Заявление Путина о возможных изменениях в ядерной доктрине России вызвало большой ажиотаж на Западе, но подписанные до того новые указания Байдена по применению Вашингтоном ядерного оружия, а также американская ядерная доктрина в целом, равно как и заявления генсека НАТО, что альянс станет ядерным и многие его страны получат доступ к соответствующему вооружению, подобного шума не вызвали. Чем российская и американская доктрины отличаются друг от друга, и почему в них вносятся изменения в условиях перенасыщения мира ядерным оружием?
Заявление президента России Владимира Путина о возможных изменениях в ядерной доктрине РФ не должно было никого удивить, поскольку оно ожидалось на фоне повышения США и НАТО ядерного градуса. Однако возмущений и шума оно вызвало в избытке. А на пресс-конференции во Вьетнаме Путин сказал следующее: «… мы сейчас думаем о том, что и как в этой ядерной доктрине, стратегии можно было бы поменять. Это связано с тем, что появляются новые (изменения), и во всяком случае мы знаем, что вероятный противник над этим работает, связанные с понижением порога применения ядерного оружия».
Он пояснил, что на Западе разрабатываются, в частности, взрывные ядерные устройства сверхмалой мощности, и «Мы знаем, что в экспертных кругах на Западе витают идеи о том, что такие средства поражения можно было бы применять, и ничего в этом особенно страшного нет. Страшного, может быть, и нет. Но на это мы обязаны обратить внимание. И мы обращаем на это внимание». Путин также отметил, что возможность нанесения превентивного ядерного удара России пока не нужна. «В ответно-встречном ударе противник будет гарантированно уничтожен», — подчеркнул он.
Заявлению о возможном изменении ядерной доктрины России предшествовали два обнаженно-угрожающих момента. Первый: откровения генсека НАТО Йенса Столтенберга, сообщившего, что альянс рассматривает вопрос приведения ядерного оружия в боевую готовность, и многие государства, входящие в блок, получат доступ к ядерному вооружению. Второй: президент США Джо Байден подписал новые указания по применению ядерного оружия США. В документе содержится требование полагаться на рост и разнообразие ядерного арсенала. Кроме того, подчеркивается необходимость одновременного сдерживания России, КНР и Северной Кореи.
Таким образом, изменения в ядерной доктрине России можно считать критически необходимыми. Критерии применения Россией ядерного оружия не менялись с 2010 года. Что же касается самой доктрины, по сравнению с американской она, то есть российская, выглядит довольно бледно, поскольку в доктрине США говорится: «Ядерное оружие может быть применено в ходе кампании при наличии вывода о том, что США её проигрывают, при риске утраты контроля или же для эскалации конфликта с целью достижения мира на более выгодных для США условиях». А в российской использование ядерного оружия допустимо в ответ на агрессию с применением конвенциального оружия при условии угрозы существованию государства. Чувствуете разницу? Штаты жахнут ядерным оружием, если проигрывают войну. А нынче они пошли еще дальше.
Оппоненты сколько угодно могут кричать о «ядерном шантаже Кремля» с тем, чтобы припугнуть Запад и блокировать его участие в «освободительной борьбе» Украины; или не верить в то, что Москва применит ядерное оружие первой – во всяком случае, так считают весьма авторитетные эксперты в самих США. Тогда с какой целью Байден подписывает вышеуказанный документ, а НАТО приводит ядерные силы в боевую готовность и обеспечивает доступность к ядерному вооружению тех стран блока, которые им не обладают? И, кстати, нелишне вспомнить, что США вышли из Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (РСМД) и вообще первыми и единственными в мире применили боевое ядерное оружие – в Хиросиме и Нагасаки.
Да, характер ведения войн нынче меняется, и следует позаботиться о стратегии сдерживания, включающей, в том числе, и ядерный компонент. Для миролюбия и концепта разоружения это отвратительно, но современная политика строится именно на их отсутствии. И, надо сказать, в президентство Барака Обамы доктрина США была ближе к устойчивости мира – она была ориентирована на недопущение попадания оружия массового поражения в руки террористов, ограничивала возможности применения ядерного оружия и запрещала его использование против неядерных стран, хотя и допускала превентивность удара в случае опасности и угрозы безопасности страны из-за уровня разработки химического или бактериологического оружия другим государством. Впрочем, и это последнее «допущение» при желании можно интерпретировать как угодно, а потом отговориться тем, что «разведка ошиблась в донесениях» — такое мир уже проходил.
Собственно, понятно, почему Россия может изменить свою ядерную доктрину, однако есть нюансы, о которых РИА Новости рассказал военный эксперт Алексей Леонков. По его словам, закон, принятый РФ по политике в области ядерного оружия, пересмотреть нужно, с обязательным включением в него разделов, связанных с тактическим и оперативно-тактическим ядерным оружием, относящимся к классу нестратегических ядерных вооружений, а также и то, «когда мы будем их использовать».
Для чего? Для того, поясняет эксперт, «чтобы на Западе понимали, что мы не шутим, серьёзно относимся к своей безопасности и сохранению суверенитета. А до Запада очень тяжело доходят некоторые наши действия. Поэтому мы должны себя обезопасить и выстроить такой механизм, чтобы любые попытки Запада настроить на нас какие-то страны и послать их в качестве прокси-сил, как произошло с Украиной, будут чреваты прежде всего для тех, кто их послал и кто их вооружил».
Эксперт также рассказал, что в национальной доктрине США ранее был впервые введён такой термин как «граничная ядерная война», то есть применение тактических зарядов мощностью до 20 килотонн. В качестве носителей таких зарядов США рассматривали, в том числе, крылатые ракеты Tomahawk и похожие на них средства доставки, а также средства воздушного базирования.
Кроме того, после выхода США из договора РСМД началась дискуссия о получении Европой ракет средней и меньшей дальности, а теперь НАТО заговорил и о приведении ядерных боеголовок в состояние боевой готовности. На этом фоне в США не осталось технологий, чтобы производить крупные ядерные заряды, поэтому у Запада не остаётся выхода, кроме как «создавать заряды малой мощности и массово их, в случае чего, использовать в ограниченной ядерной войне».
«А после того, как Столтенберг заявил, что альянс станет ядерным, и многие государства, входящие в блок НАТО, получат доступ к такому вооружению, это, конечно, повысило градус ядерной угрозы со стороны альянса, который не хочет вести никакие диалоги по ядерной безопасности», — сказал эксперт.
Соответственно, существует угроза применения ядерных боеприпасов, «к тому же нужно понимать, что F-16, которые Украина собирается использовать для атак по нашей (российской) территории, это самолёты тактической авиации НАТО, они способны нести тактическое ядерное вооружение».
Таким образом, надо думать, что Россия готовит правовую основу для нанесения превентивного ядерного удара, которым Запад пугал мир (дескать, Москва первой прибегнет к ядерному оружию), хотя и знал, что, согласно действующему законодательству, это невозможно.
Как констатирует немецкая газета Berliner Zeitung, Запад своими действиями подталкивает Россию и самого себя к грани, за которой становится возможным применение ядерного оружия, и категорические запреты, работавшие в этой сфере в годы холодной войны, сняты.
А теперь небезынтересно будет ознакомиться с подсчетами Международной кампании за ликвидацию ядерного оружия(ICAN), которые обнародовала Русская служба The Moscow Times. Картина такая: ключевые страны НАТО резко увеличили финансирование военных ядерных программ.
Так, по итогам 2023 года США и Британия — обладатели первого и третьего по размерам ядерных арсеналов в Североатлантическом альянсе — нарастили расходы на ядерное оружие почти на 20%. США, имеющие на вооружении 5 тыс. ядерных боеголовок, из которых 1,7 тыс. размещены на носителях, потратили на ядерный арсенал в 2023 году $51,5 млрд., то есть рост ядерных расходов Пентагона составил 17,2% по сравнению с 2022 годом и на 21%, если сравнивать со средним уровнем последних пяти лет.
Великобритания, арсенал которой насчитывает 225 ядерных боеголовок, в том числе 120 размещенных на ракетах-носителях, нарастила финансирование ядерных программ на 17,1% за год, потратив на соответствующие цели $8,1 млрд, то есть 12,3% совокупного военного бюджета – это рекордная доля всех ядерных держав.
Франция, обладающая 290 ядерными боезарядами, почти все из которых размещены на носителях — военных самолетах и подлодках, — увеличила расходы на ядерное оружие на 5,7%, до $6,1 млрд. Совокупные ядерные расходы НАТО, таким образом, достигли $65,7 млрд.
Россия, по оценкам экспертов организации, потратила на ядерное оружие $8,3 млрд (рост 6,1%), Китай — $11,9 млрд (рост 6,7%).
А вот данные ежегодного исследования Стокгольмского международного института исследования проблем мира (SIPRI). За последний год все ядерные державы – официальные и неофициальные (их 9) «сколотили» 12 121 ядерную боеголовку, из них в январе текущего года 9 585 находились в резервах, 3 904 могли быть развернуты на ракетах и самолетах, что на 60 единиц больше, чем в январе 2023 года; 2,1 тыс. находились в состоянии высокой боевой готовности.
На Россию и США приходится около 90% общемирового ядерного оружия. По данным SIPRI, эти страны кардинально не наращивали свои ядерные силы, чего не скажешь о Китае: 410 боеголовок в 2023 году и порядка 500 в году текущем. По прогнозам экспертов SIPRI, к 2030 году у него будет столько же межконтинентальных баллистических ракет, сколько у России и США. Но по количеству ядерных боеголовок Китай не догонит Россию и США.
Несколько увеличили свой арсенал Индия, Пакистан, КНДР – сейчас в распоряжении последней 50 боеголовок с перспективой их почти двукратного роста.
Так что удивляться «угрозе от Кремля» — именно так квалифицировала Le Figaro возможные изменения в российской ядерной доктрине, — не стоит. Скорее, наиболее точно ситуацию оценил один из читателей французского издания, написавшего в комментарии: «НАТО действует — Россия реагирует. Логично».
Еще четче и более развернуто военную психопатию в целом проиллюстрировал премьер-министр Венгрии Виктор Орбан в эфире радио Kossuth – его страна отказалась в ней участвовать. «Есть минимальная цель, которой удалось достичь. Европейский поезд едет в сторону войны. Если наше правительство поддержал народ на выборах в Европарламент, я могу нажать стоп-кран, поезд остановится, и венгры смогут с него сойти», — сказал Орбан. По его словам, «если удачно сложатся звезды, то получится убедить машиниста, и дальше не поедет никто».
И далее: «… я договорился с генеральным секретарём НАТО, Венгрия сойдёт с поезда. У НАТО будет военная миссия на Украине, но Венгрия не примет в ней участия ни оружием, ни деньгами, ни военными». При этом «машиниста убедить не удалось, он сильный», и теперь «остановить поезд» сможет только экс-президент США Дональд Трамп, если он вернется в Белый дом по итогам выборов в ноябре.
Возникает, однако, вопрос: даже если Трамп и вернется в Белый дом, изменит ли он ядерную доктрину США, а, значит, и истерическое предрасположение к гонке ядерных вооружений других стран, в том числе, не ядерного клуба, и можно ли на это уповать? Сомнительно.
Сейчас главное, чтобы ядерный шантаж – от какой бы страны или блока он ни исходил — не превратился в атомную реальность: будь то обширного или локального радиуса действия. И расхожее «Хочешь мира – готовься к войне» в данном случае носит совершенно противоположное практическое наполнение.
Ирина Джорбенадзе
