Трагедия с крушением военно-транспортного самолета C-130 в Грузии, в результате которой погибли все находившиеся на борту, вызвала волну домыслов, конспирологических версий и безответственных спекуляций. Однако факты говорят сами за себя.
Как выяснил Minval Politika, самолет, вылетевший из Гянджи, находился там около двух часов, и за это время к нему никто не приближался. Экипаж прошел все стандартные и необходимые процедуры перед взлетом. В составе экипажа находились специалисты технической службы ВВС Турции, сопровождавшие груз — запасные части для самолетов F-16.
Первичный осмотр места крушения ясно показал: следов внешнего воздействия на самолет не обнаружено. Это не тот случай, как, например, с рейсом AZAL, потерпевшим крушение в результате военного удара. В данном же инциденте не обнаружено ни малейших признаков взрыва или внешнего воздействия на самолет — всё указывает на внутренние технические причины. В грузинском инциденте полностью отсутствуют признаки взрыва или воздействия извне.
По предварительным данным, самолёт проходил последнее техническое обслуживание в 2020 году и не исключено, что с тех пор на корпусе могла развиться скрытая коррозия металла — один из самых опасных факторов для воздушной техники. Подобные процессы часто становятся причиной разрушения конструктивных элементов и приводят к катастрофам. История авиации знает немало подобных случаев, когда именно незаметные дефекты металла становились роковыми.
С другой стороны, важно подчеркнуть, что самолет перевозил технические запчасти, и не исключено, что одна из них могла быть плохо зафиксирована. Учитывая вес транспортируемого оборудования, даже частичное смещение груза во время полета могло вызвать нарушение баланса и повредить конструктивные элементы самолета. Подобные случаи нередко становились причиной авиакатастроф — когда перегрузка или неправильная фиксация тяжелых предметов приводила к фатальным последствиям.
Несмотря на репутацию надёжного и выносливого транспортного самолёта, C-130 неоднократно терпел крушения по техническим причинам. Изучив архивные материалы, Minval Politika насчитал десятки подобных случаев. Чаще всего аварии происходили из-за конструктивных неисправностей, отказов двигателей, разрушения креплений и элементов крыла. Нередко катастрофы случались вскоре после взлёта или при посадке, когда малейший сбой в работе двигателя или гидравлической системы становился фатальным. В некоторых инцидентах фиксировались пожары двигателей, потеря управления, разрушение конструкции в воздухе или сваливание при манёврах на малой высоте. Все эти факты подтверждают: даже самые надёжные машины не застрахованы от технических сбоев, особенно при интенсивной эксплуатации и старении парка.
Важно отметить и то, что крушение произошло на открытой местности, что исключает длительный поиск черных ящиков. В ближайшее время комиссия обнародует причины трагедии, и они, вероятнее всего, окажутся технического характера, а не результатом чьего-то умысла.
Отдельно стоит подчеркнуть молниеносную реакцию Баку. Наш президент Ильхам Алиев в первые же минуты после трагедии связался с турецким лидером Реджепом Тайипом Эрдоганом, выразил глубокие соболезнования и поручил азербайджанским структурам оказать всю возможную помощь в расследовании.
Пока одни строят догадки, Азербайджан действует — сдержанно, ответственно и по-братски.
