Азербайджан продолжает борьбу с пандемией коронавируса, и многим уже кажется, что болезнь не переломить, так как ежедневное число заболевших COVID-19 постоянно растет. Правда, есть тенденция к снижению, но, как правило, ненадолго. Врачи бьют тревогу: количество больных тяжелой формой коронавируса увеличилось настолько, что в государственных клиниках мест уже просто нет. Топовые темы в соцсетях – карантин, локдаун, факты мздоимства по отношению к коронавирусным пациентам со стороны некоторых лечащих врачей. А в последнее время появилась еще одна тема: непомерно высокие цены за лечение коронавируса в коммерческих клиниках страны. Согласно информации, полученной от пользователей, цена медуслуг подобного рода достигает 10 000 манатов. Люди задаются вопросом: почему в стране появилась конкуренция в лечении больных коронавирусм? Разве лечить от ковида – не прерогатива исключительно государственных медучреждений и бесплатно притом? И почему чиновники Миздрава ничего не могут сделать, дабы пресечь коммерческую обираловку во время пандемии?
Все эти вопросы сотрудник «Минвала» озвучил эксперту Государственного медицинского университета Азербайджана, профессору Адилю Гейбулле, и вот что он рассказал нашему изданию:
— Больных коронавирусом обычно лечат в государственных клиниках, в том числе и в специально построенных больницах модульного типа. И обеспечение кислородом и техническими средствами — за счет государства. Да, конечно же, негативные явления имеются, об этом говорят многие, но насколько они обоснованы – мы не знаем. Что же касается некоторых частных клиник, которые тоже занимаются лечением больных ковидом, то этот факт имеет место быть. К примеру, клиника MediClub. Это коммерческое медучреждение, у них свои цены за услуги. В регулирование цен коммерческого сектора медицины государство не вмешивается. Владельцы клиник, руководствуясь своими правилами, самостоятельно определяют цены на услуги. Кроме того, в такие медучреждения обращаются граждане, у которых есть возможность оплачивать свое лечение, бедный человек туда лечиться не пойдет.
— Да, бедный человек, который к тому же не смог попасть в больницу, остается дома и лечится дома. Но как показал опыт, чаще всего изолируют в первую очередь детей. А взрослые никуда не уходят, семья по сути, не разделяется, и, как результат – ковид подхватывают все.
— Сейчас мы проходим мартовский опыт Италии, когда в этой стране – на тот момент самой зараженной в мире — количество больных стало неуклонно расти, и в госклиниках для них места уже не было и больные переходили на лечение в режиме домашней самоизоляции. То же самое сейчас происходит и у нас: количество заболевших в Азербайджане, особенно на полуострове Абшерон, намного превышает объявленные Оперштабом цифры. Я думаю, что даже может быть в 10 раз заболевших больше. Многие больные уже знают, что в больницах мест нет, и они предпочитают лечиться дома, находят врачей, по рукам гуляют различные рецепты, и даже медсестры занимаются лечением. Ситуация нерегулируемая, замечу, несмотря на то, что государство создало специальный комитет по борьбе с коронавирусом при Кабмине, куда входит и TƏBİB, и представители Минздрава, а в заседаниях принимают участие представители ВОЗ. Эта организация имеет все полномочия и все возможности для обеспечения борьбы с пандемией коронвируса.
Сегодня пандемия достигла уровня апогея, задействованы и госбольницы, и больницы модульного типа. Я очень надеюсь на то, что принцип жесткого карантина позволит в ближайшее время снизить цифры заражения. Я считаю, что сегодня больше половины населения Абшеронского полуострова – и это можно уже сказать однозначно – инфицированы, заболели, перенесли болезнь, и сейчас мы постепенно приближаемся к коллективному иммунитету. Если в одной популяции 70% населения инфицировано, это уже говорит о развитии коллективного иммунитета. Многие делают ставку на вакцину, но как я уже ранее неоднократно говорил, проблему эпидемии вакцинацией не решить. Вакцинация – это необходима для прерывания цепи и устранению каскада распространения инфекции, и естественно, по ограничению локализации процесса инфицирования, но карантинное поведение является актуальным, так иммунитет формируется через 41 день после первой вакцинации, а нужно делать три вакцины — с перерывами между ними в 3 недели. А какое влияние окажет вакцина, будут ли ослабевать вирусные процессы? Мы пока всего этого не знаем. Кстати, возможно, что разовьется и антителозависимая усиление вирусной инфекции.
Опять же повторяю: мы пока не в курсе, что будет дальше. Кроме того, коронавирус мутирует, и сегодня уже появился новый штамм в Великобритании, и ученые его изучают, так как не знают, как он будет себя вести, как будет развиваться, будет ли он подчиняться сегодняшним разработанным вакцинам и главное – на сколько более пагубным он будет. Сейчас начались исследования, и в ближайшее время ВОЗ объявит свое резюме.
— Когда задаешь вопрос насчет вакцинации против ковида, мнения разделяются. У противников вакцинации сегодня есть хороший повод: немецкая вакцина на многих добровольцах сказалась негативно. И потому они апеллируют фразой: «Лучше я переболею, чем буду травить себя неизвестным». Скажите, имеет ли право на существование их позиция? Ведь она идет вразрез с общепандемическими принципами?
— Дело в том, что вакцинация – это активная форма иммунизации. В организм вводится путем гамма-излучения и других физических факторов бактерии или вирусы, или же антиген, который получается путем биотехнологий, и организм начинает вырабатывать против них антитела. Это активно участвует в процессе иммунизации организма. Дело в том, что при некоторых сопутствующих у добровольцев заболеваниях вакцинация вызвала парадоксальный эффект. Например, при лихорадке Денге в Африке после вакцинации люди умирали от тяжелых форм осложнений своих хронических болезней. Потом стало ясно, что антитела, вырабатывающиеся против антигенов при вакцинации, сами же и способствуют внедрению вируса в клетку, и фагоцитоза не происходит. При этом антитела играют роль «Троянского коня» и тем самым вирус освобождается и беспрепятственно вызывает репликацию, размножается и усиливает ход заболевания. Это называется антителозависимое усиление инфекции. При вакцинации от ковида это тоже, в принципе, ожидается, так как рибонуклеиновая кислота, содержащая вирус, подвергается постоянным формам мутаций, и поэтому здесь прогнозировать какие-либо результаты пока рано. Но отмечается, что большинство добровольцев, прошедших через вакцинацию, показали хороший результат. Но при последующей вакцинации каким будет результат – неизвестно. Чтобы победить пандемию, необходимо, чтобы 70% населения земного шара были либо инфицированы, либо вакцинированы. То есть, зона срабатывания иммунитета необходима для 70 процентов популяции, а это больше 4 миллиардов человек. Вакцинация таких масштабов в ближайшее время просто нереальна. Кроме того, транспортировка этих вакцин, требующих высокой степени замораживания, тоже весьма сложный вопрос.
Что же касается вопроса граждан о побочных эффектах вакцины от коронавируса, то отмечу, что я говорю о тяжелой форме, отмечающейся довольно редко. По большей части, одним их побочных действий может быть аллергия или же тошнота. Однозначно говорить пока еще очень рано. Думаю, что отчеты по прохождению и испытаниям вакцины в нашей стране должны быть опубликованы и представлены гражданам, должна быть проведена просветительская работа, поле чего уже можно будет приступать к общей вакцинации.
Беседовала Яна Мадатова
