Стало известно о подписании между Израилем и движением ХАМАС первого этапа американского мирного плана. Согласно договоренностям, все заложники будут освобождены, а Израиль отведет войска к согласованной линии.
«С гордостью сообщаю, что Израиль и ХАМАС подписали первый этап нашего мирного плана. Это означает, что все заложники будут освобождены совсем скоро, а Израиль отведет войска к согласованной линии. Мы будем относиться ко всем сторонам справедливо. Это великий день для арабского и мусульманского мира, Израиля и Соединенных Штатов», — заявил Дональд Трамп.
По его словам, возвращение заложников ХАМАС ожидается 13 октября.
О реальных перспективах мира в регионе, а также деталях сделки Minval Politika поговорил с политическим аналитиком, востоковедом, главным редактором сайта и телеграм-канала Orientall Express Михаилом Бородкиным.
— Как Вы оцениваете договоренности? Стороны готовы соблюдать их?
— Все зависит от того, как пойдет выполнение первой фазы. Думаю, что в течение трех суток мы все узнаем. Если действительно будут освобождены все живые заложники, как предусматривает этот план, то будет и дальнейшее развитие. Главный вопрос состоит в том, что будет с оружием ХАМАС, потому что они как будто должны разоружиться, но это все это еще вилами по воде писано, как говорится. Но освобождение заложников дает серьезную надежду на то, что все же соглашение будет реализовано в полной мере, потому что Израиль интересует одно – чтобы сектор Газа прекратил представлять собой угрозу безопасности.
— Есть еще какие-то моменты, которые Вас смущают?
— Все упирается в то, что я пока не понимаю, как ХАМАС согласится сдать оружие и будет ли это осуществляться силой. Если это будет делать Израиль, то ХАМАС не согласится. Тогда кто? Это непонятно. Пример Ливана показывает, что это непростая задача. Ливанское правительство давно приняло решение разоружить «Хезболлу», но никакого прогресса не случилось. «Хезболла» стоит насмерть и не сдается. Во многом такое происходит потому, что ее поддерживает иранский режим. Здесь все зависит от того, насколько решительно настроены гаранты мирного соглашения. Кроме того, непонятно, куда денутся 250 палестинских убийц из тюрем. Не оговорен момент того, куда они направятся – в третьи страны или к себе домой. Если домой, то это повышает уровень напряженности.
— У Израиля есть какое-то представление о численности ХАМАС и объемах вооружения, ведь движение также имеет серьезную военную инфраструктуру, в том числе подземную?
— Хороший вопрос. Точно никто не может этого знать. Что касается численности ХАМАС, то, думаю, что идет речь о тысячах боевиков, примерно до 10 тыс. У них много автоматов, пулеметов, разного вида гранатометов и, конечно, ракеты.
— Что думаете о договоренностях относительно допуска представителей ХАМАС к управлению в секторе Газа?
— Это будет видно позже. У движения есть спонсоры в лице Катара, Ирана, которые будут стремиться привести их руководство в новую администрацию сектора Газа. И если в Палестинской автономии действительно будут проведены выборы, то и туда они будут пытаться протащить ХАМАС. В таких условиях напряженность будет только нарастать. Если удастся убедить спонсоров не вмешиваться, то влияние ХАМАС сократится.
— Что можете сказать о посреднической роли Катара, Египта и Турции?
— Без серьезного военного давления это посредничество ничего бы не дало, то есть без разгрома большей части потенциала ХАМАС и силового давления на руководство движения.
— Каковы примерные сроки окончательного мира?
— Есть много нюансов, которые требуют серьезных обсуждений и поэтому трудно сказать, когда может наступить окончательный мир. Также решения требует и газовое месторождение у побережья сектора Газа, а его разработка может обеспечить экономическое будущее этого региона.
