«В результате усилий Верховного главнокомандующего Ильхама Алиева мы были освобождены. Как выходец из Кяльбаджара, поздравляю азербайджанский народ с нашей победой в Отечественной войне».
Об этом на сегодняшней пресс-конференции сказал находившийся в армянском плену Дильгам Аскеров.
Он отметил, что во время нахождения в армянском плену их подвергали пыткам.
«Я не переходил на территорию Армении, я отправился на землю своих предков. Я пошел туда не в первый раз. Меня арестовали на моей родине, отвезли в Ханкенди, переломали пальцы. У меня все еще есть переломы в области черепа. За год моего пребывания в Ханкенди мне не давали еду. Они давали подогретую воду и немного макарон в железной тарелке. На момент задержания мой вес составлял более 100 килограммов, но позже я похудел до 55 килограммов. У меня не было сил. Они били меня прикладом автомата. Было время, когда возле их «прокурора» меня избивали 15 человек. Я сосчитал их всех. Все это было во время «расследования». У меня иссякали силы, я не мог подниматься. Питание не предоставлялось даже со стороны Международного Комитета Красного Креста. За год не было оказано никакой помощи со стороны этого Комитета, несмотря на то, что одна часть моего тела была полностью парализована. МККК знал обо всех пытках, которым я подвергся. Однако никакие меры предприняты не были», — цитирует его АПА.
Находившийся в заложниках у армян Шахбаз Гулиев в свою очередь заявил, что МККК увидел, как их пытали.
«Нас взяли в заложники, когда мы посетили могилы наших родителей. Дильгама Аскерова взяли в заложники после меня. Меня мучили так же, как их. Вечером не давали спать, до утра заставляли слушать голоса. Сотрудник их «Службы национальной безопасности» почти каждую ночь избивал нас дубинкой. Они не верили, что мы приехали посетить могилы наших родителей, называли нас террористами, диверсантами. Они пытались представлять нас так до последнего дня. В последний день приехал врач из Международного комитета Красного креста. Он говорил, что мне нужно наложить гипс на руку, но они возражали. МККК увидел, как нас пытали. Армяне не позволяли написать в письмах о причиненных нам пытках. Через год после этого в шушинской тюрьме нас привязали к камере. 44-дневная Отечественная война встряхнула всю Армению», — отметил Гулиев.
