Власти Азербайджана платят за возможность быть частью европейского истеблишмента
— Складывается впечатление, что наши власти сильно завидуют Узбекистану и Туркмении. Поясню, почему именно: когда пришел к власти общенациональный лидер, в стране действительно была тяжелая ситуация, не было никаких ресурсов. Я думаю, что подписание большинства контрактов с другими странами являлось целью для получения средств, чтобы построить властные структуры. То есть, власть спонтанно подписывалась подо всем, что ей дают, чтобы получить транш на создание своих структур. А следовать тому, под чем подписались, никто не собирался. И еще один момент: геополитически мы совпадали с Европой. Сегодня наша власть уже не нуждается в этих траншах, но она вынуждена давать отчет о своих действиях, и ее это страшно раздражает. Но раз соглашение подписано, из него уже невозможно выйти, ибо это будет уже политический нонсенс и их приравняют к Северной Корее. Если посмотреть на президента того же самого Узбекистана, то он не в Совете Европы. Он может позволить себе сделать с собственными гражданами все, что угодно. Могут даже отправить детей на плантации – и ни перед кем не надо отчитываться. И именно поэтому складывается впечатление, что наши власти просто синеют от зависти перед таким режимом.
— Согласитесь, что с определенного уровня наша властная элита вдруг неожиданно вышла на самый высший уровень. Я думаю, что власти прекрасно понимают следующее: для того, чтобы наслаждаться высшим обществом, в котором они принимаются – с первыми лицами государств, с выдающимися актерами, поп-звездами – нужно платить хоть какую-то цену. Оно и понятно, ведь уровень этот кружит им головы. И они платят по полной – за возможность быть частью европейского истеблишмента. И если уж они платят за такую возможность, то и критику в свой адрес они обязаны выслушивать. Но воспринимают эту критику слишком несерьезно.
На самом деле меня гораздо больше интересует другое: люди, сидящие во власти – они та же часть социальной группы, что и мы все, одной с нами нации, выросли она с нами внутри одного государства, с кем-то из них мы учились в школах и в университетах, то есть, у нас есть общее прошлое. Мне непонятно: где же в таком случае чувство социальной солидарности? Я не знаю, как можно набирать миллионы, копить миллиарды и при этом спать спокойно, зная, что в стране есть люди, которые недоедают? Так где же чувство социальной солидарности? Это ведь феномен – и научный, и психологический. Мало того. У них напрочь отсутствует чувство патриотизма. Раз уж ты сидишь наверху и представляешь государство, ты должен посмотреть на рейтинги в мировом масштабе и увидеть, что Азербайджан на уровне Замбии или Ганы. Хочется задать вопрос: а почему тебя не трогает этот уровень, на котором твоя страна находится в международных рейтингах? В каком ряду она находится? Это тоже очень интересный феномен. И эти два феномена – полное отсутствие социальной солидарности и отсутствие чувства национальной гордости — и приводят страну к настоящему кризису, потому что именно эти две черты являются ведущим тормозом политических реформ.
— В Азербайджане состоялся песенный конкурс «Евровидение-2012», в 2015 собираются проводить Европейские Игры. Но практически у всех жителей Баку (да и не только) сложилось впечатление, что все эти мероприятия запланированы для создания не имиджа Азербайджана как страны, а личного имиджа власть имущих. Насколько правы те, кто так думает?
— Что касается вопроса об имидже, то власть имущим следует поднять его иным образом, а именно устроить в стране такую свободу прессы, которая выводит нас на первое место среди всех постсоветских стран. В этом случае Азербайджан может похвастать тем, что на его территории выходит политически-сатирическая газета (типа газеты «Чешмя», выходившее в свое время), которой нет ни в Армении, ни в Грузии, ни в Молдове, ни в Украине.
— Вы же представляете, кто станет главным персонажем такого издания?
— Это понятно. И власти никогда не пойдут таким путем. Потому что, это глубокая, содержательная часть нашего бытия и понятие того, что наполняет нас гордостью. А песни, пляски, Формула-1 – это атрибутика, вроде дорогих часов, колец и браслетов, дорогих машин и магазинов на Азнефти. Но это не содержательная характеристика, которая могла бы вывести страну на высокий уровень в мировом масштабе.
— А как же фольклор?
— Фольклор появился у нас на более поздней стадии. Точнее, культивировался на более поздней стадии. Потом появились догадки, что помимо магазинов, такси и – главное – помимо нефти (ведь вначале главным составляющим идентичности страны была нефть, которую продавали и получали за это немалые деньги) в качестве статьи дохода можно использовать еще и мугам, который ЮНЕСКО и внес в список мирового культурного наследия.
Для этой системы любой светлый, образованный, интеллигентный и не боящийся человек – это первый враг
— Вернемся к политическим вопросам. Как, по-вашему, обстоят дела с деятельностью правозащитных организаций при таком режиме?
— Правозащитники есть, их не стало меньше. Кто-то переходит в правительственный лагерь, и на их место приходят новые. Другое дело, что в выборный период идет массовое подавление всех протестных групп, и в том числе и правозащитников. Ограничения существуют серьезные: нам не дают проводить мероприятия в отелях – согласно какому-то «черному списку» неправительственных организаций, которым напрочь отказывают практически все гостиницы для проведения международных событий.
— Это официальный запрет?
— Конечно же, нет, запрет негласный.
— А что вы скажете о том, что некоторые «правозащитники» помогают сажать за решетку умных и интеллигентных молодых активистов. Как это объяснить? Это же феномен! Правозащитник, который помогает сажать за решетку – это же нонсенс!
— Я отношусь к подобным людям с точки зрения индивидуальной личностной характеристики. Некоторые проходят испытание тюрьмой, а некоторые – нет. В каждом обществе, к сожалению, есть такие. Мне кажется, для этой системы любой светлый, образованный, интеллигентный и не боящийся человек – это первый враг. Поэтому они и делают своей целью именно таких людей. Это же практически классовая ненависть. Эмин, Аднан, Руслан – они все одного плана ребята. Они элитарны в истинном смысле этого слова, потому что они из честных, из настоящих интеллигентных семей, они – профессионалы высокого уровня, они все получили прекрасное образование. То есть, это совсем иной уровень. И это – главная причина «отлова» таких ребят.
— Как вы считаете, продолжится ли симуляция переговоров по Карабаху или все же начнется война?
— Я оцениваю вероятность войны достаточно низкой. Во всяком случае, с нашей стороны. Потому что залог пребывания у власти наших нынешних элит — это стабильность на карабахском фронте. В свое время Г.Алиев подписал мирный договор исключительно потому, что он понимал: главное средство власти в Азербайджане – это нефть, и для того, чтобы использовать это средство, он должен был установить стабильность. Потому что только в стабильную страну пойдут инвестиции, и только стабильной стране будет политическая поддержка. Поэтому если И. Алиев не захочет потерять поддержку всех, то он не решится начать войну. Для его власти это будет самым последним шагом, точнее, для сохранения его власти.
Именно историческая память отражается на нашей способности реагировать на всякие авторитарные тенденции
— Авторитарным странам как вода и воздух необходим внешний враг. Возьмите, к примеру, Северную Корею. Ведь куда им без Южной Кореи и США?
— Ну, между прочим, такая же ситуация и у наших соседей. Так что идет крупная игра на националистическом моменте.
— А как обстоят дела с перспективой политических движений в Азербайджане?
— Для развития политических движений в Азербайджане нужны условия. Хотя бы базовые, хоть какая-то внутренняя свобода, свобода собраний, свобода ассоциаций. Конечно на этом этапе у нас очень ограниченные условия для возникновения политических движений, поэтому нововозникающие силы имеют характер гражданских объединений, гражданских групп. Никто из них не заявляет о том, что они создали новую политическую партию. Потому что если это новая политическая партия, которая к тому же еще и серьезная оппозиционная, то понятно, что, прежде всего, бить и уничтожать будут именно ее. Поэтому новые движения, которые создаются, приспосабливаются к этому режиму, и они не выступают с четкой программой политического плана, чтобы не подвергнуться уничтожению в самом зародыше. Дело в том, что в Азербайджане общество постоянно находилось на перепутье, и все же у него много общего, которое объединяло их с европейским континентом. Там никогда не будет застоя и проблем с политическими движениями. У нас постоянно будет движение снизу, и прежде всего потому, что у нас есть традиции, и хотя молодежь сейчас меньше апеллирует к этим традициям, тем не менее, они есть. Они все равно были сохранены, не смотря на советские репрессии и тоталитаризм, пронесены через 70 лет нашими диссидентами демократами, которые сейчас продолжают активизироваться. Вот эта историческая память отражается на нашей способности реагировать на всякие авторитарные тенденции. Позитив заключается в том, что даже если на этом этапе у нас происходит маргинализация политических сил, продолжается наращивание мощи политического электората.
Подготовила Яна Мадатова
