На встрече с группой товарищей, которым предстоит освятить своим присутствием процесс кромсания конституции под Путина, основной бенифициар изменений, он же гарант, он же отец нации, он же президент Владимир Путин пожелал, чтобы Госсовету, который сегодня является неконституционным совещательным органом, был присвоен конституционный статус. Что вполне укладывается в рамки слома действующей системы власти и управления, озвученной на послании. Об этом пишет военный эксперт и блогер Эль Мюрид на страницах интернет-сайта glavred.info.
Речь идет не просто о перебалансировке полномочий между существующими конституционными органами власти, а создании совершенно новой суперструктуры, которая получит ключевые полномочия по надзору над всеми органами управления.
По-видимому, поэтому в конституционную комиссию включили разнообразных ряженых, чтобы они просто не смогли понять новую конструкцию власти, которая будет после завершения государственного переворота. В СССР была такая суперструктура — Политбюро, но принципиальное отличие его от будущего Госсовета в том, что Политбюро было коллегиальным органом, Госсовет же задумывается и затачивается строго под конкретную фигуру. Кроме того, Политбюро было ограничено рядом других структур — Пленумом ЦК и Съездом, которые при всей формальности их работы в критических ситуациях могли разрешать возникающие противоречия в рамках существующей системы без катастрофического ее слома. Снятие Хрущева произошло именно по такому сценарию, система осталась устойчивой. В том, что выписывает под себя Путин, таких механизмов не предусматривается в принципе. А значит — в создаваемой системе управления просто нет клапана, который может стравить избыточные противоречия.
Естественно, что творческая группа атаманов, спортсменов и писателей в процессе работы над поправками будет в основном пить чай-кофе и что покрепче, так как к реальному обсуждению конституции и изменений в ней их не допустят. Основной закон — слишком непростая вещь, которая закладывает ключевые балансы, а потому каждая запятая в ней значит достаточно много. И без них есть умные люди, которые все напишут и принесут для формального подписания.
Пока можно понять лишь одно — речь идет о настоящем сломе существующей системы управления. Введение в перечень конституционных органов власти, которые образуют классическую триаду, еще одного — надзорного — превращает три имеющиеся ветви власти в департаменты при Госсовете. Логично, что руководитель Госсовета становится ключевой фигурой, при этом он не будет избираться, его назначение будет результатом аппаратных договоренностей. Хотя, конечно, на ближайшее время ни о каких договоренностях речи быть не может — по всей видимости, это место любовно готовится под совершенно конкретного человека. Механизм смены руководителя Госсовета «извне» его структуры отсутствует, хотя даже у сегодняшнего президента формально он есть через процедуру выборов или импичмента.
Чем-то это напоминает франкистскую Испанию, где каудильо Франко ввел скромный пост регента при правящем монархе и фактически правил от его имени до самой смерти. Однако у нас все гораздо хуже — после смерти Франко система и балансы остались в неприкосновенности, монарх взял власть в свои руки и использовал уже имеющиеся полномочия для приведения страны к порядку. В ситуации РФ уход Путина будет означать, что суперпост станет ключевым противоречием между правящими кланами, причем договориться по нему не будет никакой возможности — только захват его явочным порядком. Цена поражения будет неприемлемой, чтобы без ожесточенной борьбы не попытаться его занять.
Трудно сказать, что именно закладывал Ленин под Советский Союз, но конституционный переворот Путина однозначно закладывает мину под устройство страны. Уход Путина создаст риск мгновенного развала всей конструкции власти, так как существующие сегодня балансы сознательно разрушаются, а на создание новых после его ухода банально не хватит времени. По сути, уже сейчас Путин закладывает в стране условия для гражданской войны, хотя чего не сделаешь, лишь бы усидеть у власти. После нас хоть потоп — не он первый это говорит.
