Принципы практически никогда не оспариваются открыто большими и даже мелкими политиками. Зато их часто толкуют с выгодой исключительно для себя. Публичные деятели, дипломаты, чиновники и общественники знают это и успешно применяют на практике.
Территориальная целостность становится неприкосновенной, когда речь идет о собственных границах, и уступает место праву на самоопределение, когда под вопросом оказывается суверенитет чужого государства. Такой подход легко превращает международное право в инструмент политического выбора. Канада, кстати, дает наглядный повод обсудить такую занимательную конфигурацию.
В июле 2020 года, незадолго до 44-дневной войны, канадский МИД призывал учитывать Хельсинкский заключительный акт. В октябре, когда война уже была в разгаре, Оттава вместе с Лондоном настаивали на прекращении боевых действий и возвращении к переговорам.
Но сторонникам политической избирательности тогда придется объяснить, почему, когда речь заходила о Карабахе, «самоопределение армянского населения» нередко выдвигалось на первый план, а территориальная целостность Азербайджана превращалась в пункт, который воспринимался как нечто написанное мелким шрифтом?
В январе 2025 года Армянский национальный комитет Канады сообщил о полученном от главы канадского МИД Мелани Жоли письме. В нем, согласно публикации комитета, содержались призывы к освобождению армянских сепаратистов, возвращению армян в Карабах, сохранению культурного наследия и решению «арцахского» вопроса в рамках Минской группы ОБСЕ, с опорой в том числе на «право на самоопределение».
Вопрос, который Азербайджан считает частью своей внутренней повестки, предлагается вновь обсуждать через международный механизм, давно утративший практическую роль.
Теперь по Канаде… В богатой нефтью провинции Альберта сторонники независимости добиваются отделения от страны, ссылаясь на экономические претензии к федеральному центру. Оттава защищает единство государства, а премьер Марк Карни выступает против сепаратизма. Если региону не нравится политика центральной власти, достаточно ли этого, чтобы перекроить государственные границы? Канада отвечает отрицательно, когда речь идет о ее собственном единстве. Почему же в отношении Азербайджана некоторые канадские политики и общественные организации фактически ставят под сомнение его право самостоятельно решать вопросы, касающиеся собственной территории, и игнорируют принцип территориальной целостности? Канадское государство, значит, должно оставаться целостным, а чужое обязано бесконечно доказывать, что оно тоже имеет на это право. Как говорится, своя рубашка ближе к телу. Особенно если рубашка расшита знакомыми формулировками из международного права.
С точки зрения международного права Баку располагает аргументами, которые не нуждаются в эмоциональных украшениях. Оно подтверждает суверенитет и территориальную целостность, неприкосновенность международных границ.
Декларация Генеральной Ассамблеи ООН о принципах международного права признает право народов на самоопределение, но одновременно указывает, что этот принцип не должен толковаться как разрешение расчленять суверенные государства. Самоопределение не означает автоматического права любой территории на одностороннее отделение. Международное право не выдает каждому региону билет в независимость по первому требованию. И не надо сюда приплетать права меньшинств, безопасность гражданского населения и защиту культурного наследия. Азербайджан никогда не отказывался от своих обязательств. Но односторонний выход из состава государства — это уже из другой истории. Подмена понятий — удобный трюк в политической полемике, но недостаточно убедительный для правового обоснования.
Оттава, стоит отметить, не одинока в этой избирательности.
В ноябре 2020 года Сенат Франции принял резолюцию с призывом признать так называемую «Нагорно-Карабахскую Республику». И это тоже был больше политический документ, чем международно-правовой акт, способный изменить принадлежность территории.
В октябре 2023 года Европейский парламент принял бездарную резолюцию с осуждением антитеррористической операции Азербайджана на его же территории в отношении оккупационных сил, потребовав рассмотреть санкции против азербайджанских должностных лиц. При этом в марте 2023 года тот же Европарламент подтверждал необходимость уважать территориальную целостность.
Отдельного внимания заслуживают требования Канады об освобождении армянских военных преступников в Азербайджане. В политических заявлениях их нередко заранее объявляют «военнопленными» или «задержанными», словно сам факт предъявления обвинений и судебное разбирательство можно отменить дипломатическим письмом. Требовать справедливого суда — основа правовой позиции, а вот настаивать на безусловном освобождении до оценки конкретных дел — это уже точно политическое давление. Если Оттава действительно отстаивает верховенство права, ей следует уважать судебные процедуры, а не подменять их заранее вынесенными политическими вердиктами.
Азербайджан не обязан доказывать свое право на территориальную целостность каждый раз, когда очередная зарубежная организация решает вернуть карабахский вопрос в политическую повестку. Международно признанные границы не становятся условными из-за того, что кому-то не нравится итог конфликта.
Раз Оттава считает территориальную целостность обязательным принципом для самой Канады, логично ожидать такого же отношения к Азербайджану. Иначе это уже не международное право, а какой-то райдер звезд политической эстрады. Никакого специального предложения не будет.
Баку не просит для себя исключений. Он требует отсутствия исключений против себя, и точка.
