Атака российских дронов на Польшу по понятным причинам остаётся в фокусе внимания и политического, и экспертного сообщества. Напомним: в ходе очередного удара по Украине 19 беспилотников вторглись в воздушное пространство Польши. Был закрыт крупнейший аэропорт страны в Варшаве, а также ещё три аэропорта, включая Жешув-Ясёнка, который играет ключевую роль в поставках помощи Украине. Польские власти сочли происшедшее нападением и, согласно статье 4 Устава НАТО, запросили консультации с союзниками. По итогам этих консультаций генсек НАТО Марк Рютте выступил со специальным заявлением, где подробно рассказал, как «успешно и совместными усилиями» силы НАТО отразили атаку российских дронов:
«Наши системы ПВО были приведены в готовность и успешно обеспечили защиту территории НАТО в соответствии с их предназначением. Помимо Польши, применялись средства нескольких союзников по НАТО. В их число вошли польские F-16, нидерландские F-35, итальянский самолёт ДРЛОУ, многоцелевой самолёт-заправщик НАТО и германские ЗРК «Пэтриот»».
Теоретически всё это должно было создать впечатление грозной силы. Но на практике…
Вряд ли российские дроны просто заблудились в польском небе. Их вторжение представляло собой проверку реакции НАТО. Это следующий шаг игры на обострение, которую ведёт Кремль. Сначала агрессия против Грузии в августе 2008 года, затем против Украины — и всё это сопровождалось тестированием реакции Запада на атаки против стран, заявивших о намерении вступить в НАТО. Теперь же Москва проверяет реакцию уже через атаку на страну — члена НАТО.
Однако реальной политической реакции не последовало. Никто не приводит войска в боевую готовность, не подтягивает контингенты к границе, не объявляет об укреплении ПВО. Главное — нет даже обсуждений о том, какую ответственность должна понести Москва.
В результате в сухом остатке — крайне неприятные последствия. Разговоры о НАТО как о грозной силе, многократно превосходящей Россию, обнулились. Сила есть, но политической воли её применить нет. А потеря имиджа в подобном противостоянии хуже, чем разбомбленный объект.
Стратегия НАТО строилась на том, что никто не рискнёт напасть на страны под североатлантическим «зонтиком», тем более где размещены американские войска. Но стало очевидно: и это не работает. Бывший командующий сухопутными войсками США в Европе генерал Бен Ходжес заявил: «Тот факт, что русские сделали это, зная, что в Польше дислоцированы 10 тысяч американских солдат, показывает: они не уважают ни США, ни Европу и уверены, что никто из нас не предпримет серьёзных действий».
Причины понятны. С конца 1980-х годов европейские союзники сокращали военные расходы. «Советская угроза» исчезла, в «российскую угрозу» никто не верил. Военные базы закрывались, армии становились небоеспособными. При этом в Москве продолжали мыслить в логике «холодной войны», считая НАТО вероятным противником и накапливая силы.
Да, после аннексии Крыма говорили о росте расходов. Но от деклараций до восстановления боеспособности армий — дистанция огромная. На Западе считали, что время подготовиться ещё есть. Но «завтра» наступило сегодня.
И на этом фоне становится очевидно, с какой мудростью и дальновидностью Азербайджан под руководством президента Ильхама Алиева строил свою систему безопасности. В отличие от других стран постсоветского пространства, мы не сделали ставку на скорое вступление в НАТО. Азербайджан опирался на собственные силы, создавал армию, которая освободила наши территории от оккупации и выиграла войну.
Сегодня, как страна-победитель, Азербайджан выстраивает оборонное сотрудничество с Турцией, Пакистаном и государствами Центральной Азии. И это единственная стратегия безопасности в современном мире, которая действительно работает.
