Интервью президента Ильхама Алиева телеканалу «Аль-Арабия» Саудовской Аравии, показанное 26 августа, стало важным внешнеполитическим сигналом, адресованным не только арабской аудитории, но и более широкому международному сообществу. В нём были обозначены три ключевых направления: окончательное урегулирование армяно-азербайджанских отношений, формирование новой архитектуры транспортных коридоров в Евразии и возрастание роли Азербайджана как посредника и регионального центра силы.
В первой части глава государства остановился на вашингтонских соглашениях от 8 августа, назвав их «фактическим концом конфликта». Он подчеркнул, что именно Азербайджан выступил инициатором мирного процесса, предложил проект соглашения и настоял на принципе взаимного признания территориальной целостности. Тем самым он показал, что Баку позиционирует себя не только как участника конфликта, но и как созидательного актора, формирующего рамки поствоенной реальности. В то же время Алиев ясно дал понять, что дальнейшее движение вперёд зависит от готовности Армении внести изменения в свою конституцию, исключив положения, ставящие под сомнение территориальную целостность Азербайджана. Эта позиция отражает стратегическую линию Баку: устойчивый мир возможен лишь при устранении юридических и политических оснований для сохранения конфликта.
Значительная часть интервью была посвящена Зангезурскому коридору (TRIPP, «Маршрут Трампа»). Президент напомнил, что разделение Азербайджана произошло в апреле 1920 года, когда большевистская Россия, укрепляя своё влияние в регионе, передала Зангезурский уезд Армении. Этот шаг лишил Азербайджан прямого сухопутного сообщения с Нахчыванской Автономной Республикой, превратив её в эксклав. В советский период это не создавало серьёзных проблем из-за отсутствия границ, однако с началом армяно-азербайджанского противостояния и в годы Первой Карабахской войны Армения заблокировала сообщение, фактически изолировав Нахчыван. На протяжении трёх десятилетий связь с автономией обеспечивалась либо по воздуху, либо через территорию Ирана и Грузии, что означало дополнительные расходы и зависимость от внешних маршрутов.
Поэтому восстановление Зангезурского коридора для Азербайджана — это не просто транспортный проект, а устранение исторической несправедливости, возникшей вследствие решений советского руководства и армянской блокады. Для Баку речь идёт о восстановлении национального единства и территориальной связности. Алиев подчеркнул, что инфраструктура на азербайджанской стороне уже почти готова, и вопрос реализации теперь зависит от Армении. В более широком контексте этот проект позиционируется как часть сразу двух мегамаршрутов — Восток–Запад (Средний коридор) и Север–Юг, превращая Азербайджан в ключевой транзитный узел, способный объединить рынки Европы, Азии и Ближнего Востока.
Отдельный блок интервью был посвящён отношениям с Ираном. Алиев акцентировал внимание на конструктивном диалоге с официальным Тегераном, подчеркнув, что именно позиция президента и правительства Ирана имеет значение для Баку. Символичным моментом стало то, что президент Ирана обращался к публике на азербайджанском языке, демонстрируя знание культурной общности. Это отражает глубокие этнокультурные связи: свыше 25 миллионов этнических азербайджанцев проживают в северных регионах Ирана, формируя естественный гуманитарный мост между двумя странами.
В то же время именно наличие «азербайджанского фактора» вызывает настороженность у консервативных кругов в Иране. Политические деятели вроде Али Акбара Велаяти нередко используют тему «тюркского влияния» как инструмент давления, представляя Азербайджан в качестве потенциальной угрозы. Президент Азербайджана в ответ чётко разграничил официальную политику Ирана, ориентированную на сотрудничество, и риторику подобных советников, не обладающих легитимностью. Такой подход демонстрирует дипломатическую зрелость Баку: с одной стороны, Азербайджан не эксплуатирует этнический фактор и не вмешивается во внутренние дела соседа, с другой — умело использует культурное родство как ресурс мягкой силы.
Характерным примером конструктивного взаимодействия стал проект Аразского коридора — альтернативного пути через территорию Ирана, соединяющего Азербайджан с Нахчываном в обход Армении. Реализация включает строительство новых мостов и дорог, а в перспективе и железнодорожной линии. Этот маршрут снижает зависимость от Еревана и одновременно укрепляет транспортные и торговые связи с Тегераном. По сути, Азербайджан показывает способность сочетать твёрдую защиту интересов с гибкостью во внешней политике, укрепляя позиции предсказуемого и прагматичного партнёра.
Заметная часть интервью была посвящена и России. Алиев жёстко отреагировал на инцидент со сбитым азербайджанским самолётом, указав на отсутствие внятной реакции Москвы и напомнив о контрастирующем поведении Баку в 2020 году, когда Азербайджан незамедлительно извинился за случайное поражение российского вертолёта. Этот эпизод стал сигналом: Азербайджан не намерен мириться с проявлениями неуважения и готов отстаивать суверенитет, сохраняя при этом открытость к конструктивному диалогу.
Отдельное направление интервью — посредническая миссия Азербайджана на Ближнем Востоке. Алиев подробно рассказал о поставках азербайджанского газа в Сирию, о диалоге между Израилем и Дамаском, а также о готовности содействовать нормализации отношений между Турцией и Израилем. В этих примерах Азербайджан предстаёт как актор, использующий энергетику не только для экономического роста, но и как инструмент дипломатии и укрепления международного авторитета.
Особое место заняли отношения со странами Персидского залива. Президент подчеркнул, что именно компании из ОАЭ и Саудовской Аравии стали ключевыми инвесторами в возобновляемую энергетику Азербайджана. К 2030 году страна планирует производить до 6 ГВт «зелёной энергии», что повышает её значение как участника глобального энергоперехода. Параллельно развивается сотрудничество в сферах туризма, сельского хозяйства, строительства опреснительных установок, что превращает Азербайджан в связующее звено между Европой, Азией и Ближним Востоком.
Завершающая часть касалась роли Азербайджана в Организации тюркских государств. Алиев подчеркнул, что Азербайджан, укрепивший союз с Турцией и развивающий стратегическое партнёрство с другими членами ОТГ, рассматривает организацию как будущего глобального игрока. Стратегия Баку строится на использовании этнокультурных корней для консолидации и превращения тюркского пространства в самостоятельный центр силы в условиях многополярного мира.
В целом интервью «Аль-Арабия» стало площадкой, на которой Алиев представил Азербайджан как страну, завершившую эпоху конфликтов и перешедшую к фазе стратегического лидерства. Это государство, восстановившее справедливость и территориальную целостность, активно формирующее новые транспортные и энергетические маршруты, укрепляющее позиции в исламском и тюркском мире и предлагающее посредничество в решении сложных международных проблем. Интервью подчеркнуло: Азербайджан больше не просто региональный игрок, а фактор глобальной связности, от решений которого всё в большей степени зависит будущее Южного Кавказа, Ближнего Востока и Евразии.
