Кавалы были явные признаки подрыва территориальной целостности Турции, и поддержки вооруженного мятежа, когда путчисты обстреливали с вертолетов парламент, а число жертв превысило 200 человек. А это наказуемо в любой стране мира. Но…неужели послы не знали о подробностях деятельности своего «подзащитного» на момент подготовки своего первого коллективного заявления? Вряд ли. Просто здесь считали возможным «забыть» об этих обстоятельствах, когда речь шла о Турции. Но, столкнувшись с жесткой реакцией Анкары, дали задний ход.
А это уже верный признак, что изменился, скажем так, политический вес Турции, с которой теперь ведущие страны Запада разговаривают «на Вы». И не позволяют себе прежних выходок. И в немалой степени эти политические подвижки обозначила победа Азербайджана в Карабахе. Настоящие геополитические последствия которой только начинают проявляться.
Нурани
