Только ленивый сегодня не говорит о политической и экономической выгоде для участников проекта «Маршрута Трампа», о котором Азербайджан и Армения договорились в августе в Вашингтоне при участии американского президента. Пока неизвестно, какие объемы и масштабы станут результатом реализации коммуникационной инициативы. Понятно, что для Азербайджана принципиально важно получить прямое наземное сообщение с Нахчываном, однако не последнюю роль играет и перспектива существенного роста торговли и показателей других секторов экономики.
Что касается преимуществ для Азербайджана, то, помимо ускорения темпов торговли с Турцией и рядом других стран, ожидается рост товарооборота, сокращение издержек и расширение доступа к рынкам, в том числе европейским. Очевидно, что с усилением регионального влияния значительно возрастет роль Азербайджана как транспортного и логистического хаба.
Надо сказать, что для Армении, через участок которой проходит маршрут, выгоды также налицо. Так, участие в международном транзите поможет стимулировать экономический рост, улучшить торговые связи как стимулирование данного сектора экономики, а также даст доступ к новым внешним рынкам. Также значимость Азербайджана увеличивается параллельно с перспективами по укреплению энергетической безопасности Европы, поскольку открываются дополнительные возможности для транспортировки энергоресурсов. В данных условиях создаются транспортные и логистические связи, с возникновением которых снижаются траты и сокращается время на перевозку, что серьезно укрепляет торговые отношения.
За более обстоятельными комментариями по указанным моментам Minval Politika обратился к экспертам.
По мнению кандидата экономических наук, доцента кафедры экономики Азербайджанского государственного экономического университета (UNEC) Эмина Гарибли, сложно сегодня даже приблизительно рассчитать ожидаемые объемы торговых связей в рамках «Маршрута Трампа».
«Последние 2-3 года данный объем увеличился в разы. Это зависит от многих факторов, в частности от политической обстановки в том числе. Сегодня из-за войны в Украине и санкций в отношении России наш путь стал более актуальным. Данная ситуация позволяет сказать, что прибыль будет только расти через разные отрезки времени в разных объемах. Считаю, что как минимум сегодняшние перевозки, которые осуществляются через нашу территорию, как минимум на 30-40% перекинутся на новый маршрут», — считает эксперт.
Гарибли ожидает больше выгоды от товаров, которые переправляются через территорию Азербайджана: «Определенная ее часть будет обрабатываться у нас, в свободных экономических зонах. Это цепочка добавленной стоимости. Таким образом, будет происходить промышленная кооперация между странами. Так что больше всего у меня ожиданий от маршрута именно по данному направлению».
«В Казахстане, Азербайджане и во многих других странах открываются свободные экономические зоны, осуществляется либерализация таможенных тарифов, налоговой политики, что также положительно влияет на промышленную кооперацию. Думаю, что со временем и наша налоговая система подстроится», — добавил он.
Говоря о привлечении инвестиций в связи с развитием проекта «Маршрут Трампа», экономист также указал на то, что вложения позволят увеличить не только число свободных экономических зон, но и их территории: «Не исключено, что добавятся финансовые преференции».
Что касается транспортировки нефти по данному направлению, Гарибли отметил, что по нему будет осуществляться переправка не только нефти, но и газа: «Еще может быть использован для зеленой энергетики».
«Мы уже транспортируем казахстанскую нефть. Надеюсь, что в будущем и туркменский газ будет поставляться на европейский рынок», — добавил собеседник.
Также эксперт остановился на вопросе о международных инвестициях.
«Уже видна реакция международных финансовых институтов, корпораций, которые проявили заинтересованность в этом. Для того, чтобы обеспечить устойчивость бюджета, государство будет вкладывать инвестиции, то же самое будут делать и все остальные страны-транзитёры. Эти траты, конечно, окупятся. Это станет той областью, которая, как и нефтяная сегодня, обеспечит устойчивость», — уверен он.
Экономист считает, что после открытия «Маршрута Трампа» азербайджанская сторона пересмотрит вопрос финансовых вливаний.
«Мы превращаемся в страну, через которую переправляются товары. Если посмотреть на историю развития стран, которые пользовались подобными преимуществами, то в основном это страны, расположенные на океанском побережье. Но поскольку мы – сухопутная страна, мы превращаемся в хаб. Для привлечения инвестиций уже началась конкурентная борьба между Грузией и Казахстаном – мы видим, как они применяют преференции. В финансовой сфере Казахстан очень удачно применил, к примеру. В Грузии сегодня либерализуется налоговая система. Думаю, что Азербайджан с увеличением товарооборота учтет внешние факторы и пересмотрит свою экономическую доктрину, направленную на привлечение инвестиций», — заключил Гарибли.
Армянский блогер и активист Ишхан Вердян также прокомментировал выгоды, которые получит Армения от реализации «Маршрута Трампа».
«Честно говоря, не вникал в экономическую составляющую процесса и не могу точно сказать, как именно открытие коммуникаций отразится на экономике Армении. Однако очевидно, что речь идёт не о малых объёмах и не о незначительных цифрах. Это может означать существенное пополнение государственного бюджета», — сказал он.
Кроме прямых доходов для государства, отметил активист, сама реализация «Маршрута Трампа» может включать микроэкономические элементы — придорожные заправки, кафе, магазины и другие сопутствующие объекты инфраструктуры: «Всё это способно заметно оживит региональную экономику, создавая рабочие места и стимулируя малый бизнес».
Он предположил, что магистраль станет своеобразным магнитом для привлечения инвестиций и развития тех регионов, по которым будет проходить эта межконтинентальная транспортная артерия.
«Если учитывать, что до настоящего момента между Арменией и Азербайджаном фактически отсутствует торговля, то открытие коммуникаций и начало обмена товарами может охватить множество отраслей — как со стороны Армении, так и со стороны Азербайджана. Это способно значительно оживить экономическое взаимодействие между странами, особенно в долгосрочной перспективе.
На более поздних этапах может возникнуть разговор и о развитии туризма, о взаимных посещениях, но пока об этом говорить рано. Тем не менее, если рассматривать именно экономические выгоды сотрудничества, их нельзя недооценивать», — сказал Вердян.
Кроме того, отметил эксперт, экономика обладает мультипликативным эффектом: «Даже простая торговля может стать стимулом для промышленного развития, производства товаров с добавленной стоимостью. В целом перспектива азербайджано-армянских взаимоотношений представляет собой своего рода клондайк, способный приносить неисчисляемые выгоды обеим странам».
Собеседник также высказался относительно того, каким будет профит Армении от транзитной транспортировки нефти, газа, электроэнергии и других ресурсов, которые в перспективе могут появиться на данном маршруте — «или, шире, в рамках взаимодействия между Арменией и Азербайджаном».
«Нельзя недооценивать экономический потенциал транзита энергоносителей. По моим предположениям, это может оказать значительное влияние на экономику Армении — привести к снижению стоимости газа и электроэнергии, а в целом послужить своеобразным «вторым дыханием» для всей национальной экономики», — сказал собеседник.
Говоря о планах по реализации проекта, Вердян сказал: «Насколько мне известно, Соединённые Штаты уже приняли решение о предоставлении транша для реализации данного проекта — полностью или частично. Таким образом, мы имеем двустороннее соглашение между Арменией и США, причём американская сторона позиционирует себя как активный и заинтересованный участник проекта «Маршрут Трампа». Это позволяет ожидать заметного финансового влияния со стороны Штатов».
В то же время армянская экономика, по его словам, сегодня также обладает возможностями для вложений в подобные инфраструктурные проекты.
«Кроме того, можно предположить, что под данный проект будут привлечены инвестиции, поскольку маршрут, соединяющий Европу и Восток, имеет потенциал стать важнейшей внутриконтинентальной артерией, обеспечивающей двусторонние транспортно-экономические связи на материке», — считает он.
Поэтому, убеждён эксперт, средства для реализации данного проекта в любом случае будут найдены.
Также он ответил на вопрос о том, как будет осуществляться управление армянским участком, поскольку существующей железнодорожной инфраструктурой Армении управляет ЮКЖД.
«А это, пожалуй, самый интересный вопрос, поскольку Южно-Кавказские железные дороги действительно являются единственным оператором железнодорожного сообщения в Армении. Помимо них, потенциал строить железные дороги по советским стандартам среди стран, непосредственно связанных с Арменией, есть только у Азербайджана. Ни Турция, ни Иран, ни тем более европейские страны или Соединённые Штаты не используют такие стандарты, поскольку у них иные — более узкие — железнодорожные колеи. Советская колея поддерживается только в странах, которые исторически входили в сферу влияния бывшего СССР. Следовательно, существует высокая вероятность, что Южно-Кавказские железные дороги сохранят за собой статус оператора армянской железнодорожной сети. Если же развитие пойдёт по благоприятному сценарию, то Азербайджан, обладая соответствующим опытом, также может принять участие в реализации данного проекта. В любом случае геополитическая структура железнодорожной сети региона фактически не оставляет Армении иного выбора, кроме как использовать существующий стандарт, который, по сути, является разработкой России. От этого, вероятно, Армении никуда не уйти», — заключил Вердян.
