Война на Ближнем Востоке продолжается, и это на сегодня главная новость. За последние сутки ощущение приближающейся катастрофы и надежды на скорый мир несколько раз сменяли друг друга. Но в итоге — снова ракетные залпы, констатация сорванного перемирия и понимание, что ещё ничего не закончилось.
Minval, напомним, отслеживал ситуацию в режиме реального времени. В ночь на 24 июня Иран объявил о начале операции «Хорошая весть о победе» и нанёс удар по американской военной базе в Катаре — Аль-Удейд. Всего было запущено 14 ракет. 13 из них США перехватили, ещё одна ушла «за молоко». Появились сообщения, что США подняли в воздух авиацию. Эксперты и наблюдатели замерли в ожидании «военного апокалипсиса»: Иран всё же стал бить по американским базам — США начнут серию ракетных ударов в ответ…
Но затем стали выплывать уже другие подробности. Как оказалось, по конфиденциальным дипломатическим каналам Иран предупредил США, что собирается бить по базе в Катаре — точно так же, как это было на первом сроке Дональда Трампа, когда Иран «мстил за генерала Касема Сулеймани». Дональд Трамп на этот удар решил не отвечать. Более того, американские дипломаты договорились о прекращении огня и между Ираном и Израилем. А Дональд Трамп даже поздравил всех с наступлением мира.
В Израиле достижение договорённостей о прекращении огня восприняли неоднозначно. Впрочем, как показывает политическая практика, подобные соглашения нередко воспринимаются неоднозначно — и это происходит не впервые. Однако, к сожалению, перемирие продлилось всего несколько часов: по утверждению ЦАХАЛ, Иран вновь нанёс удар по Израилю. В ответ министр обороны Израиля Йоав Галант приказал нанести сокрушительный удар по Тегерану.
На этом фоне Дональд Трамп выступил с жёстким предупреждением в адрес Израиля: «Израиль, не сбрасывай эти бомбы. Если ты это сделаешь — это будет серьёзным нарушением. Верни своих пилотов домой». Война не закончилась, а значит, остаётся и риск эскалации, и опасность затяжной войны.
Тем не менее уже сегодня можно подвести некоторые итоги. В Иране могут называть удар по американской базе в Катаре «Хорошей вестью о победе», а на улицах Тегерана — включать музыку и разъезжать на мотоциклах с флагами, но «ракетная перестрелка» закончилась, мягко говоря, не в пользу Ирана. Тем более очевидно поражение Тегерана в войне спецслужб. Если Израиль уже в первые часы сумел обезглавить армию и Корпус стражей исламской революции — это говорит о многом. Более того, возможно, конечно, что Иран успел вывести запасы обогащённого урана, но самим ядерным предприятиям, в том числе заводу в Фордо, по которому ударили американские противобункерные бомбы, явно причинён очень серьёзный ущерб. Получится ли после этого у Тегерана возобновить свою ядерную программу и, самое главное, рискнут ли в Иране сделать такой шаг, понимая, что за такое во всех смыслах «прилетит», — вопрос, который стоило бы озвучить. Практически уничтожена, если и не в физическом, то в «имиджевом» прочтении, иранская ПВО.
Но, возможно, главный итог несостоявшейся войны между Ираном и США — в другом. По сути дела, в Вашингтоне решили не добивать нынешнюю правящую в Иране власть и предпочли договориться с Тегераном. А это — ключевой аспект. В Вашингтоне и других западных столицах могут и дальше метать громы и молнии по поводу «диктатуры неизбранных мулл», возмущаться публичными казнями и жёстким разгоном молодёжных протестов, наследника свергнутого шаха могут приглашать в конгресс США и обсуждать там с ним «смену режима в Иране», но это уже не значит ровным счётом ничего. После того как иранский ответ США оказался «договорняком», а сами США эти условия приняли, уже не остаётся сомнений: Вашингтон решил сохранить нынешнюю власть в Иране по сути дела в неприкосновенности. И можно понять почему.
Да, в Иране уже давно ощущается усталость от «жёстких исламских порядков», но достаточно влиятельных сил, которые теоретически могли бы взять на себя управление страной в случае демонтажа нынешней власти, в Иране просто нет. Более того, Иран — страна многонациональная. И в отличие от СССР и СФРЮ, механизма хоть сколько-нибудь «бархатного» национального размежевания здесь тоже нет. Риск демонтажа власти оказался слишком высоким, и от этих планов предпочли отказаться. И это, возможно, главный итог нынешнего обмена ударами. Который ещё не закончился.
