Судебный процесс по делу об убийстве в Петербурге 22-летней Гюльнар Габибовой (в девичестве – Велиевой) тянется с сентября. Подсудимый – ее муж, 36-летний Самир Габибов.
В ночь на 22 апреля Габибов, по его собственному признанию, убил жену, а утром 22-го вывез тело в лесопарк у Ропшинского шоссе и закопал. После этого он объявил Гулю в розыск: «ушла из дома и не вернулась».
К тому моменту пара была жената всего неделю. Как установило следствие, Гюльнар, конечно же, из дома не выходила, а ее телефон выключился в ночь на 22 апреля.
Спустя месяц после убийства Самир признался в содеянном. Он настаивает, что все произошло случайно, однако судмедэксперты насчитали на теле несчастной девушки 32 синяка и ушиба.
С мая Габибов под домашним арестом. Несмотря на то, что убийство – особо тяжкое преступление, следствие почему-то не стало ходатайствовать о заключении его под стражу.
12 декабря в Кировском суде должно было состояться, вероятно, предпоследнее заседание. Габибов собирался дать показания.
Но накануне суда Самир внезапно… сломал руку и ногу!
— Пришла телефонограмма о том, что у Габибова – перелом руки и перелом ноги. В связи с этим заседание по делу откладывается, — объявил всем собравшимся судья.
— Это где он, простите, ногу и руку сломал?! Он же под домашним арестом, не может выходить из дома! – закипятились родные Гюльнар.
Корреспондента «КП» мучил тот же вопрос. Вместе с подругами погибшей и адвокатом семьи Велиевых они поехали в больницу №26 на улице Костюшко, где, как сообщалось, лечится Самир.
Самира Габибова в больнице они действительно нашли. В футболке, не скрывающей наметившийся животик, и в тренировочных штанах он лежал в одной из палат травматологического отделения.
Вокруг – ни одного полицейского. А ведь Габибова, как подозреваемого в убийстве и находящегося под арестом (пускай домашним), должны охранять.
Компанию азербайджанцу составляет тихий дедушка. Бьюсь об заклад – он точно не знает, что натворил его сосед по койке.
Появлению журналистов Самир не обрадовался.
— Вы что тут делаете! Немедленно уйдите! – заволновался мужчина.
Репортер «КП» поинтересовалась у больного: как он умудрился сломать руку и ногу, не выходя за пределы своей однокомнатной квартиры?
— А вы кто, чтобы я вам что-то рассказывал? – с апломбом парировал Габибов.
Заведующий травматологического отделения заявил: он не знал ничего о темном прошлом пациента.
— Его привезли на «скорой» вечером в пятницу. Он заявил, что поскользнулся, когда принимал душ. И кричал, что сломал руку и ногу, — рассказал врач. – В больнице были сделаны снимки. Никаких переломов у Габибова нет. У него ушиб лучевой кости ноги, растяжение ахиллова сухожилия, ушиб руки.
В больнице признались, что планировали выписать Самира в четверг. Однако узнав, что он подозревается в убийстве, пообещали не тянуть и отправить его домой уже во вторник, 13 декабря.
Вот только судебный процесс уже не ускоришь. Следующее заседание назначено на 10 января.
И еще один любопытный момент. Габибов — под домашним арестом. Это значит, что у него на ноге должен быть браслет, с помощью которого правоохранительные органы следят за его передвижениями. Но врачи уверяют, что этого аксессуара у больного нет! По крайней мере, во время осмотра утром 12 декабря они браслета не заметили.
