После многолетних предположений о том, что все значительные действия Организации Североатлантического договора (НАТО) будут проводиться «вне ее зоны», сегодня происходят важные перемены, и ключевые члены альянса теперь осознают, что традиционные военные угрозы возвращаются, и что НАТО, с 2001 года предпринимающая огромные усилия в проигрышной войне в Афганистане, отразить эти угрозы не готова. Альянс в будущем году планирует уйти из Афганистана, и его будущее оказывается сейчас в центре внимания.
То, что Россия снова становится традиционной военной державой, понятно каждому, кто хочет это понять. Окрепнув на нефтяных деньгах, Кремль впервые после распада Советского Союза вкладывает серьезные капиталовложения в оборону. На российское кораблестроение, которое в 1990-х годах почти исчезло, сегодня выделяются крупные ассигнования, составляющие половину затрат на американскую программу развития ВМС. Всего несколько лет назад эти российские ассигнования составляли всего 10 процентов от американских. Российские сухопутные войска, на протяжении двух с лишним десятилетий сталкивавшиеся с серьезными проблемами, сегодня получают крупные инвестиции, и к 2020 году в их состав должны войти 40 новых бригад. (Для сравнения: в сухопутных войсках США к 2017 году останется 32 маневренных бригады, и это при самом оптимистическом бюджетном сценарии.)
Все это не остается без внимания в странах НАТО, расположенных по соседству с Россией. Многие из них были встревожены прошедшими недавно в России военными учениями «Запад», хотя Кремль говорил о них как о рутинных контртеррористических маневрах. Однако они проходили по стандартному плану; а учитывая место их проведения (и название), а также участие в них белорусской армии, эти учения вызвали тревогу у приграничных государств, прежде всего, у Польши и стран Балтии.
Прибалтийские члены НАТО уже привыкли к регулярным запугиваниям со стороны Москвы. Агрессивный шпионаж, диверсии, манипулирование местными партиями, бизнесом и российскими меньшинствами стали частью повседневной жизни в Эстонии, Латвии и Литве. Российские разведслужбы очень активно действуют в Прибалтике, и в целом относятся к этим странам не как к суверенным государствам, и уж тем более не как к членам НАТО. С возвращением военной угрозы со стороны России и с появлением пресс-релизов путинского Кремля, в которых прослеживается ностальгия по советским временам, в Прибалтике начал нарастать страх.
Читайте также: Империя нападет
Здесь очень важна реакция Польши, так как это самое крупное и самое важное передовое государство НАТО, обладающее значительной военной, политической и экономической мощью. Варшава в последнее время пытается повысить бдительность альянса, говоря об усилении угрозы с востока, однако находящиеся западнее от России страны скептически реагируют на такие предостережения. Типичным примером тому является утверждение генерального секретаря НАТО Андерса Фога Расмуссена о том, что «война между европейскими странами просто немыслима». В ответ на это министр иностранных дел Польши Радек Сикорский в мае заявил: «Боюсь, что конфликт в Европе возможен».
Отклонение Польши от общепринятой точки зрения НАТО важно, и не в последнюю очередь потому, что это один из немногих новых членов альянса, который после вступления туда в 1999 году серьезно относится к своим военным обязательствам. Польша и Эстония это единственные новые члены НАТО, выделяющие на оборону требуемые по правилам, но часто игнорируемые два процента от ВВП. Они даже увеличивают эти ассигнования, в отличие от любой другой страны НАТО. Когда бывший генеральный секретарь НАТО Боб Гейтс (Bob Gates) в июне 2011 года ошеломил альянс своей публичной критикой в адрес государств, которые слишком мало тратят на оборону, и предупредил о «мрачном и печальном будущем», если суммы бюджетных ассигнований не изменятся, он обращался к большинству старых членов блока и ко всем его новым членам, вступившим в НАТО после окончания холодной войны — за исключением Польши.
Более того, Польша берет на себя даже чрезмерное бремя в войнах под руководством Америки, которые идут на Большом Ближнем Востоке с 2001 года. Варшава внесла в конфликты в Ираке и Афганистане больший вклад, чем любой другой новый член НАТО. Она даже сделала больше, чем некоторые старые члены альянса. Кроме того, направленные в Ирак и Афганистан польские войска с большей активностью и готовностью участвуют в боевых действиях, чем основная часть других контингентов, чья пассивность и ограничения на задействование сил и средств вызывают недовольство у американских военных. Вклад Польши важен для НАТО и США, и здесь следует учесть еще и то, что Варшава направила свои войска на войну в сложный период реорганизации своих вооруженных сил, а также несмотря на непопулярность войн в Ираке и Афганистане в польском обществе.
Поскольку натовская война в Афганистане заканчивается, Варшава сосредотачивает свои усилия на обороне собственной страны. Текущая программа закупок, распространяющаяся на все вооруженные силы, совершенно однозначно нацелена на совершенствование традиционной обороны от угроз с востока. Здесь явно прослеживается ее упор на укрепление сухопутных войск. Эту тенденцию недавно официально подтвердил польский президент Бронислав Коморовский, который провозгласил новую стратегию национальной безопасности, где приоритетом стала территориальная оборона и помощь союзникам по НАТО, выходящая за рамки зарубежных кампаний. Этим курс Польши явно отличается от политики и программ альянса, проводимых на протяжении десяти с лишним лет и получивших с ее стороны полную и искреннюю поддержку.
Причины таких стратегических перемен понять нетрудно. Наряду с наращиванием военной мощи Россия в последнее время осуществляет зловещие действия в отношении Украины, которая является буферным государством, жизненно важным для безопасности Польши. Поскольку украинское правительство во главе с пророссийским президентом Виктором Януковичем отдает предпочтение углублению экономических связей с Евросоюзом в ущерб развитию сотрудничества с Евразийским союзом, который предлагает создать Путин, Москва усиливает свою риторику и даже выступает с неприкрытыми угрозами территориальной целостности Украины. В прошлом месяце высокопоставленный кремлевский советник Сергей Глазьев, выступая в тональности, очень напоминающей заявления серба Милошевича в начале 1990-х, заметил, что Россия может поддержать расчленение Украины, если та подпишет знаковое соглашение о сотрудничестве с ЕС. Он добавил, что если некоторые регионы Украины, где проживают русские, не пожелают вступать в Евросоюз, Москва получит «законное право» поддержать их. Становится предельно ясно, что для путинского Кремля Киев приемлем только в качестве сателлита. Это имеет серьезные последствия для НАТО и для ЕС, а также для европейской безопасности, поскольку Украина является очень важным государством, находящимся прямо на стыке цивилизаций, о котором говорил Сэмюэл Хантингтон (Samuel Huntington) в своей знаменитой книге «Столкновение цивилизаций). События на Украине в ближайшем будущем зададут курс всей Восточной и Центральной Европе, и Польша знает об этом.
Важно отметить, что усиленное внимание Польши к обороне своей территории как к ключевому аспекту концепции безопасности не имеет отношения к традиционной польской русофобии. Нынешнее центристское правительство, в отличие от предыдущего, отказалось от национализма в пользу сбалансированного подхода к европейской безопасности. Хотя польские правые проявляют большой интерес к трагедии в Катыни, ко Второй мировой войне и к воспоминаниям об антикоммунизме, Варшава в 2013 году строит свои расчеты, исходя из сегодняшних действий России. Новый стратегический подход Польши основан не на прошлых преступлениях прежних обитателей Кремля, а на том, что Москва делает в настоящее время.
Сегодня Польша пытается направить НАТО в новую эпоху, которая существенно отличается от периода после окончания холодной войны. В 1990-х годах, когда распался Советский Союз, и у НАТО исчез традиционный враг, альянс активно занимался миротворческой деятельностью на Балканах. После терактов 11 сентября в США он внес немалый вклад в американские войны в Ираке и особенно в Афганистане. Военные реформы и программы закупок альянса прежде всего подгонялись под миссии «вне зоны ответственности». Если почитать последнее выступление в конгрессе верховного главнокомандующего объединенными вооруженными силами НАТО в Европе на тему военной доктрины и оперативно-стратегических планов, то невозможно не заметить, что там огромное значение придается войне в Афганистане, хотя эта война идет к завершению. Большое внимание уделяется и другим задачам, таким как контртерроризм и борьба с пиратством, а о традиционных оборонных концепциях упоминается лишь вскользь.
Главнокомандующий выступал в конгрессе в марте, но уже сейчас становится понятно, что в НАТО начинают исчезать представления о том, будто в Европе традиционные угрозы для альянса отсутствуют. Либо НАТО ответит на новый вызов и займется сдерживанием российской агрессии, а также лишит Кремль возможности манипулировать «прифронтовыми» государствами, такими как Польша и страны Балтии, либо этот самый успешный в истории альянс утратит свое предназначение. Поскольку Пентагон сегодня сталкивается с серьезными бюджетными ограничениями, это бремя придется в большей степени нести европейским странам, нежели США. И Польша своей новой стратегией, а также увеличением расходов на оборону показывает в этом пример. Другие страны должны ему последовать. После двадцатилетнего отпуска в Европу возвращается история.
