Мне было трудно приступить к написанию эссе о Вафе Гулузаде, и я даже сам не сразу понял – почему. Шли дни, друзья торопили, но не удавалось настроиться и начать работу. Пока я не понял, что меня подспудно останавливало: Вафа Гулузаде был на редкость цельным человеком – высокий профессионал, опытный дипломат, патриот своего народа и страны и, в тоже время он был очень интеллигентным, порядочным, приятным человеком, с которым можно часами говорить обсуждать все, что тебя беспокоит – от мировой геополитики до каких-то неурядиц личного характера. Поэтому я не мог сразу понять – что именно я хочу рассказать о Вафе.
Какой он был опытный дипломат? Об этом все знают. Какие пророческие мысли он выражал – о необходимости военного союза Турция-Азербайджан, к примеру? Все об этом читали, знают.
Мне будет лучше написать не о том, о чем все знают. Правильнее сказать о Друге. Потому что мало кому удалось в жизни такое испытать, не каждому выпал такой подарок судьбы – дружба с этим замечательным человеком.
Мы начали тесно общаться с Вафа Гулузаде, когда работали в команде Гейдара Алиева. Он был советником президента по внешней политике, а мне, как помощнику, президент поручил курировать и вопросы внешней политики. Поэтому сформировался своеобразный президентский «пул» — мы практически в ежедневном режиме обсуждали вопросы внешней политики, а когда требовалось принятие важных решений, и в эти совещания подключался министр иностранных дел.
Я даже не могу вспомнить, как это произошло, но уже через короткое время у меня сложилось ощущение, что мы с Вафой знакомы десятилетиями, дружим много лет. Это было удивительно с точки зрения человеческих отношений – ни он, ни я не относились к числу людей, легко открывающих свою душу и чувства постороннему человеку. Но с Вафа было иначе. Даже если не было никаких поручений президента, общих дел – вдруг без предупреждения открывалась дверь и с порога: «Привет, Элик. Зашел к тебе чайку попить». Комната сразу наполнялась новой приятной атмосферой. Не знаю, наверно это тот случай, когда в простонародье говорят – «резьба сошлась»…
Постепенно выяснялось, что на многие вопросы мы смотрим одинаково – не только в вопросах внешней политики, но и в окружающем нас обществе, в человеческих отношениях. Когда кому-нибудь из нас требовалась поддержка – об этом не нужно было ни просить, ни намекать – делалось как само собой разумеющееся. Я помню, когда на Вафа Гулузаде оказывалось давление со стороны одной из соседних стран, посол этой страны даже ходил с жалобой на Вафа к президенту Гейдару Алиеву. Я сразу, в тот же день дал интервью в СМИ и выразил поддержку позиции моего друга. Посол сильно расстроился – ходил жаловаться президенту на советника, а получил еще больше от помощника. А когда я в прямом эфире одной радиостанции жестко полемизировал с оппонентом, неожиданно позвонил на передачу Вафа и прочел лекцию моему оппоненту, объясняя, насколько он не прав.
Конечно, каждый человек по-своему уникален и неповторим. И у нас были очень приятные «расхождения» во вкусах и пристрастиях. Если я начинал рассказывать ему какую потрясающую партию выиграл наш юный шахматист и мы стали чемпионами Европы, он внимательно дослушав меня, отвечал – вчера до утра не спал, ждал прямого эфира из США, там был финал турнира по боксу и очень со знанием дела объяснял как его любимчику удалось нокаутировать соперника в последнем раунде. Как большой любитель профессионального бокса (Вафа в юности занимался боксом), он часто говорил мне по каким-то вопросам внешней политики – «Элик, надо бить, соперник раскрылся!». «Хорошо, агсаккал – будем бить», смеялся я и готовил информационный ответ по этому поводу.
Даже наша последняя встреча оказалась как будто реквиемом этой дружбе. Я был приглашен в агентство Turan для интервью. Когда приехал, журналисты сказали – вас тут ваш друг ждет. Оказалось, именно в тот день Вафа Гулузаде зашел тоже в Turan (он часто приходил туда, в этом агентстве у него было много друзей).
Узнав, что я должен прийти на интервью, он решил дождаться меня и пообщаться. Мы некоторое время поговорили, и что-то в его словах или настроении меня обеспокоило. Я спросил его здоровье. Не волнуйся, сказал он, просто легкая хандра. Предложил повезти его куда-нибудь за город, посидеть подольше, развеяться. «Давай на уикэнд, Элик, сегодня пойду домой уже отдыхать». В уикенд я позвонил ему. Кажется, дождь собирается, сказал, подождем пару дней, пусть прояснится. А через несколько дней грянуло как гром среди ясного неба – Вафы больше нет…
Даже если бы он не был великим дипломатом, государственным деятелем нашей страны, для меня его смерть была бы огромной потерей. Потерей Друга. Но его уход ощущался еще больней, потому что мы все потеряли большое и родное – и страна, и государство и люди, которые его близко знали.
Я думал об этом, смотря на Великий Парад Победы, 10 декабря… Это все таки очень несправедливо, что такие люди, отдавшие всего себя для победы в Карабахе, не увидели этот светлый день Победы.
Allah rəhmət etsin! Для меня Вафа Гулузаде – в том же пантеоне, рядом с нашими шехидами, отдавшими свою жизнь за независимость и территориальную целостность нашей Родины!».
Эльдар Намазов, экс-советник президента Азербайджана Гейдара Алиева
