Помните знаменитую сцену из фильма «12 стульев», когда Киса Воробьянинов изображал сеятеля для Великого комбинатора, который кричал позже (в момент вышибания с парохода) «Я художник, я так вижу!»
Ну, как говорится, с автором трудно спорить, возможно, он действительно ТАК видит (хотя не в случае с Остапом Бендером, конечно же). Но у нас есть и свои примеры.
Возможно, через энное количество времени толерантное человечество обвинит мазилу, закрасившего «шедевр» на бакинской стене мракобесом, лишившим мир столь великого произведения искусства, но, слава Богу, это случится не скоро.
Мы понимаем, что шведская художница Каролина Фалкольт хотела донести до нашей «неотесанной» публики тот факт, что трансгендерная продукция времени нуждается во внимании и у нее есть свои проблемы и трудности, но вот только мы не поняли ее благородного порыва, так как подобные «шедевры», нарисованные на стене дома, расположенного в южном городе (да еще и в третьем микрорайоне этого города), является не более чем заматерелой аморальщиной. Мы понимаем, что в Стокгольме творчество Каролины ценится, понимается и принимается, но нашу публику жизнь к подобным поворотам судьбы не готова.
Представьте себе: идет по улице среднестатистическая азербайджанская женщина (с базара или еще откуда-нибудь – не важно), держа за руку ребенка. И вдруг перед глазами возникает огромная фигура женщины в бикини, с трудом натянутых на мужские причиндалы.
«Вай! Бу няди», — вскрикивает женщина, закрывая рукой глаза, идущего рядом чада, чтобы тот своего хрупкого детского сознания подобными ужасами не поганил. Чадо, успевшее все же заметить анатомический казус «шедевра», в свою очередь задает откровенный вопрос: «Бу кимди? Кишиди, арвадды?», но ответа, естественно, не получает (кроме того, женщина и сама не в курсе, кто это). Ребенка приходится волоком тащить на повышенной скорости, так как проходящие мимо гагаши с гоготом смакуют половые подробности, тщательно вырисованные художницей.
Так или иначе, но после многочисленных жалоб жителей 3-го микрорайона руководство художественно-производственного комбината Союза художников замазало «Трансгендеру» наиболее выдающиеся места, оставив на обозрение придирчивой и закомплексованной публике только ноги в дырявых чулках.
Отметим, что картина «Трансгендер» была нарисована Каролиной Фалкольт в рамках фестиваля «Девичья башня. Быть женщиной». Художница была впервые приглашена в Баку посольством Швеции в Азербайджане для совместного участия с азербайджанскими коллегами в этом проекте.
СМИ писали о том, что замазывание выдающихся частей «Трансгендера» вызвало бурное недовольство любителей искусства.
В социальных сетях тема замазывания «Трансгендера» масштабно обсуждалась, общество раскололось на сторонников и противников. Пользователи Фейсбука начали делиться статусами, выражающими протест против подобных «шедевров» на бакинских стенах. «Мы не хотим, чтобы наши дети воспитывались на ложных «ценностях», мы против подобного «искусства». Место для такой картины – в частных коллекциях и на закрытых выставках, но только не на городской стене», — писали пользователи.
Конечно же, тема весьма спорная, но не стоит думать, что мы, противники «Трансгендера» — отсталые, это далеко не так. Конечно же, мы не против граффити, но назвать искусством «Трансгендера» у нас, людей, в которых заложены древние культурные и нравственные ценности, просто язык не поворачивается. И пусть нас окрестят мракобесами, ретроградами – ну никак, по любому! Да, мы осуждаем неадеквата Бронюса Майгиса, плеснувшего кислотой на великую картину Рембратна «Даная». Мы никогда не простим злобного поступка Уго Унгаза Виллегаса, повредившего «Мону Лизу» ударом камня. Мы осуждаем вандализм Ханс-Йоахим Больманна, залившего едкими химикатами три картины гениального Альбрехта Дюрера. Но поступок сотрудников комбината Союза Художников, замазавших причиндалы «Трансгендера» мы только приветствуем, так как общество не нуждается ни в пропаганде трансгендеров, ни в самих трансгендерах, которые давно уже стали, к великому сожалению, неотъемлемой частью нашей урбан-культуты. А их, к сожалению, «не замазать».
Яна Мадатова
