Официальный визит премьер-министра Ирака Али аз-Заиди в Исламскую Республику Иран, состоявшийся накануне, можно считать одним из показательных событий последнего времени.
Дело в том, что Аз-Заиди прибыл в Тегеран в разгар американо-иранского конфликта, в то время, когда Иран находится под постоянным обстрелом со стороны американских ВВС и всего через несколько дней после поездки в Соединённые Штаты, где он провёл переговоры с президентом Дональдом Трампом и добился подписания крупного пакета соглашений с американскими и другими западными энергетическими компаниями. Поэтому визит в Иран должен был показать, что активизация отношений с Вашингтоном не означает отказа Багдада от стратегического взаимодействия с Тегераном.
Неслучайно в своих заявлениях иракский премьер подчёркивал исторические, цивилизационные и религиозные связи двух стран, общую границу и взаимные интересы. По его словам, отношения Ирака и Ирана должны строиться на основе диалога, сотрудничества и взаимного уважения и способствовать укреплению региональной безопасности.
Положение Багдада остаётся крайне сложным. Экономически и финансово Ирак в значительной степени зависит от США и западных компаний. Нефтяные доходы страны проходят через финансовую систему, связанную с Федеральной резервной системой США, а американские ограничения способны повлиять на доступ правительства к валюте и финансирование государственных расходов.
Одновременно Иран сохраняет глубокое влияние на внутриполитическую ситуацию в Ираке, поддерживает тесные связи с частью шиитских партий и вооружённых формирований и остаётся важным торговым и энергетическим партнёром. Именно поэтому сближение нового иракского руководства с Вашингтоном вызвало настороженность в Тегеране.
Особенно чувствительным остаётся вопрос о будущем проиранских вооружённых группировок. Одним из первых заметных шагов аз-Заиди стало решение подчинить их государственному контролю и установить сроки для разоружения либо интеграции в официальные силовые структуры. Для США это является показателем способности Багдада восстановить государственную монополию на применение силы. Для Ирана подобный курс означает риск ослабления одного из главных инструментов его влияния.
Поэтому визит был необходим аз-Заиди и для того, чтобы объяснить иранскому руководству цели своей политики. Багдад стремится представить реорганизацию вооружённых формирований не как антииранский шаг, а как элемент укрепления государственности и внутренней стабильности. Вероятно, иракский премьер рассчитывал получить гарантии того, что Тегеран не будет препятствовать постепенному включению лояльных ему сил в государственную систему.
Этот вопрос имеет и прямое экономическое значение. В 2026 году иракская нефтяная инфраструктура неоднократно подвергалась атакам, а эскалация вокруг Ирана осложнила экспорт нефти и деятельность иностранных компаний. Часть нападений западные источники связывали с проиранскими группировками. В результате силы, заявлявшие о поддержке Ирана, фактически наносили ущерб собственным нефтяным объектам Ирака и ухудшали его инвестиционную привлекательность.
В то же время Багдад не заинтересован в разрыве с Тегераном. Иран и Ирак связаны границей протяжённостью более 1,4 тыс. километров, интенсивной торговлей, религиозным туризмом и устойчивыми контактами между приграничными провинциями. Миллионы иранских паломников посещают Наджаф и Кербелу, а иракская энергетика длительное время зависела от поставок иранского газа и электроэнергии. Несмотря на развитие собственной газовой промышленности и привлечение западных компаний, быстро отказаться от иранского направления Багдад не может.
Поэтому экономическая часть визита была направлена прежде всего на сохранение и институциональное обновление существующих связей. Стороны договорились начать подготовку долгосрочного всеобъемлющего соглашения о стратегическом сотрудничестве и ежегодно проводить заседания Совместной высшей комиссии под руководством премьер-министра Ирака и президента либо первого вице-президента Ирана.
Кроме того, было решено ускорить строительство железной дороги Басра — Шаламче, которая должна соединить железнодорожные сети двух стран и укрепить транзитные маршруты через Персидский залив. Стороны также договорились активизировать сотрудничество в энергетике, банковской сфере, транспорте, транзите и совместных инвестициях, а также устранить административные и правовые барьеры.
По итогам переговоров были подписаны соглашение о международных автомобильных грузоперевозках, меморандумы по железнодорожному сообщению, государственному управлению и подготовке кадров, а также документ о побратимстве Тегерана и Багдада.
Но визит имел значение и для самого Тегерана. После поездки иракского премьера в Вашингтон Ирану было важно показать, что Ирак не переходит окончательно в американскую орбиту. Высокий уровень приёма и заявления о стратегическом характере отношений позволили иранскому руководству продемонстрировать сохранение своих позиций.
Конечно, Багдад намерен сохранять тесное взаимодействие с Ираном, но уже не готов допускать, чтобы оно ограничивало сотрудничество с Западом, проведение самостоятельной энергетической политики и восстановление государственного контроля над собственной территорией.
Сумеет ли аз-Заиди решить эту сверхзадачу, покажет уже самое ближайшее будущее.
