В последние месяцы регионы страны попали в беспомощную ситуацию, а фермеры не могут продать свою продукцию, что превратилось в одну из самых серьезных проблем.
Ежедневно на нашу редакцию поступает информация о терпящих убытки предпринимателях. Кроме того, на последнем заседании Кабмина Ильхам Алиев коснулся проблем в некоторых сферах деятельности и дал указания руководителям и министрам для их устранения.
Мы побеседовали с руководителем одной из таких сфер – министром сельского хозяйства. В последние дни имя Гейдара Асадова стало часто упоминаться из-за его родственных связей с министром Зией Мамедовым. На фоне попадания в немилость властей министра транспорта, поочередное лишение его полномочий, может оказать негативное влияние и на его родственников. В ходе беседы мы попытались пролить свет на эти вопросы.
Вначале министр описал, в какое трудное положение попали простые сельские жители.
— В районах, где выращивается виноград и хлопок, фермеры жалуются, что не могут продать свою продукцию. Вы знаете, в чем причина?
— Ничего подобного не происходит. Все могут свободно продавать свою продукцию. А если кто-то не может продать, то причем тут министерство?
— Выращивающие виноград фермеры говорят, что их продукция остается на плантациях и портится из-за того, что они не могут найти рынок для сбыта.
— Министерство сельского хозяйства организовало сельскохозяйственные ярмарки. Одна из них открылась в Ахмедлинском районе. Скоро в Ясамальском районе и Сумгаите тоже откроются ярмарки. Фермеры могут продавать свою продукцию на этих ярмарках.
— Поговорим о фактах. Например, в Товузском и Джалилабадском районах сотни тонн продукции остались на виноградниках, фермеры не могут ее продать. Почему эта проблема обрела массовый характер?
— Это не массовая проблема, просто у них нет выхода на хорошие рынки. С одной стороны, нет ярмарок, с другой стороны, из-за девальвации маната они не выходят на иностранный рынок.
— Говорят, что введен запрет на экспорт сельхоз продукции. С чем это связано?
— Нет никакого запрета, наоборот, мы готовим поощрительные меры. Многие говорят что-то, основываясь на опыт прошлых лет. Но факты показывают обратное.
— Какие поощрительные меры готовятся?
— Мы пока думаем над этим. Есть различный мировой опыт. Но из-за того, что нет правильного учета, у нас возникли раздумья на счет применения этого опыта. Наоборот, сейчас мы хотим пойти на поощрительные меры, чтобы помочь фермерам выйти на рынок и продать свою продукцию.
— Но ведь факт остается фактом, у предпринимателей остается тонны продукции…
— Чтобы продать продукцию, ее надо вывести или на внутренний или на внешний рынок. Так? На счет ярмарок население выражает недовольство, говорят, что они преграждают дорогу. Как министр, я разрешаю проводить ярмарки, но в обществе возникает недовольство. А экспортировать продукцию не позволяют на границе. А потом вы говорите, что предприниматели не могут реализовать свою продукцию. Это я у вас спрашиваю, почему вы не даете им этого сделать?
— Рынки в Ясамале и на Украинском кругу появились только 2 года назад, а как фермеры реализовывали свою продукцию до этого?
— Рынков не было, поэтому продукция продавалась за бесценок и оставалась нереализованной.
— Заводы тоже не покупают продукцию…
— Да, не брали. Продукция продавалась хорошо только на рынках, которые мы открыли. А где нет выхода к рынкам, там продукцию сдают на рынок “Мейвели”. Мне надо открыть ярмарки там, где нет выхода на рынки. Сейчас я открываю их в Сумгаите и Бинагадинском районе.
— А когда будет открытие?
— В Хатаинском районе мы уже открыли около кинотеатра «Баку». В это или в следующее воскресенье откроются ярмарки в Сумгаите и Бинагаднском районе. Потом мы будет открывать и в других местах.
— Недавно распространились информация о проведении проверок в Министерстве сельского хозяйства Управлением по борьбе с коррупцией при Генеральном прокуроре …
— Нет у нас никаких проверок. Честно говорю, нету проверок.
— Во время своего выступления на последнем заседании президент коснулся серьезных нюансов. Как вы оцениваете это выступление?
— Про сельское хозяйство он указал только положительные моменты. Господин президент хвалил нас.
— Он коснулся вопроса коррупции, назначения «таксы» и сказал, что его терпение иссякло…
— Это он говорил касательно других сфер. В сельском хозяйстве таких негативных случаев нет. Субсидирование тратится только по назначению. Я уверен, что в сельском хозяйстве нет проблем такого рода.
— Как обстоят дела с субсидированием?
— Хорошо. Получение фермерами субсидирования совершенно прозрачно. Нет никаких проблем. Расчет полностью электронный, мы указываем в счетах все – участок, имя получателя, село, площадь земли. Мы постепенно систематизируем электронный учет. Поэтому в этой сфере нет никаких проблем. Деньги поступают из Минфина на счет кассы, а оттуда на банковскую карту получателя. Эти деньги даже не поступают в Министерство сельского хозяйства. Они не поступают на наш счет, а сразу ложатся на счета местных финансовых органов, а оттуда на карты получателей. Кто-то может неправильно измерить чей-то участок или допустить недочеты, но в целом, нет никаких проблем. Если найдете – можете сказать мне об этом.
— Сельские жители на сегодняшний день не могут получать прибыль со своих земель, продавая продукцию. Однако в советское время все было совсем иначе.
— Это вранье. Если бы фермеры не могли зарабатывать на этом, то и сажать больше не стали бы. Но число фермеров и производство ежегодно растут. Производство возросло на 7%. Как же это произошло?
— Вы мне рассказываете о статистике, а я вам о реалиях…
— Ну и я говорю про реалии. Некоторые фермеры сажают картофель, им сто раз говорилось, что когда оставляешь картофель на полях, то его поедают мотыльки. Они как пчелы садятся на картофель и откладывают яйца. Что тут может поделать Министерство?
— Мы бы хотели поговорить о загадочных процессах, происходящих в последнее время с вашим родственником Зией Мамедовым…. Согласно распространившейся информации…
— (Прерывает вопрос) Извините, сейчас я занят, потом поговорим….
Азер Айхан,
Севиндж Тельмангызы
