Пытки и избиение пленного азербайджанского солдата в Армении по-прежнему в центре внимания. В Армении Следком вынужден признать: к убийству охранника Зангезурского медно-молибденового комбината пленений солдат не причастен. Но об обмене и возвращении — ни слова. О наказании тех, кто бил лежащего на земле солдата со связанными руками — тем более.
Между тем на жуткие видеокадры реагируют иностранные дипмиссии. Посольство США в Азербайджане выразило обеспокоенность. Посол Великобритании в нашей стране призвал осудить пытки азербайджанского солдата и напомнил о международном гуманитарном праве. Это не полный список дипломатического реагирования.
Но вот в чем дело. Первым в подобных ситуациях должен вступать в дело Международный Красный Крест. И что же МККК?
А Международный Красный Крест в лице главы своей делегации в Армении Зары Аматуни доложил: «МККК проинформирован о ситуации, находится на связи с семьями азербайджанских военнослужащих и соответствующими лицами». В переводе: пленных солдат, которые подвергаются пыткам и издевательствам, сотрудники МККК не посетили.
Будем откровенны. «Мы находимся на связи» звучит внушительно, но на практике не означает ничего. «Быть на связи» — это всего-навсего иметь при себе включённый мобильный телефон. В лучшем случае позвонить начальнику полиции Гафана, сказать, что хотели бы посетить солдат, а услышав, что пока не получится, смиренно пискнуть: «Понимаю, будем на связи». Тем более несложно, имея представительство в Баку, установить связь с родственниками пленных в Азербайджане.
Но после таких страшных кадров пыток и избиения Международный Красный Крест должен был не «быть на связи» и не пищать что-то в стиле «да, мы в курсе». Статуса этой организации вполне достаточно для того, чтобы ДОБИТЬСЯ встречи с пленными. Но никакие рычаги в ход пущены не были. Вполне возможно, что госпожа Аматуни не очень-то и старалась добиться такой встречи, особенно если этого не хотели власти Армении. Но ее начальство — как оно чувствует себя в такой ситуации?
Более того, та же мадам Аматуни бодро доложила, что сотрудники МККК посетили армянских «пленных» в Азербайджане. В Баку, напомним, настаивают, что это не «военнопленные», а диверсанты, заброшенные на нашу территорию с заданием устраивать террор и диверсии уже после того, как было достигнуто соглашение о прекращении огня. Тем не менее встречам сотрудников МККК с ними, даже на фоне жутких кадров издевательств над нашим пленным солдатом, официальный Баку не препятствует. В Азербайджане уважают и соблюдают нормы гуманитарного права.
Но мы вправе ожидать того же если и не от Армении (к сожалению, считать ее цивилизованной страной не получается), но по крайней мере от МККК. Даже если армянской миссией руководит мадам Аматуни. А если у мадам Аматуни «особое мнение», то это уже вопрос опять-таки к ее начальству в Женеве: там не видят никаких проблем с таким подбором кадров? Там не видят ну никаких вопросов к деятельности своей миссии в Армении?
А у азербайджанской общественности, напомним еще раз, такие вопросы есть, и не только по последнему «кейсу». Minval неоднократно рассказывал о «странностях» в деятельности этой претендующей на почёт и уважение организации. В девяностые годы появились сведения о расстреле в Армении азербайджанских пленных, но МККК послушно смотрел в другую сторону и не счёл нужным это должным образом оформить. Точно так же известно, что несколько азербайджанских пленных находились в поле зрения МККК, но погибли в армянском плену. Однако Красный Крест расследовать обстоятельства их гибели не счёл необходимым. И это не считая других странностей в работе МККК, начиная от того, что офис этой организации в Ханкенди подчиняется не бакинской, а ереванской миссии, и заканчивая прямой помощью армянским оккупантам, от сбора разведданных до попыток выводить из окружения армянских «зинворов».
Но если так, то чем вообще занят здесь Международный Красный Крест? За вычетом откровенной помощи Армении? Бизнесом на Лачинской дороге, где сотрудники МККК берутся на своих автомобилях ввезти или вывезти желающих из Ханкенди за 1000 долларов с носа? Свою гуманитарную миссию в отношении азербайджанских пленных МККК не выполняет. Армянским фейкам по поводу «армянских пленных» тоже не препятствует. Так какой в этом случае смысл в функционировании офиса МККК в Баку? И не настало ли время поставить вопрос о его закрытии?
Смеем напомнить: никакой «особый статус» и прошлые заслуги не являются безоговорочной индульгенцией. Особенно в столь чувствительных вопросах. А тем более если в Международном Красном Кресте забыли, что крест на их эмблеме не означает «помогаем только христианам». Иначе он превращается в крест на репутации. От которой и так мало что осталось.
Нурани, обозреватель
