Народный артист Фахраддин Манафов ушел из Азербайджанского государственного русского драматического театра имени Самеда Вургуна. В своем открытом письме, опубликованном в ресурсе 1ньюс, артист рассказал о причинах, побудивших принять его такое решение.
«Всё заменимо, все заменимы», или последний спектакль.
Оказалось, нужен был только ПИАР. Нужно было написать на афише моё имя, чтобы привести к кассе театра дополнительно пару-тройку тысяч зрителей. Я не против, ради Бога. Но, когда начинаешь делать интересную, стоящую работу, кого-то это не устраивает, раздражает, вызывает сопротивление.
После двух месяцев работы в новообретённом мною театре в театр позвонила наша великая актриса, национальное достояние Шафига ханым Мамедова, выразила свою радость в связи с моим приходом на эту сцену и посоветовала создать подобающие условия работы для Фахраддина Манафова, т.е. меня, на что её заверили: «Не волнуйтесь, Шафига ханым, он сам себе создает все условия».
И это была чистая правда.
С первых же дней пришлось требовать и добиваться исполнения простейших, элементарных, хрестоматийных вещей, необходимых для нормальной профессиональной работы на театральной сцене.
Пришлось требовать, чтобы перед спектаклем, который играется раз в месяц, были репетиции и прогон. Оказалось в этом театре это забыто.
Представьте себе балетную труппу, которая месяцами не подходит к станку или спортивную команду, которая не тренируется перед соревнованиями. Преодолевать каждый раз эту инерцию мне стоило здоровья и жизненных сил.
Пришлось также требовать, чтобы во время непосредственно самого лицедейства, т.е. когда ты на сцене, а зрители в зале, ты мог бы слышать реплику партнёра, а не анекдот, который кто-то рассказывает за кулисами, плюс шум, гам и бедлам там же за кулисами.
Я и по этому пункту добился своего. И среди работников цехов стала гулять фраза: «Когда играет Манафов, за кулисами день молчания».
Ещё пришлось потребовать, чтобы репетируя на сцене новый спектакль, «крутая деловая молодежь» не держала в руках мобильные телефоны вместо текста роли и не решала по мобилке «дела». Репетиция всё-таки «тип таво», тонкую материю создаём «как бы», жизнь духа «тип таво».
Много ещё всяческих элементарных, вроде бы само собой разумеющихся вещей пришлось требовать. А самым тяжёлым было то, что требовать приходилось криком. Иначе тебя не слышат, и результата нет. Похоже на какую-то эпидемию глухоты. Ощущение, что ты попал в некое зазеркалье, где всё наоборот. Я страшно устал кричать.
Был, однако, светлый, но краткий период, когда ассистентом режиссёра была Ирина Михайловна, человек не понаслышке знающий, что такое профессионализм. У неё всё ладилось, всё состыковывалось и обеспечивался нормальный ход репетиций и спектаклей. Она как-то сказала: «Одна репетиция с вами равна университету, Фахраддин муаллим, спасибо вам. Однако, к моему сожалению, Ирина Михайловна вскоре перевелась в заведующие библиотекой театра.
А рядом со мной появилась дама из администрации, отвечающая за уравниловку в труппе. «Всё заменимо, все заменимы». Она мне сильно напоминает пионервожатую советских времён. Оно, конечно, для средней школы может вовсе и не плохо, но в театре всё-таки не школьники-пионеры работают.
Итак, товарищ пионервожатая подошла ко мне с наставлениями — не высовываться, быть как все, делать как все и в завершение заявила: «Ты не пуп», но не уточнила чего.
Возникло острое желание оказаться в Праге на Вацлавской площади, обнять там Пуп Европы и пожаловаться ему. «Я не могу быть как все, я никогда не был и не буду как все. И мои учителя не были как все».
Вспомнил жёлтые «еврейские» скамейки здесь же на Вацлавской, царя Соломона, его «И это пройдет» и остался в театре. После выхода «Церемонии» тема пупа как-то сама собой отпала. Но эффект зазеркалья продолжался. И всё-таки в чашу моего терпения упала последняя капля.
В приёмной между кабинетами директора и главного режиссёра, вальяжно расположившись в кресле, ещё не сформировавший свою духовную составляющую ОРГАНИЗМ стал мне хамить. А хамства я не выношу.
На этот раз я не согласился с царём Соломоном. Послал ему СМС-ку: «Здесь это никогда не пройдёт», и написал заявление об уходе.
Дорогой мой зритель! Когда будешь у кассы Аз. Гос. Рус. Др. Театра им. С. Вургуна спрашивать билет на спектакль с участием Ф.Манафова, знай, что спектакля «ЦЕРЕМОНИЯ» больше нет. Он исчез во Вселенной.
А может, его никогда и не было.
P.S. Данным заявлением хочу положить конец всем дискуссиям по этому поводу и воздержаться от дальнейших комментариев на эту тему».
