О посещении на прошлой неделе бывшим председателем КГБ Азербайджана Вагифом Гусейновым, вместе с лицами входящими в руководство агентства «Росбалт», офиса «Союза миллиардеров» в Москве на Краснопресненской в Баку стало известно практически сразу.Как пишет газета «Ени Мусават» со ссылкой на близкие к проправительственному лагерю источники, эта новость из Москвы поступила по «частным каналам».
Источник сообщил, что азербайджанские власти получают исчерпывающую информацию о том кто входит и выходит в офис «Союза миллиардеров». И хотя он не раскрыл все детали, очевидно, что речь идет об установлении спецслужбами наружного наблюдения за офисом. Поэтому, в Баку немедленно узнали, кто явился в офис вместе с В.Гусейновым и распространили эти сведения через проправительственные СМИ.
Впрочем, сплетни о «Союзе миллиардеров» распространялись и ранее в СМИ близких к правительственным кругам.
Установление «наружки» над офисом, созданной в России осенью прошлого года диаспорской организации, которая вызвавала в правительственных кругах Азербайджана серьезную озабоченность, в сущности, не должно удивлять. Поскольку, власти Азербайджана подозревают или даже уверены, что за этой организацией стоит Кремль, целью которого является не диаспорская деятельность, а политика и предстоящие президентские выборы в Азербайджане. Поэтому, для азербайджанских властей, ее спецслужб важно знать, кто посещает офис организации.
Отметим, что Москва до сих пор не опровергла факт посещения В.Гусейновым офиса «Союза миллиардеров» и его вступления в эту организацию. А, это говорит о достоверности этой информации. Эксперты и политические круги по-разному оценивают дрейф В.Гусейнова в сторону «Сюза миллиардеров». По мнению многих, представление о том, что он является «врагом» Азербайджана неверно. Между тем, практически одновременно с распространением информации о его дрейфе в сторону «Союза миллиардеров», начались публикации выдержек из опубликованной в России книги В.Гусейнова «Больше чем одна жизнь».
В размещенной на сайте мodern.az выдержке говорится о встрече в 1989 году В.Гусейнова, который тогда был председателем КГБ Азербайджана, с лидером народного движения Абульфазом Эльчибеем. В главе «Тет-а-тет с Эльчибеем» В.Гусейнов пишет:
«Итак, середина декабря 1989 года. Я, председатель КГБ Азербайджанской ССР, встречаюсь с безусловным лидером оппозиции, живым воплощением народного героя, почти вождем Абульфазом Эльчибеем. Он сам инициировал эту встречу. Она как нельзя кстати, и я не имею права упускать шанс для установления личного контакта. Может статься так, что он выведет нас на более широкий и постоянный диалог. Привожу беседу с Эльчибеем не по памяти, а по записям из должностного дневника, которые чудом сохранились после ареста и бесконечных мытарств в первые послесоветские годы.
Мы беседуем приватно в Клубе имени Дзержинского, изначально используемом в качестве явочного объекта для особых случаев.
Прелюдия выступления состоит из набора привычных пропагандистских клише неформалов. Однако, думаю, Эльчибей вышел на меня вовсе не для того, чтобы сказать то, что многократно прокручивалось на митингах: ухудшающаяся обстановка в республике, кое-что о предательской, по его мнению, политике руководства Азербайджана в НКАО, ухудшении жизненного уровня населения, о росте авторитета НФАУдарение делается на падении авторитета ЦК, его первого секретаря. Подробно о том, почему первый секретарь не пользуется авторитетом и уважением в народе.
А вот он, Эльчибей, со своими людьми, мол, любимы народом. Он, похоже, не догадывается, что народ еще не видел их в деле, в роли освободителя Карабаха…
Поблагодарив Алиева за инициативу встретиться и, в принципе, согласившись с частью критических замечаний, подвожу его к главной теме: ситуация в республике обостряется по вине Народного фронта, избравшего путь силового давления на власть, что не имеет ничего общего с демократией. Судя по имеющейся информации, особенно остро будет протекать у нас конец декабря — январь. Знаю, что ему, А.Алиеву, как лидеру нелегко: НФА резко радикализировался. Политические дивиденды, которые сулит радикализм, — ничто по сравнению с непредсказуемыми последствиями для общества, народа. Понимает ли, видит ли он опасность? Она реальна.
А. Алиев: Безусловно, определенный радикализм есть, но в НФА сегодня пришло много образованных, умных людей, особенно молодежи, маститых ученых. И именно они определяют интеллектуальное и политическое лицо движения.
Я говорю, что не разделяю его оптимизма. Кстати, почему НФА не берет на вооружение методы борьбы за власть, скажем, Народного фронта Эстонии, действующего конституционно, в рамках цивилизованных, общепринятых норм?
А. Алиев:Кто возражает против этого? В движении много молодежи, она нетерпелива, возмущена лишениями, взяточничеством…
И его опять понесло… Придется сделать внушение. Нам известно, что в связи с разрушением Берлинской стены не
которые лидеры НФА вынашивают идею сноса государственной границы под предлогом объединения народа. Пони-
мают ли его товарищи, что разрушение Берлинской стены — это политический акт, подготовленный общемировыми, общеевропейскими процессами, в том числе Запад — Восток, и что к решению этой проблемы были подключены супердержавы?
— Ваши люди намерены выйти на советско-иранскую государственную границу. Ни одна страна не может позволить толпам нарушить общепринятый порядок. Граница охраняется. Ваша акция чревата жертвами. Все это может быть использовано против республики, против НФА.
А. Алиев: Масштабы этой акции специально раздуваются, в том числе агентурой КГБ, которая находится под влиянием Москвы. Нельзя противостоять желанию народа объединиться. По поводу жертв — любое движение должно быть готово к этому. Свобода требует жертв. Об этом свидетельствует и мировая практика. Так что не надо запугивать ни нас, ни азербайджанский народ.
— Мы говорим, очевидно, на разных языках. Хочу только заметить, что мировое сообщество, по счастью, к концу ХХ века придерживается иных взглядов на проблему жертвенности.
А. Алиев: КГБ служит империи, Москве, действует вопреки интересам народа. В то же время в КГБ много достойных людей, настоящих патриотов. Я всегда рассказывал своим товарищам: мое дело вели сотрудники КГБ — интеллигентные, образованные люди.
— Не мешало бы знать, что в КГБ, прежде всего, самые опытные профессионалы, крайне обеспокоены возможными осложнениями. Имеются сведения, что НФА предполагает усилить давление на государственные структуры власти: пла-
нируется блокирование местных органов власти, кто-то готовит акции расправы над представителями власти. Вы, как руководитель движения, отвечаете и за действия радикалов, экстремистов, а не только за интеллигентных, образованных сторонников. Имейте в виду, что органы безопасности не исключают принятия в рамках закона необходимых мер в отношении тех, кто намерен преступить закон, нарушить общественный порядок.
Чего добивался человек, действующий под псевдонимом Эльчибей? Что означает его пассаж о свободе, требующей жертв? Готовность пролить кровь или это романтика, упоение революцией? Скорее, и то, и другое. Иному деятелю достаточно пару раз мелькнуть на голубом экране, чтобы голова закружилась. А тут людское море приветствует в приступе идеологического экстаза. Он вообще-то далеко не юнец, этот Абульфаз Эльчибей, и не такой уж романтик, как кажется. Некоторые его сподвижники из числа мечтательных юнцов были до крайности удивлены портретами члена Политбюро Г.Алиева рядом с Ататюрком, украшавшими скромное убранство его обители в микрорайоне.
Интересно, как он объясняет своим сподвижникам это странное соседство?
В руководстве ЦК не до этих историко-земляческих тонкостей в мировоззрении новоявленного мессии. А чему тут удивляться — в Москве общепризнанные авторитеты нарождающейся демократии под шумок о перестройке ловко прикрылись авторитетом Бориса Ельцина, в свою очередь, примеряющего тогу национал-революционера. И ничего! Народ принял нового героя. Только во всем этом балаганном переодевании проглядывает хорошо закамуфлированный под романтизм трезвый расчет циничнейшего из политиков.
— Но как это объяснить людям?
Этот вопрос Везиров, только что вернувшийся из Москвы, задает не столько нам, сколько себе. Он убедился только в одном: блокированная Арменией и своим порождением НФА, доведенная до отчаяния холодом и голодом Нахичеванская автономная республика, готова на все, но только не на благоразумие. Сообщения из НКАО, из приграничных с Арменией районов подтверждают худшее: ситуация становится угрожающей».
