Всё ещё высокий процент ранних браков в Азербайджане и продолжающееся в обществе принуждение к нему показывают, что закон недостаточно суров и что взрослые не видят ничего преступного в том, что выдают своих несовершеннолетних дочерей замуж.
Очередной трагический случай, где жертвой стала 17-летняя Афсана Иманова, произошёл в селе Пяликаш Астаринского района. Здесь родители решили сыграть свадьбу для девушки, которая уже состояла в так называемом гражданском браке и, более того, находилась на седьмом месяце беременности, чтобы таким образом «узаконить» отношения молодых в глазах ближайшего окружения. Но во время свадьбы девушке стало плохо. И хотя родственники додумались-таки до госпитализации, врачам спасти жизнь несовершеннолетней не удалось. В больнице выяснилось, что плод в утробе матери был уже мёртвым — причём давно, — а умерла Иманова в результате сильнейшей интоксикации.
Следует отметить, что замершая беременность не может проходить бессимптомно: обычно она сопровождается болями в паху и области поясницы, повышением температуры, бледностью кожи, слабостью. Но новые родственники решили, что ничего страшного с чужой дочерью не произойдёт. Мало ли, с кем не бывает — все через это проходили, тем более в южной части Азербайджана, которая издавна отличается многодетностью. Так можно охарактеризовать отношение к невестке в среднестатистической азербайджанской семье.
А в этих местах вообще к девочкам в семье, особенно многодетной, относятся как к «лишнему рту» — воспринимают их как гостя, нежели как члена семьи. Отсюда и имена им дают такие: Йетяр, Бясти, Кифаят. И мечтают, чтобы они поскорее вышли замуж, избавив тем самым родителей от дополнительной нагрузки. И внушают девочкам, что главная их задача — выскочить замуж и нарожать детей, да побольше мальчиков, чтобы «счастье в семье было». И незачем им учиться и развиваться, а книг дома нет никаких, кроме старых, пожелтевших учебников, припасённых «заботливыми» родителями для топки печи. И так далее, и тому подобное. Суровая реальность, и вряд ли кто-то станет это отрицать.
Потому что ничего нового мы не сказали, разве что нужно сделать оговорку: происходит такое не только в южных районах Азербайджана, но и повсюду — просто на юге чаще. И оттого ещё печальнее, ведь в стране вроде как действует закон, запрещающий принуждение к раннему браку, и не первый год, но ситуацию это никак не меняет.
И тут возникает вопрос: почему? Значит, либо механизм наказания не до конца проработан, либо закон носит избирательный характер, либо он слишком мягок, либо же вообще не работает. И снова — почему? Не потому ли, что всё ещё большая часть нашего общества не видит в раннем браке ничего предосудительного, оправдывая эти отношения приверженностью к исламским религиозным нормам и так называемым традициям: мол, наши бабушки рано становились женщинами, а значит, и с нашими дочерьми тому быть? И представители этого же общества идут в полицейские, прокуроры и судьи, которые в краже барана видят большую тяжесть, чем в искалечивании судеб дочерей, а потому проявляют снисхождение к тем, кто причастен к этому отвратительному явлению.
В настоящее время прокуратура Астаринского района ведёт расследование по факту, но увидят ли следователи состав преступления в действиях родных Имановой? Ведь, по большому счёту, согласно действующему уголовному законодательству, новоиспечённый муж, а теперь уже и вдовец, ни в чём не виноват. Половое сношение с 16-летней девушкой законом не карается. А вот давление на несовершеннолетнего с целью принудить к браку влечёт за собой уголовную ответственность — так, по крайней мере, написано в Уголовном кодексе АР.
Статья 176-1 гласит, что принуждение к раннему браку карается либо штрафом в размере от 3 до 4 тысяч манатов, либо лишением свободы на срок до 4 лет. Но, судя по всему, во многих случаях принуждения к раннему браку до лишения свободы дело не доходит. Иначе как объяснить отсутствие страха перед законом у родителей, толкающих своих дочерей, если не на гибель, то на тяжкую участь — рабство, бесправие и зависимость?
А в случае с Имановой родители парня действовали с родителями девушки сообща, потому как закатили «пир на весь мир», а на состояние девушки плевать хотели. Тут и других слов не подберёшь.
